Джон Варли – Стальной пляж (страница 2)

— Ты о чем?

— Уолтер говорит, это прекрасный заголовок для передовицы.

— Разве там не должно быть что-то про НЛО?

— Ну хорошо. "Выиграйте бесплатный секс на борту НЛО, летящего к Старушке Земле!"

— Тогда мне лучше дождаться лотереи. Босс меня прибьет, если приз достанется мне, а я не явлюсь получить его.

— Если выиграю я, мне могут и принести мой выигрыш в контору.

Я встал, положил руку на массивное плечо человека-гориллы, наклонился и шепнул:

— А грудные мышцы можно было бы накачать и получше! — после чего поспешно смылся.

Пока мы сидели в зале, вестибюль заметно преобразился. Все углы украсили огромные голографические изображения обращенных в УЛЬТРА-Тингл парочек в эротичных позах, а в центр помещения выкатили длинные банкетные столы. За столами стояли мужчины в традиционном облачении английских лакеев, натирая серебро и стеклянную посуду.

Это была всем известная халява. По роду занятий я редко отказываюсь от бесплатных рекламных поездок и никогда — от бесплатной еды.

Я подошел к ближайшему столу, зацепил ножом паштетную скульптуру Зигмунда Фрейда и намазал толстый слой деликатеса на кусок черного хлеба. Один из лакеев с встревоженным видом направился было ко мне, но я взглядом поставил его на место. Поверх паштета я уложил два толстых ломтя ветчины, слой сливочного сыра, несколько полосок копченой лососины, таких тоненьких, что через них, казалось, газету можно было читать, и увенчал сооружение тремя полными ложками черной икры. Лакей следил за моими манипуляциями и все меньше верил своим глазам.

В руках у меня оказался один из великолепнейших Сэндвичей Хилди.

Но только лишь я собрался его надкусить, как рядом со мной возникла Крикет и протянула бокал голубого шампанского. Хрусталь звякнул с мелодичностью чистого льда, когда я коснулся края ее бокала.

— За свободу прессы! — предложил я.

— За четвертую власть, — согласилась Крикет.

Лаборатории "Юнайтед Био" находились на окраине нового пригородного района, почти в семидесяти километрах от центра Кинг-сити. Большинство бегущих дорожек и эскалаторов еще не работало. Открыта была только одна станция туннельного поезда, но до нее было километра два. Прибыли мы в составе целого флота авто на воздушной подушке, принадлежавших компании. Все машины были на месте и ждали у входа в офис, чтобы отвезти нас обратно на станцию. Во всяком случае, я так думал. Мы с Крикет забрались в одну из них.

— Мне в высшей степени неловко сообщать вам подобное, — забубнило авто, — но я не могу отправиться, пока мероприятие не закончится или пока моя загрузка не достигнет семи пассажиров.

— Сделай исключение, — ответил я. — Нам нужно успеть к определенному часу.

— Быть может, вы объявляете чрезвычайную ситуацию?

Именно это я и собирался сделать, но вовремя прикусил язык. До работы я доберусь без проблем, но потом никуда не денусь от долгих объяснений и крупного штрафа.

— Когда я буду писать статью, — пошел я другим путем, — и упомяну в ней эту дурацкую задержку, которая представит "Юнайтед Био" в невыгодном свете, твое начальство будет крайне недовольно.

— Эта информация беспокоит меня и тревожит, — отозвалось авто. — Я всего лишь выполняю подпрограмму из не полностью активированной программы компьютера "Юнайтед Био" и желаю только одного: угодить людям-пассажирам. Не сомневайтесь в моей готовности любой ценой удовлетворить ваши требования, поскольку я создан с единственной целью осуществлять удобную и скоростную транспортировку… И все же, — добавило оно после недолгой паузы, — тронуться с места я не могу.

— Да брось ты! — вмешалась Крикет. — Делать тебе больше нечего, как спорить с машиной.

Она уже вылезала. Я знал, что она права, но некая упрямая часть меня никогда не могла удержаться от подобных споров, даже если машины со мной и не разговаривали.

— Ты — порождение мусоровоза! — выпалил я и пнул авто по резиновой юбке.

— Без сомнения, сэр. Спасибо, сэр. Пожалуйста, сэр, приходите еще!

— И кто только программировал этого лизоблюда? — возмутился я, едва мы отошли.

— Некто с зацелованной до дыр задницей, — ответила Крикет. — Чем ты так недоволен? Пройти-то надо всего ничего. Лучше оглянись кругом.

Мне пришлось признать, что место довольно приятное. Прежде всего из-за его малолюдности.

Когда с самого детства изо дня в день везде, куда ни ткнись, пахнет другими людьми — отсутствие этого запаха сразу замечаешь и ценишь. Я глубоко вдохнул и уловил аромат свежеуложенного бетона. Я впивал всем существом образы, звуки и запахи новорожденного мира: яркие цвета незакрашенных пучков проводов, что торчали из недостроенных стен, будто первые бутоны на голой ветке; незапятнанный блеск меди, серебра, золота, алюминия и титана; свист ветра в штабелях труб — новеньких, еще не согнутых как надо и не обшитых изолирующим покрытием, еще испускавших резкий бодрящий запах прозрачного машинного масла, которым испокон веков промазывают только что собранное оборудование, прежде чем отгрузить его с завода… Все это действовало на меня умиротворяюще, поскольку означало тепло, безопасность, надежную защиту от вечного вакуума, победу человечества над недремлющими враждебными силами. Одним словом, прогресс.

Я начал потихоньку расслабляться. Мы пробирались сквозь груды стали, алюминия, пластика и стеклянных частей будущих зданий, и на меня нисходил душевный покой столь же глубокий, какой, должно быть, наполнял в незапамятные времена сердце канадского фермера, когда он смотрел, как колышется пшеница на его полях.

— Они тут пишут, что их система позволяет заниматься сексом по телефону, — это Крикет ускакала вперед и в ожидании, пока я подтянусь, принялась изучать пресс-релиз "Юнайтед Био".

— Подумаешь, новость. Люди начали заниматься сексом по телефону, когда еще и десяти минут не прошло с тех пор, как Александр Грэхем Белл его изобрел.

— Ты мне голову морочишь. Секс никто не изобретал.

Крикет мне нравилась, хотя мы и были конкурентами. Она работала в "Откровенном Дерьме", второй по величине электронной бульварной газете на Луне, и уже успела сделать себе имя, хотя ей не было еще и тридцати. В большинстве случаев мы пишем об одних и тех же событиях, а посему очень часто видимся по долгу службы.

За все время нашего знакомства она ни разу не сменила пол, но никогда не проявляла никакого интереса к моим заманчивым предложениям. И вряд ли дело было во вкусе. Я уже начинал думать, что всему причиной ее сексуальная ориентация — но об этом ведь не спрашивают. Скорее всего, так и есть. А если нет, значит, я ее просто не интересую. Во что мне никак не хотелось верить.

Но, какие бы причины ни питали ее равнодушие, все они были одинаково досадны, потому что я уже три года тайком вздыхал по ней.

— "Просто подсоедините Тингл-модем (продается отдельно) к главному чувственному блоку", — прочла она, — "и ваш возлюбленный словно бы окажется в комнате рядом с вами". Готова об заклад побиться, мистер Белл ни о чем подобном и не подозревал.

У нее было детское личико со вздернутым носиком и нежными тонкими бровями, которые так аппетитно хмурились, когда она задумывалась — не сомневаюсь, эта милая гримаска была сознательной и точно выверенной, но от этого не становилась менее волнующей. Верхняя губа Крикет была короче нижней. Полагаю, это звучит не слишком симпатично, но она и эту свою особенность сумела обратить себе на пользу. Один глаз у нее был нормальный, зеленый, а другой — красный и без зрачка. В точности как у меня, разве что мой нормальный глаз — карий. Всевидящее красное око прессы никогда не дремлет.

Красная блузка Крикет с пышными оборками замечательно шла к ее серебристым волосам и ко второму атрибуту нашей профессии: серой фетровой шляпе с вмятинкой посередине тульи и приколотой к краю карточкой с надписью "ПРЕССА". Недавно Крикет переделала себе ноги под высокие каблуки. Это снова начало входить в моду, но я в свое время пробовал, и мне не понравилось. Операция окаблучивания довольно простая. Сухожилия ноги укорачиваются так, чтобы пятка перестала касаться земли, а вес тела падал на пальцы. Если укоротить слишком сильно, ходить придется на цыпочках, на манер балерины. Мне это кажется довольно глупой причудой, и все же я не могу не признать, что от этого лодыжки, бедра и ягодицы выглядят более подтянутыми и привлекательными.

Впрочем, нам-то еще повезло. Раньше для достижения подобного эффекта женщины втискивали ноги в ужасные остроносые колодки с десятисантиметровыми каблуками — и как-то умудрялись ходить в них при одном "же"! Подумать страшно, как это было больно и вредно.

— А еще тут пишут, что предусматривается код блокировки для гарантии верности.

— Что?! Это где такое?

Крикет протянула мне факс-планшет с выделенным абзацем. Я прочел и глазам своим не поверил.

— И это законно? — только и мог я спросить.

— Разумеется. Это ведь договор между любящими, разве не так? Никого не заставляют пользоваться им насильно.

— Да это же просто-напросто электронный пояс верности!

— Да, но для обоих супругов. Вовсе не как в Средневековье, когда бравый рыцарь в крестовом походе ублажал каждый вечер новую подружку, а его жена была вынуждена бегать в поисках хорошего слесаря. А в нынешней парочке — что барану, то и ярочке.