Джон Рональд – Утраченный путь (страница 75)
§ 58. То был день празднества, и большинство жителей Валинора пре-
бывали на горе Манвэ и пели пред ним в его чертогах или играли в высоко-
горных садах на зеленых склонах Таникветили. Были там линдар и многие нолдор. Тишина воцарилась на улицах Валмара, и мало кто проходил по лестницам Туна; лишь на берегах Эльфийского Дома телери все пели и играли, мало заботясь о сроках и временах года и о судьбе, что вот-вот свершится. Сильпион быстро угасал, и уже замерцало сияние Лаурелин, когда, хранимые судьбою, Моргот и Унголиантэ прокрались на равнину.
Черным своим копьем Моргот пронзил каждое из дерев до самой сердце-
вины, и соки их хлынули наружу, и Унголиантэ выпила их до капли; а яд гнусных ее губ проник в древесину и иссушил дерева, и листья их, и ветви, и корни. Унголиантэ же, высасывая их сияние, изрыгала черные клубы; и до чудовищных размеров раздулась она.
§ 59. И вот над землей внезапно воцарились сумерки, и все сгущалась тьма, и преисполнился Валинор изумления и ужаса. Черные тучи оку-
тали башни Валмара, и тьма растекалась по его улицам. Варда взглянула вниз с Таникветили и увидела, что деревья потонули и сокрылись во мгле.
Слишком поздно сбежались все с холмов и от ворот. Два Древа умерли, и свет их угас, и стояли вокруг стенающие толпы, призывая Манвэ спустить-
ся к ним. На равнине слышался громовой топот тысячи копыт: то мчались кони Оромэ, высекая искры во мраке. Но быстрее них впереди поспешал Тулкас, и глаза его полыхали гневным светом, точно маяки. Но не нашли посыльные того, чего искали. Куда бы ни направлялся Моргот, вокруг него царили смятение и тьма, сотканные Унголиантэ, так что преследователи сбивались с пути, и слепли их очи, и Моргот ускользнул от погони.
Комментарии к части 4
§ 46. Теперь Сильмарили стали еще опаснее для людей: формулировка ( . 88) «никакая нечистая смертная плоть не могла прикоснуться к ним» заменена на: «ни смертная плоть, ни нечистая плоть не могли прикоснуться к ним».
§ 49. Длинное примечание об оружии номов (содержание которого является аб-
солютно новым), если и написано не одновременно с основным текстом, то, несомненно, было добавлено на ранней стадии. Фраза «Так писал Пенголод», по-видимому, относится к тому же самому времени, что и остальная часть примечания; это с трудом поддается объяснению, если Пенголод и впрямь был автором «Квенты Сильмариллион». На эту тему см. комментарий к § 123.
95–75 §§ 4 .лГКВЕНТА СИЛЬМАРИЛЛИОН 231
§ 50. Слова «хотя валар и ведали о сужденном приходе людей» не противоречат переработанному варианту текста § 20; потому что хотя там говорится, что приход эльфов не был предречен в Музыке айнур и оставался неведом для всех валар, кроме Манвэ; сказано также, что при пробуждении эльфов Манвэ «обратился к валар, открыв им думу Отца; и повелел им вернуться ныне к ис-
полнению своего долга, долг же их – управлять миром во имя Детей Илуватара, когда те появятся, каждый народ – в назначенный срок».
§ 54. «Но Феанор захлопнул тогда свои двери…»: история о том, как Моргот явил-
ся в крепость Финвэ и Феанора, с этого момента продвигается ближе к ее окон-
чательному варианту (см. 2, хроникальная запись о 2900 годе).
§ 55. «Залив Эльфийской земли»: в §§ 37–38, 44 в рукописи значится «Залив Эль-
фийской земли», а в машинописном тексте – «Залив Эльфийского Дома»
§ 58. «Черным своим копьем»: «Черным своим мечом» (§ 4): ср. версию «Утра-
ченных Сказаний», .153.
5. О БЕГСТВЕ НОЛДОР
§ 60. Так настало Затмение Валинора. В тот день явились к вратам Валмара номы, громко взывая, и несли они недобрые вести. Ибо поведали они, что Моргот бежал к северу, а вместе с ним – тварь доселе невиданная, что в сгущающейся ночи показалась паучихой, чудовищной обличием.
Нежданно обрушились они на сокровищницу Финвэ. Там сразил Моргот короля нолдор перед его же вратами и впервые пролил эльфийскую кровь, что запятнала землю. И еще многих других убил он, однако Феанора и его сыновей там не случилось. И Сильмарили забрал Моргот, и все бессчетные драгоценности нолдор, хранимые в том месте. Великой скорбью скорбел Феанор об отце, и о Сильмарилях – не меньше; и горько проклинал он судьбу, что увела его в тот несчастливый день на Таникветиль, и думал в безумии своем, что своими руками и руками своих сыновей сумел бы противостоять нападению Моргота.
§ 61. Мало что ведомо о путях Моргота после сих страшных его деяний в Валиноре. Однако говорится, что, спасаясь от погони, наконец перебрался он вместе с Унголиантэ через Скрежещущий Лед и так снова оказался в север-
ных областях Средиземья. Тогда Унголиантэ потребовала от него обещан-
ное вознаграждение. Половину платы составлял сок Древ. А вторую поло-
вину – щедрая доля похищенных драгоценностей. И уступил ей Моргот со-
кровища, и она пожрала их, и сияние их исчезло из мира; однако Унголиантэ сделалась еще темнее, и громаднее, и отвратительнее обличием. Но Моргот 23 2УТРАЧЕННЫЙ ПУТЬГл. 5 §§ 60–61
наотрез отказался делиться с нею Сильмарилями. Вот так впервые поссо-
рились два вора.
§ 62. И такую силу обрела Унголиантэ, что оплела Моргота своими удушливыми сетями, и жуткий крик его эхом прозвенел в содрогнувшем-
ся мире. Тут на помощь ему поспешили балроги, что жили до сих пор в самых глубоких недрах его древней крепости Утумно на Севере. Своими огненными бичами балроги разорвали тенета и прогнали Унголиантэ на окраинный Юг, где она и обосновалась на долгие времена. Так возвратился Моргот в свое древнее обиталище и отстроил заново подземные склепы и темницы, и громадные башни, в том месте, что номы впоследствии знали как Ангбанд. Там многократно умножились полчища его чудищ и демо-
нов; и вывел он племя орков, и плодились они и размножались во чреве земли. Орков этих Моргот сделал из зависти к эльфам и в насмешку над ними – сработаны они были из камня, а сердца их – из ненависти. Гламхот, ордой ненависти, именуют их номы. Можно назвать их и гоблинами, но в древние дни были они могучи и беспощадны.
§ 63. В Ангбанде Моргот выковал себе гигантскую железную корону и нарек себя Королем Мира. В ознаменование сего вставил он в корону три Сильмариля. Говорится, будто гнусные руки его обгорели дочерна от при-
косновения к этим священным драгоценностям, и так и остались черны; и впредь ни на миг не утихала боль от ожогов и ярость, рожденная болью.
Корону же Моргот вовеки не снимал с головы, хотя тяжесть ее обернулась нестерпимым бременем, и не покидал вовеки глубин своей крепости, но управлял своими бесчисленными воинствами с северного своего трона.
§ 64. Когда наконец не осталось сомнений в том, что Моргот бежал, Боги сошлись к мертвым Древам и долго сидели там во тьме молча, преис-
полненные горя. Поскольку народ Благословенного Королевства сошелся на праздник, все валар и их дети были там, кроме Оссэ, нечастого гостя в Валиноре, и Тулкаса, что никак не желал бросить безуспешную погоню; а с ними стояли и рыдали линдар, народ Ингвэ. Нолдор же в большинстве сво-
ем возвратились в Тун и скорбели о том, что тьма пала на их прекрасный город. И вот с моря через ущелье Кора потянулись туманы и тени, и смеша-
лись все очертания, ибо свет Дерев сгинул. Ропот поднялся в Эльфийской земле, и телери стенали у моря.
§ 65. Тогда внезапно объявился среди нолдор Феанор и призвал всех собраться на высокой площади на вершине холма
56–16 §§ 5 .лГКВЕНТА СИЛЬМАРИЛЛИОН 233
Кор под сенью башни Ингвэ; однако приговор к изгнанию из Туна, что на-
ложили на Феанора Боги, не был еще отменен, и восстал он против валар. И
вот вскорости собрались бесчисленные толпы – выслушать, что он скажет, и холм, и все лестницы и улицы, что поднимались по его склонам, озарились бессчетными огнями, ибо у каждого пришедшего в руках было по факелу.
§ 66. Великим красноречием обладал Феанор и умел подчинять словом.
В тот день держал он перед номами исполненную мощи речь, что запомни-
лась навсегда. Слова его дышали свирепым исступлением, ярость и горды-
ня звучали в них, и ввергали они в безумие, как пары крепкого вина. Гнев Феанора был обращен главным образом против Моргота, однако ж почти все, что говорил он, следовало из лживых наветов самого Моргота; был он вне себя от горя из-за гибели отца и терзался тоской из-за похищения Сильмарилей. Ныне же он объявил себя королем над всеми нолдор, раз Финвэ погиб, и насмеялся над приговором валар. «Для чего нам покорство-
вать и далее ревнивым Богам, – вопрошал он, – кои не в силах уберечь ни нас, ни собственных своих владений от врага своего? И разве проклятый Мелько – не из числа валар?»
§ 67. И повелел Феанор номам готовиться к бегству под покровом тьмы, пока валар еще погружены в тщетную скорбь: искать свободы в мире и соб-
ственной своей доблестью отвоевать там новое королевство, ибо Валинор уже не более светел и благословен, нежели внешние земли; преследовать Моргота и сражаться с ним неустанно, пока не отомстят за себя. «Когда же вернем мы Сильмарили, – уверял Феанор, – мы станем владыками за-
чарованного света и повелителями блаженства и красоты мира». Семеро его сыновей тотчас же встали рядом с ним и вместе принесли тот же обет, каждый – обнажив меч. И поклялись они клятвой, которую никто не су-
меет нарушить и никто не вправе давать, именем Всеотца, навлекая на себя Вечную Тьму, если не сдержат ее; и призвали они в свидетели Манвэ и Варду, и Священную Вершину, обещая преследовать своей местью и не-