Джон Ронсон – Самовлюбленные, бессовестные и неутомимые. Захватывающие путешествия в мир психопатов (страница 1)
Джон Ронсон
Самовлюбленные, бессовестные и неутомимые
Захватывающие путешествия в мир психопатов
Jon Ronson
The Psychopath Test:
A Journey Through the Madness Industry
Copyright © Jon Ronson, 2011
© Видревич И., перевод на русский язык, 2022
© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2022
«В мире присваиваются ярлыки психических расстройств почти каждому проявлению такой сложной системы, как человек. Почему это происходит? Есть ли вообще у всего этого смысл? И каких последствий можно ждать?»
«Я начал читать эту книгу поздно ночью, усталый, подавленный и больной, а затем обнаружил, что смеюсь, как пресловутый псих, страницу за страницей».
«Интересная, провокационная и бесконечно остроумная!»
Посвящается Аните Бхумкар
(1966–2009), которая так любила жизнь
со всеми ее безумствами
1. Недостающая часть головоломки раскрыта
Это история о безумии. И начинается она со странной встречи в центре Лондона на Саутгемптон-роуд в кафе
Неподалеку за углом располагается факультет неврологии Лондонского университета, поэтому в кафе часто захаживают невропатологи.
В один прекрасный день женщина по имени Дебора Тальми направилась в
— Добрый день! Меня зовут Дебора, — поздоровалась она.
— Я — Джон, — представился я.
— А я — Джеймс, — кивнул ее попутчик.
— Ну, что ж, — начал я, — вы принесли его?
Дебора молча кивнула и передала мне пакет. Я открыл его и перевернул в руках.
— Красиво.
В июле женщина обнаружила в своем почтовом ящике очень странную посылку из Гетеборга (Швеция). На конверте было написано: «Расскажу подробнее, когда вернусь». Но имени отправителя указано не было.
В пакете лежала книга. В ней было 42 страницы, при этом 21 из них — каждая вторая — была пустая. Материалы и исполнение оказались на высшем уровне: бумага, полиграфия, иллюстрации. На обложке две аккуратных, жутковатых руки рисовали друг друга. В изображении Дебора узнала «Рисующие руки» М. К. Эшера.
Автора звали Джо К. (отсылка к Йозефу К. у Кафки или просто анаграмма английского слова «шутка» —
Записка, приклеенная к обложке, гласила: «Внимание! Прежде чем начать читать, ознакомьтесь с письмом профессору Хофштадтеру. Желаю удачи!»
Дебора пролистала книгу. Все это было очень странно: казалось, кто-то загадал ей головоломку, которую надо было разгадать. Внутри были зашифрованные стихи, страницы с пропущенными словами и т. д. Дебора снова посмотрела на конверт и перечитала надпись: «Расскажу подробнее, когда вернусь». Тогда один из ее коллег уехал в Швецию, и, хотя он был не таким человеком, чтобы отправлять загадочные посылки, Деборе показалось логичным, что это от него.
Но когда тот вернулся, Дебора спросила о странном послании. Как оказалось, он был не в курсе.
Женщину заинтриговала загадка, поэтому она отправилась в интернет. И уже тогда выяснила, что она — не первый получатель.
— И все, кому приходила книга, невропатологи? — уточнил я.
— Не совсем, — ответила Дебора. — Большая часть — да, но были астрофизик из Тибета и богослов из Ирана.
— Но все они ученые, — вставил Джеймс.
Каждый, как и Дебора, получил увесистый конверт из Гетеборга с надписью «Расскажу подробнее, когда вернусь». Они объединились в блогах и на форумах и пытались разгадать шифр.
Кто-то предположил, что книгу необходимо рассматривать как христианскую аллегорию, особенно учитывая послание «Расскажу подробнее, когда вернусь!» (очевидная отсылка ко Второму пришествию Христа). Складывалось ощущение, что автор бросает вызов атеисту Сартру и его книге «Бытие и ничто» (
Сара Олред — исследовательница в области психологии восприятия — с этим согласна: «Мне кажется, хотя я и не уверена до конца, что эта история — какой-то маркетинговый ход некой религиозной организации. Их цель — выставить дураками ученых / исследователей / философов / интеллектуалов».
Другим это кажется маловероятным: «Фактор дороговизны исключает теорию, если только кампания изначально не была основана на том, что тщательно отобранные адресаты начнут разбирать загадочную книгу онлайн».
Большая часть получателей считала, что ответ как-то связан с ними, потому что посылка пришла именно к ним. Должна же быть какая-то закономерность. Вот только какая? Может, все они собирались на какой-то одной конференции? А может, их отбирают на ответственный пост в секретной организации?
Один австралиец, который получил книгу, написал: «Возможно, первый, кто разгадает эту тайну, получит работу».
Но, очевидно, гений-одиночка (или некая организация), связанные с Гетеборгом, сочинили настолько сложную головоломку, что самые умные и получившие хорошее образование люди разгадать ее не могли. Может, это вообще невозможно, потому что код неполный и необходимая деталь пока отсутствует. Кто-то предлагал подержать письмо под лампой или попробовать пары йода, если использовалась какая-то тайнопись.
Но никаких секретных записей не обнаружилось.
Все уже были готовы сдаться. Раз это настолько хитрая задачка, что ее не могут разгадать ученые, возможно, справится какой-нибудь частный детектив или журналист с иным взглядом? Дебора начала наводить справки. Ей был необходим хваткий репортер, которого привлекла бы эта тема.
Они изучили несколько имен.
Тогда-то Джеймс, друг Деборы, и сказал: «Как насчет Джона Ронсона?»
Когда я получил по электронной почте приглашение прийти в
Но в какой-то момент я предположил и озвучил, что коллективное давление, которое он оказывает, может стать причиной того, что один из участников решит отдать собственную почку, и Дейв буквально взорвался. Он прислал сообщение, что в качестве наказания для меня останавливает свою кампанию, поэтому люди, которые зависели от нее, умрут и их смерти будут на моей совести.
Я искренне расстроился за них и в то же время обрадовался этому безумному сообщению: оно идеально подходило для статьи. Я сказал своему коллеге-журналисту, что Дейв Маккей кажется мне психопатом (я вообще-то ничего не знал о них, но думал, что именно так они себя и ведут). Коллега процитировал мое высказывание в прессе. Спустя несколько дней Маккей написал мне по почте: «Я считаю, что ваше утверждение, будто я психопат, — это клевета. Я связался с адвокатом. Он считает, что у меня есть все основания для заявления в суд. Даже если я вам не нравлюсь, это не дает вам права меня позорить».
Так что в тот день, когда Дебора вышла со мной на связь, я был в панике.
— О чем я только
— В чем дело? Почему все тут разорались? — спросил наш сын Джоэл, входя в комнату.
— Твой отец — идиот: я назвал человека психопатом, и он разозлился, — ответил я.
— Что он собирается делать?
Наступила тишина.
— Ничего, — сказал я.
— Если он нам ничего не сделает, чего ты тогда так разнервничался? — спросил Джоэл.
— Я беспокоюсь, что разозлил его. Я не люблю злить или расстраивать людей. Вот почему я расстроен.
— Ты меня обманываешь, — сказал сын, сужая глаза. — Я прекрасно знаю, что ты не прочь разозлить или расстроить кого-то. Что ты недоговариваешь?
— Я сказал тебе все, — ответил я.
— Он собирается на нас наехать?
— Нет, вовсе нет. Этого не произойдет!
— Мы в опасности? — закричал Джоэл.
— Никакой опасности нет! — Я тоже повысил голос. — Он всего лишь собирается подать в суд и отсудить у меня деньги.
— Боже, — выдохнул сын.
Я отправил Дейву письмо с извинениями и практически сразу получил ответ: «Спасибо, Джон. Теперь я тебя зауважал. Смею надеяться, если мы еще встретимся, мы будем на шаг ближе к тому, что можно назвать друзьями».
«Итак, — подумал я, — вот я в очередной раз схожу с ума из-за какой-то глупости».