Джон Рональд – Кольцо Моргота (страница 53)

*Эльдар полагали, что, если не случатся несчастье и разрушение тела, они способны в течение жизни испытать удовольствие от всех разнообразных даров, коими наделен их народ, будь то умение или знание, хотя и в разном порядке и в разной степени. С такими «изменениями умонастроения» или «инвисти», их ламатьявэр также могли меняться. Но подобное изменение или развитие, фактически, чаще случалось с нэри, ибо нисси, хотя и быстрее приходили к зрелости, оставались более постоянными и менее желали меняться. [Согласно мнению эльдар, единственный «признак» любой личности, не подверженный изменению – это пол. Ибо его они полагали равным образом принадлежащим не только телу (хрондо) [>хроа], но и разуму (инно) [>индо]: то есть личности в целом. Личность или индивидуальность они часто называли «эссэ» (то есть «имя»), но также называли и «эрдэ», или «особенность, неповторимость».

Поэтому те, кто вернулся из Мандоса после смерти первого тела, всегда возвращались к своим прежним имени и полу.])

Эти преднамеренные перемены избранного имени происходили нечасто. Но был еще один источник разнообразия имен, принадлежащих одному эльда, которое при чтении их летописей может поставить нас в тупик. Этот источник – анэсси: дарованные (или добавленные) имена. Самыми важными из них являлись так называемые «материнские имена»18. Матери часто давали детям особые имена по собственному выбору. Самыми примечательными из них были «имена прозрения», эсси теркенье, или «провидения», апакенье. В час рождения или другой подходящий момент мать могла дать имя своему ребенку, отметив главную черту его характера, открывшуюся ей, или провидение его особой судьбы19. Эти имена уважались и считались «истинными» именами, когда давались официально, и были публичными, а не личными, если ставились (как иногда происходило) сразу же после отцовского имени.

Все другие «дарованные имена» не были истинными, и в действительности тот, кому они давались, мог и не признавать их, если только не принимал их или не давал сам себе. Имена или прозвища такого типа могли быть даны любым, не обязательно членом той же семьи или рода, в память о некоем деянии или случае или как указание на примечательную черту тела или нрава. Они редко включались в «полное именование», но если так и делалось из-за их широкого использования и известности, то они ставились в конце с некоей оговоркой, к примеру: «некоторыми именуемый Тельконтар» (то есть Странник); или «в некое время известный как Мормакиль» (то есть Черный Меч).

Амилэсси теркенье, или материнские имена прозрения, высоко почитались, и в повседневном использовании иногда заменяли внутри семьи и вне ее отцовское и избранное имена, хотя отцовское имя (и избранное среди тех эльдар, у которых был обычай эссэкильмэ) оставалось всегда истинным, или основным именем, и необходимой частью любого «полного именования». «Имена прозрения» чаще давались в начале истории эльдар, и в то время они чаще использовались публично, потому что тогда все еще держались обычая, чтобы отцовское имя сына было модификацией имени отца (как «Финвэ»/«Куруфинвэ») или патронимом (как «Финвион» - «сын Финвэ»).

Отцовское имя дочери часто таким же образом выводилось из имени матери.

Известные примеры таких случаев можно найти в древних хрониках. Так Финвэ, первый владыка нолдор, сначала назвал старшего сына Финвионом20; но позже, когда раскрылись таланты сына, переделал это имя в «Куруфинвэ»21. Но имя прозрения, которое его мать Мириэль даровала ребенку в час рождения, было «Фэанаро», «Пламенный Дух»*; и под этим именем он стал известен, и так его называют во всех хрониках. (Говорят, что он также взял это имя как избранное в честь матери, которой никогда не видел)22. Эльвэ, владыка тэлери, стал широко известен под своим анэссэ, или «дарованным именем» -

«Синдиколло», «Серый Плащ», а позже, в изменившейся синдаринской форме, он звался «Элу Тингол». И в самом деле, чаще всего его называли «Тингол», хотя в его собственном королевстве правильным именем осталось «Элу» или «Элу-Тингол».

*Хотя гораздо чаще использовалась форма «Фэанор», которую оно приняло позже в языке Белерианда. [> (позднее) Хотя чаще использовалась форма «Фэанор», которая была смешением форм «Фэанаро» на к(вэнья) и «Фаэнор» на с(индарине).]

О СМЕРТИ И РАЗЛУЧЕНИИ ФЭА И ХРОНДО [>ХРОА]23

Должно понимать, что все, сказанное прежде о браке эльдар, относится к его правильному образу и природе в неискаженном мире или к обычаям тех, кто не испорчен Тенью, к дням мира и порядка. Но ничто, как уже говорилось, не может полностью избежать Тени на Арде или остаться неискаженным, так чтобы следовать своей истинной природе без помех. В Древние Дни и в годы до Владычества Людей бывали времена великих бед, и многих печалей, и злых несчастий; и Смерть24 тревожила эльдар, как и всех других живых существ в Арде, кроме одних лишь Валар: ибо видимый облик Валар появляется согласно их желанию, и если говорить об их истинной природе, то облик этот скорее походит на одежды, избираемые эльфами и людьми, чем на их тела.

Эльдар бессмертны в пределах жизни Арды согласно их истинной природе. Но если фэа (или дух) живет внутри и связан с хрондо [>хроа] (или телом) – то не по собственному выбору, а согласно установленному порядку, и так как тело сотворено из плоти или вещества самой Арды25, то союз этот уязвим для всех зол, что ранят Арду, хотя ему и назначено от природы быть постоянным. Ибо несмотря на этот союз, который имеет такую природу, что в согласии с неискаженной природой ни одно живое существо не может существовать без фэа или без хрондо [>хроа], все же фэа и хрондо [>хроа] – не одно и то же; и в то время как фэа невозможно уничтожить или повредить какой-либо силой извне, хрондо [>хроа] можно ранить или разрушить полностью.

И если хрондо [>хроа] разрушено или так искалечено, что не может исцелиться, рано или поздно оно «умирает». То есть для фэа становится мучительно обитать в хроа, не помогающем жизни, не желающем подчиняться, и она не находит более удовольствия в использовании тела, и тогда фэа уходит из хрондо [>хроа], существование которого прекращается, связь с духом разрывается, и оно возвращается снова в общий хрон [>орма] Арды26. Тогда фэа становится, так сказать, бездомной и невидимой телесному взору (хотя другие фэар ясно воспринимают его).

Это разрушение хрондо [>хроа], от которого происходит смерть или лишение фэа дома, было испытано бессмертными эльдар вскоре после того, как они пробудились в искаженном и покрытом тенью королевстве Арда. И воистину, в начале их дней смерть приходила чаще; ибо их тела меньше отличались27 от тел людей, и еще не достигли они полной власти духа над телом.

Но власть эта, тем не менее, во все времена была больше, чем когда-либо у людей. С самого начала главная разница между эльфами и людьми лежала в природе и судьбе их душ. Фэар эльфов было предназначено жить в Арде до самого конца Арды, и смерть плоти не отменяла этой судьбы. Поэтому их фэар упорно держались за жизнь «в одеянии Арды» и далеко превосходили души людей во власти над этим «одеянием», с самых первых дней28 защищая тела от многих несчастий и угроз (таких как болезни) и быстро исцеляя их раны, даже такие, что были бы смертельны для людей.

В течение веков власть их фэар над телами возрастала, «сжигая» их (как уже было отмечено)29. Концом этого процесса будет их «истаивание» (как назвали его люди); ибо тело станет, в конце концов, лишь памятью фэа; и конец этот уже наступил во многих местах Средиземья, так что эльфы воистину бессмертны, и их нельзя уничтожить или изменить30. Таким образом, чем дальше мы углубляемся в историю, тем чаще читаем о смерти эльфов древности; и в дни, когда дух эльдалиэ был юн и еще не пробудился окончательно, смерть их по виду мало отличалась от смерти людей.

Что же случалось тогда с бездомной фэа? Ответ на этот вопрос не был ведом эльфам от природы. Сначала (как они говорят) они полагали или догадывались, что «уходят в Ничто» и заканчивают свое бытие подобно всем известным им живым существам, как дерево, которое рубят и сжигают. Другие догадки были еще более мрачны – согласно им эльфы отправлялись в «Царство Ночи», во власть «Владыки Ночи»31. Эти догадки явно шли от Тени, в которой они пробудились, и чтобы избавить от этой тени их души даже более, чем чтобы избавить их от опасностей Арды Искаженной, Валар пожелали привести их к свету Амана.

В Амане они узнали от Манвэ, что каждая фэа неуничтожима в пределах жизни Арды, и их судьба состоит в том, чтобы пребывать в Арде до конца. Поэтому фэар, страдающие в Арде Искаженной от неестественной разлуки со своими хрондор [>хроар], оставались в Арде и во Времени. Но в этом состоянии они были открыты прямым наставлениям и повелениям Валар. Как только они лишались тела, их призывали оставить места их жизни и смерти и прийти в «Чертоги Ожидания»: Мандос в королевстве Валар.

Если они подчинялись этому призыву, то перед ними открывались разные возможности32. Период времени, что они пребывали в Ожидании, частично зависел от воли Намо Судии, владыки Мандоса, частично от их собственной воли. Самая счастливая участь, как они полагали, состояла в том, чтобы вновь родиться после Ожидания, ибо так можно было исправить зло и печаль, что они испытали от уменьшения назначенного срока жизни.