Джон Рональд – Война за самоцветы (страница 108)

эльфов называют в древних сказаниях Имин, Тата и Энель. Они проснулись в таком порядке, но с малым временем между пробуждениями; и от них, говорят эльдар, были образованы слова один, два, три: древнейшие из всех чисел.*

* [сноска к тексту] Эльдаринские слова, относимые к ним - мин, атта (или тата), нель. Перемена, вероятно, историческая. У Трех не было имен, пока они не развили язык, и имена были даны (или взяты) после того, как они придумали числительные (или, по крайней мере, первые двенадцать).

Имин, Тата и Энель проснулись раньше своих супруг, и первым, что они увидели, были звезды, ибо они проснулись ранними сумерками до рассвета. И

следующим, что они увидели, были их суженые, во сне лежащие на зеленой траве рядом с ними. Тогда они так были очарованы их красотой, что в них незамедлительно пробудилось желание речи, и они начали “придумывать слова”, чтобы говорить и петь. И, будучи нетерпеливыми, они не стали ждать и разбудили своих супруг. Так, говорят эльдар, первым, что увидела каждая эльфийская женщина, был ее супруг, и любовь к нему была первой ее любовью; а любовь и почтение к чудесам Арды пришли позднее.

Через некоторое время, когда они недолго прожили вместе и придумали много слов, Имин и Иминье, Тата и Татиэ, Энель и Энелье гуляли вместе и покинули зеленый дол, где пробудились, и вскоре пришли в другую более обширную лощину, и нашли там шесть пар квенди, и в звезды снова сияли в сумерках следующего дня, и эльфы-мужи только пробуждались.

Тогда Имин провозгласил себя старшим и имеющим право первого выбора, и сказал: “Я выбираю этих двенадцать своими спутниками”. И эльфы-мужи разбудили своих супруг, и когда восемнадцать эльфов жили недолгое время вместе и выучили много слов, и придумали новые, они продолжили идти вместе, и вскоре в другой более глубокой и широкой низине нашли девять пар квенди, и эльфы-мужи только-только пробудились в звездном свете.

Тогда Тата потребовал право второго выбора и сказал: “Я выбираю этих восемнадцать своими спутниками”. Затем снова эльфы-мужи разбудили своих супруг, и они жили вместе и говорили меж собой, и создали много новых звуков и более длинных слов; и потом тридцать шесть повсюду гуляли вместе, пока не пришли в березовую рощу у ручья, и там они нашли двенадцать пар квенди, и эльфы-мужи так же только что поднялись, и взирали на звезды из-под ветвей берез.

Тогда Энель потребовал право третьего выбора и сказал: “Я выбираю этих двадцать четырех своими спутниками”. Снова эльфы-мужи разбудили своих супруг; и много дней шестьдесят эльфов жили у ручья, и вскоре они начали слагать стихи и сочинять песни, подобные музыке воды.

Наконец все они снова тронулись в путь. Но Имин заметил, что каждый раз они находили больше квенди, чем прежде, и подумал про себя: “У меня только двенадцать спутников (хотя я старший); я сделаю выбор позже”. Вскоре они пришли к благоухающему еловому лесу на склоне холма и там нашли восемнадцать пар спящих квенди. По-прежнему была ночь, и тучи заволокли небо. Но до рассвета налетел ветер и разбудил эльфов-мужей, и те пробудились и были изумлены при виде звезд; ибо ветер разогнал тучи и яркие звезды сияли от востока до запада. И долгое время восемнадцать новых квенди не обращали внимания на других и взирали на огни Менеля. Но когда, наконец, они обернули свой взор назад к земле, они увидели своих супруг и разбудили их, чтобы те посмотрели на звезды, выкрикивая им элен, элен! И так звезды получили свое имя.

Тогда Имин сказал: “Пока я не буду делать выбор”; и Тата, поэтому, избрал этих тридцать шесть своими спутниками; и они были высокими, темноволосыми и крепкими, как ели, и от них позднее произошло большинство нолдор.

И ныне эти девяносто шесть квенди говорили между собой, и новопробужденные придумали много новых и красивых слов, и многие искусные обороты речи; и они смеялись и танцевали на склоне холма, пока наконец не пожелали найти больше спутников. Тогда они снова вместе тронулись в путь, пока не пришли к темному в сумерках озеру; и там, на восточной стороне, был большой утес, и с его вершины низвергался водопад, и звезды мерцали в его пене. Но эльфы-мужи уже купались в водопаде, и они же разбудили своих супруг. Там были двадцать четыре пары; но пока еще не создали речь, хотя сладко пели, и их голоса эхом отдавались в камнях, смешиваясь с шумом водопада.

Но Имин снова придержал свой выбор, думая “в следующий раз встретится большая группа”. Поэтому Энель сказал: “Я делаю свой выбор и избираю этих сорок восемь своими спутниками”. И сто сорок четыре квенди долго жили вместе у озера, пока не стали едиными в мыслях и речи, и были довольны.

Наконец Имин сказал: “Пришло время продолжить путь и найти больше спутников”. Но большинство прочих были довольны. Так Имин и Иминье и двенадцать их спутников отправились дальше и долго бродили днем и в сумерках в окрестностях озера, рядом с которым пробудились все эльфы - по этой причине оно зовется Куйвиэнен. Но они больше не нашли спутников, ибо история Первых Эльфов завершилась.

И так вышло, что квенди всегда впоследствии вели счет в дюжинах, и 144

долгое время было самым большим их числом, так что ни в каком их позднем языке не было какого-либо общего названия для большего числа. А также случилось, что “Спутников Имина”, или Древнейшего Народа (от которого произошли ваньяр), тем не менее, было всего лишь четырнадцать, и то была самая малая группа; а “Спутников Таты” (от которых произошли нолдор) было всего пятьдесят шесть; но “Спутников Энеля”, или Младшего Народа, было больше всего; от них произошли телери (или линдар), и в начале их было семьдесят четыре.

Квенди любили в Арде все, что видели, и зеленые растения и летнее солнце вызывали у них восторг; но все равно их сердца всегда больше трогали Звезды, и часы сумерек в ясную погоду, перед рассветом или вечером, были временем их величайшей радости. Ибо в эти часы, весной, они впервые пробудились к жизни в Арде. Но линдар в отличие от остальных квенди с самого начала больше любили воду, и петь научились прежде, чем говорить.

Кажется, мой отец решил (по крайней мере, для данной “сказки”) проблему названия “Звездный народ” для эльфов (см. стр. 417, примечание 6) предельно просто: первые эльфы пробудились поздней ночью под небесами, не скрытыми тучами, на которых были видны звезды, и звезды отложились в их памяти ранее остального.

В Квенди и эльдар (стр. 382) мой отец написал об “озере и водопаде Куйвиэнена”, и это объясняется в Куйвиэньярна: “пока не пришли к темному в сумерках озеру; и там, на восточной стороне, был большой утес, и с его вершины спускался водопад, и звезды мерцали в его пене”. Через столь много лет он вернулся к Рассказу Гильфанона в Книге Утраченных Сказаний( .232): “Земли вокруг Койвиэ-нени, Вод Пробуждения, были холмистыми и полны громадных скал, и поток, что питал эти воды, падал туда через глубокую расселину… бледной и тонкой нитью, но вода истекала из этого темного озера под землю во многие бесконечные пещеры, опускаясь еще глубже в недра мира”.