Джонатан Ховард – Йоханнес Кабал. Некромант (страница 66)

и жывёт так это мой брат Виктор. А ты и близко не такой ужасный.

— Ерунда какая-то — произнёс некто и начал растворяться во мраке, пока не остался виден

только горящий кончик его папиросы.

— А вы крепкий орешек, господин Тимоти, — сказал Ян.

Над ними навис гардероб, его дверца начала медленно, угрожающе открываться. Ян высунулся

из поезда и пинком закрыл её.

— Зря стараешься, — бросил он скрывшемуся во мраке шкафу. Оттуда как будто бы

доносились приглушённые ругательства. — Он ещё ребёнок.

Ян повернулся к Тимоти и посмотрел на него оценивающим глазом. Дёрнув за нитку, он начал

смотреть на него уже двумя оценивающими глазами.

— Нам не помешало бы заиметь парочку вампиров или зомби, не правда ли? Вся эта

психологическая дрянь вам как об стенку горох.

В очередной раз хлопнули распашные ворота, и поезд снова выехал наружу.

— Эй, малец, — сказал Ян, когда поезд остановился, и водитель вернулся к своей газете, —

хочешь, покажу одну штуку?

— Какую такую штуку? — скозал я.

— КАШМАРНУЮ штуку! — атветил он.

— Давай, — скозал я.

Тимоти и Ян блуждали по ярмарке, получая на удивление мало замечаний в свой адрес, за

исключением нескольких придирок к костюму "вон того коротышки".

— Куда мы идём? — спросил Тимоти.

— Пока ни знаю, — скозал Ян. Он остановился и медленно посмотрел вокруг, как будто его

уши работали антеннами.

— Может, в Комнату Смеха?

— Фууу! — c жаром сказал Тимоти. — В Комнате Смеха скучно. Там просто куча зеркал. В

одном ты жирный, в другом — тощий, а в третьем — извиваешься. Скучно.

— Вы слишком молоды, чтобы знать всё на свете, господин Тимоти, — сказал Ян. — Идёмте,

кое-чему научитесь.

Они обошли павильон и проскользнули через служебную дверь.

— У нас не будет проблем, а? — с некоторой робостью спросил Тимоти, так как вообще он был

ответственным юношей и не проникал в частные и муниципальные помещения. Кроме того, он

терпеть не мог, когда на него кричат.

Ян остановился, чтобы поразмыслить, при этом поднимая опущенное ухо и опуская поднятое.

— Проблем? Не-а, не думаю. С этой стороны Комната Смеха гораздо веселее.

Они оказались в полутёмном помещении, освещаемом только высокими узкими

прямоугольниками, от которых шёл тусклый свет. Эти прямоугольники сначала казались Тимоти

картинами, изображающими пустую комнату, но вскоре он понял, что это зеркала с обратной стороны

и сквозь них виден сам зал. С этой стороны изображение совершенно не искажалось, как будто

зеркала были простыми стёклами. И едва он успел это понять, как в зал повалил народ. Он наблюдал

за тем, как люди группами ходят перед зеркалами, останавливаются, приседают, высовывают языки,

подтаскивают своих друзей, проходят дальше — не произнося при этом ни слова.

— И в чём прикол? — спросил Тимоти.

— Подойди сюда, — сказал Ян, подзывая Тимоти рукой, и тот подошёл к зеркалу в небольшом

углублении в стене главного зала. Освещение было так себе, но видно было, что по ту сторону

зеркала стояла женщина и смотрела на своё отражение.

Она не улыбалась. Тимоти прищурился: она казалась знакомой, но это зеркало, в отличие от

остальных, не давало ясного изображения. Будто смотришь сквозь масляную плёнку или на тело на

дне неглубокого пруда.

— Знаешь, что она видит? — почему-то шёпотом сказал Ян. — Она видит себя, такой, какой

хотела бы быть. Наверное, чуть моложе, чуть стройнее, не так, как будто ей достались самые дешёвые

места на корабле жизни. Печально, да?

— А почему она хочет быть моложе? Я не могу дождаться, когда вырасту.

— Чтобы вырасти, хотеть не нужно, это всё равно произойдёт. Старение не остановишь. Во

всяком случае, без должной помощи.

— По-моему, она нормально выглядит, — сказал Тимоти, для которого все взрослые выглядели

одинаково.

— Да, но вы не видите того, что видит она. Знаете, что бы вы увидели, если бы смотрели в это

зеркало? Себя через несколько лет.

— Космонавтом?

— Если хотите им стать. Я, однако, не думаю, что она хочет стать Даниеллой Дэйр. Постойте-

ка, через минуту её здесь не будет, если босс не поторопится.

Женщина безрадостно покачала головой и повернулась, чтобы уйти. И тут как по команде её

догнал высокий блондин в несколько старомодном наряде. Они начали разговор. Мужчина указал на

зеркало, и женщина, сама того не желая, не удержалась и взглянула в него.

— Это наш босс, — сказал Ян. — Йоханнес Кабал собственной персоной.