Джон Скальци – Разорванное пространство (страница 26)

– Вы ведь пришли сюда не просто позлорадствовать, леди Кива?

– Нет, если бы мне этого хотелось, я бы просто прервала твой долбаный ужин.

– Тогда зачем вы пришли?

На этот раз уже Кива постучала по документу.

– Хочу в долю, – сказала она.

– Прошу прощения?

– Ты слышал.

– Вы хоть понимаете, во что ввязываетесь?

– Думаешь, ты единственный, о котором я знаю кое-какие гнусности? – Она помахала пачкой документов, которую все еще держала в руке. – Ты затеял маленький уютный заговор, и будет жаль, если с его участниками что-нибудь случится.

– Я просто…

– Что?

– Ну… – Друзин слегка поерзал в кресле. – Как-то это все… внезапно. На прошлой неделе вы были любимицей имперо.

– Нет, – покачала головой Кива. – После той последней сраной попытки переворота Грейланд требовалась затычка в исполнительном комитете. Кто-то, кем, по ее мнению, она могла бы управлять. Вот только я не очень-то управляема, Друзин.

– Я заметил, – слегка улыбнулся Друзин.

– Естественно, ты же не полный долбаный кретин. – Кива наклонилась к нему. – Как думаешь, почему меня вдруг обвинили в финансовых махинациях со счетами дома Нохамапитан? Не потому, что я снимала с них сливки, мать твою, а потому, что нашей дорогой имперо требовался повод, чтобы убрать меня из исполнительного комитета так, чтобы это не выглядело как ее прихоть. Я спокойно сижу у себя в кабинете, когда являются эти болваны из министерства доходов и выкладывают передо мной это дерьмо, а потом, когда они уходят, через двадцать минут звонит кто-то из прислужников имперо и предлагает «возможность» уйти в отставку, твою мать. Я знаю, как все бывает, когда подобное случается на самом деле. На разбирательство обычно уходит куча времени, и даже не долбаная неделя.

– Похоже, вы злитесь на имперо.

– Естественно, я злюсь на имперо, мать ее растак. На нее и на ее долбаную тактику.

– И вы решили шантажировать меня.

– Нет, – снова покачала головой Кива и показала на документ. – Если бы я хотела воспользоваться этим, чтобы свести счеты с Грейланд, я бы сделала это, как только позвонил ее долбаный прихвостень. Нет, мне просто нужно было привлечь твое внимание. А теперь, когда твое внимание привлечено, позволь мне сообщить, что я готова предложить тебе место за этим столом.

Вульф откинулся в кресле:

– Слушаю.

– Первое: я научу тебя, мать твою, как перемещать деньги так, чтобы это не выглядело столь же очевидно, как размазанная ребенком по полу кухни краска. Я искренне удивлена, что болваны Грейланд уже сейчас не колотят в твою дверь.

– Учитывая, что ее болваны только что нанесли вам визит, сомневаюсь, что мне хочется последовать вашему совету, леди Кива.

– Я же говорила – это был лишь повод. Теперь, когда я больше не член исполнительного комитета, все это развеется, словно пердеж под вентилятором. Что ведет ко второму пункту: помнишь, ты просил пересмотра контрактов с домом Нохамапитан?

– Помню.

– Поздравляю, ты свое получил.

– Что, правда?

– Да, если возьмешь меня в долю.

– И вы полагаете, что, когда все это, – Вульф повел рукой, намекая на обсуждаемый заговор, – закончится, у вас все еще будет возможность заключать подобные сделки?

– Я не собираюсь ждать, когда все это закончится, – фыркнула Кива и покрутила рукой, передразнивая Вульфа. – Этот вопрос мы можем решить прямо сейчас, еще до «всего этого». Твой дом получит свое, даже если «все это» пойдет прахом.

– А если «все это» сработает, как планировалось?

– Тогда и посмотрим, что будет, – пожала плечами Кива. – У меня есть мой собственный дом, Друзин. У меня хватает своих дел и забот. Меня, по сути, заставили взять на себя долбаные дела дома Нохамапитан. Так что, если я просто уйду, ничего со мной не станется. Но пока что мы с тобой вполне можем сотрудничать.

– На моих условиях.

– Нет, условия теперь ставлю я. С этой сделки я должна что-то иметь.

– Гм… что еще?

Кива помахала документами:

– Для начала – этой твоей авантюре серьезно недостает финансов. Могу обеспечить тебя капиталом.

– Намерены финансировать революцию? – язвительно спросил Вульф.

– Нет, конечно, – ответила Кива. – Это будет делать она.

– Кто «она»?

– Та самая, чьи тайные личные счета я держу замороженными весь последний долбаный год, – сказала Кива, наслаждаясь потрясенным выражением лица Вульфа. – Да брось, Друзин. Не настолько уж я тупая. Вряд ли ты думаешь, будто я решила, что все это твоя идея. – Она снова помахала документами. – Или кого-то из этих клоунов. Для чего-то подобного нужны настоящие амбиции. А от нее ими прямо-таки воняет.

– Мне казалось, что она вам нравится, – заметил Вульф.

– Я не собираюсь с ней целоваться, мать твою. Ей незачем мне нравиться. Мне достаточно ее уважать, что я и делаю. По крайней мере, куда больше, чем долбаную Грейланд. Я видела вблизи их обеих. Одна точно знает, что делает. Другая, вообще говоря, нет.

– И как вы намерены… присвоить эти средства? Мне казалось, что вы передали все ее тайные счета, какие вам удалось найти.

– Да, я передала все тайные счета, о которых сообщила, – кивнула Кива. – Но есть и те, о которых я никому не говорила.

– И, как я понимаю, вы не просто снимали сливки, – улыбнулся Вульф.

– Это не снятие сливок. Это разумное финансовое планирование.

– Не самый лучший план, – заметила тем же вечером Сения Фундапеллонан, после того как их с Кивой привычный ночной фестиваль взаимных оргазмов завершился и они перешли к разговорам.

– Все будет хорошо, – заверила ее Кива.

Сения приподнялась на постели:

– Ты инсценировала разрыв с правительницей всей известной Вселенной, публично обвинена в финансовых махинациях и делаешь вид, будто намерена связать судьбу с личностью, которая по крайней мере дважды пыталась убить имперо. Эта личность принадлежит к семейству, пытавшемуся совершить переворот, а также, не будем забывать, убила по крайней мере одного члена императорской семьи. Да, кстати, еще пыталась убить и тебя.

– И на которую ты прежде работала, – напомнила ей Кива. – Собственно, в каком-то смысле все еще продолжаешь. По крайней мере, на ее дом.

Наклонившись, Сения поцеловала Киву в плечо.

– Теперь я работаю на тебя. Ты меня похитила, помнишь? После того, как меня ранили, целясь в тебя.

– Когда ты так говоришь, все и впрямь кажется слегка запутанным, – призналась Кива.

– Совсем чуть-чуть. Я просто хочу сказать, что у Надаше будет немало причин подозрительно к тебе относиться. И ты должна суметь отразить все ее подозрения.

– Мы для этого уже немало сделали, – ответила Кива. – У Надаше почти наверняка есть свои люди в министерстве юстиции и министерстве доходов. Решив проверить претензии в мой адрес, они увидят прекрасно сфабрикованные материалы расследования, подтверждающие то, что я говорила Вульфу. Отчет о долгом следствии, в виде документов с метаданными об их создании в последнюю пару недель. Как раз то, что требуется для обвинения.

– Похоже, ты этим весьма гордишься, – пробормотала Сения.

– Да ну, всего лишь красивый штрих, мать его растак.

– Вряд ли это удачная мысль – чересчур влюбиться в собственный ум.

– Ты что, моя мамочка?

– Будь я твоей мамочкой, я бы чаще употребляла слова «твою мать».

– Вполне нормальные слова.

– Несомненно, – кивнула Сения. – Хотя… может, и не настолько, когда они вылетают из твоего рта через раз.

– Да я половину долбаного времени сама их не слышу, когда говорю.