Джон Пассарелла – Обряд посвящения (страница 57)
Судя по опыту Дина, если попасть куда нужно, бронебойные пули не требовались. Сэм прицелился в Джесса. Они угрожающе двинулся на него, занеся трость, словно копье. Сэму пришлось развернуться к нему лицом. Он еще успел в последний раз выстрелить, но пуля угодила в рог и срикошетила. Сэм вскинул руку с пистолетом, чтобы блокировать удар трости. Пистолет вылетел из онемевших пальцев, Сэм очутился в воздухе и приземлился на кресла, поверх двух трупов. Удар распорол куртку, по животу потекла кровь — результат близкого знакомства с тесаком. Морщась, Сэм приподнялся как раз вовремя, чтобы заметить, как Вайнмиллер готовится стрелять.
— Вайнмиллер! — слабо окликнул его МакКлэри. — Отбой!
— Я сейч…
Обитый металлом наконечник трости проткнул ему горло. Пока тело дергалось, обливаясь кровью, они воткнул тесак в ручку кресла, развернутой когтистой ладонью пробил Вайнмиллеру грудь и вырвал все еще бьющееся сердце.
Дин шагал по проходу, раз за разом стреляя в они. Они швырнул в него тесак, но Дин пригнулся, и лезвие просвистело у его головы. Тогда они подобрал труп Вайнмиллера и швырнул его в Дина, сбив того с ног.
К тому времени, как Сэм выпутался из трупов, они и два его сына ускользнули через пожарный выход.
Сумико, сгорбившись в машине, пыталась позвонить матери, но звонок каждый раз срывался. Скорая увезла пострадавшего водителя, который был слишком пьян, чтобы найти педаль тормоза, и чуть было не сбил регулировщика. Улица опустела.
Какое–то движение привлекло ее внимание. Она машинально пригнулась и выглянула в окно. Три темные фигуры украдкой пробежали через задний двор.
Ближайший фонарь погас, когда водитель врезался в столб, но одну из фигур Сумико узнала — это был Райан. И, кажется, он был ранен. Рядом с ним двигались высокий мужчина и Джесс, а Дальтона, должно быть, они оставили в театре. Но почему? Может, именно он устроил беспорядки в театре? Ясное дело, копы бы не отпустили остальных вот так запросто. Их должны были допросить.
Когда они залезли в красный автомобиль, медленно отъехали от перегороженного перекрестка и свернули на боковую улочку, Сумико решилась. Швырнув бесполезный телефон на пассажирское сиденье, она поехала следом. Если Райан надеялся хоть как–то выпутаться из этой катастрофы, ему нужно было сдаться. Может быть, этот злой человек — его настоящий отец — силой заставил Райана помогать ему. Сумико отказывалась верить, что Райан по доброй воле принял участие в ограблении или захвате заложников. Возможно, это последний шанс помочь ему.
Чтобы не пришлось всю ночь отвечать на вопросы в полицейском участке, Дин, Сэм и Бобби покинули театр сразу же после того, как помогли МакКлэри подняться. Тот взял ситуацию под контроль, хоть и постоянно морщился: к поврежденному запястью добавились сломанные ребра. Обход территории ничего не дал, а камеры, как и следовало ожидать, не сработали.
Порез у Сэма был длинный, но неглубокий, и кровь уже остановилась. Торс Бобби представлял собой один сплошной синяк, но он решил, что ребра целы. А если дело обстояло по–другому, все равно отказывался это признавать. Известие о смерти Роя он принял тяжело:
— А, проклятье. Говорил же упрямому ублюдку, что это не его битва.
— Добром это никогда не кончается, — вспомнил Дин последние слова Роя.
— По крайней мере, мы нашли их слабое место, — проговорил Сэм. — Одного убили, и я почти попал в третий глаз Большого Папочки.
— Почти? — переспросил Бобби. — Проклятье, я попал прямо в него. Хоть бы хны.
— Никакого ущерба?
— Судя по всему, больно было еще как, — отозвался Бобби. — Он так в свою трость вцепился.
Сэм нахмурился:
— Трость. В легендах они носит дубинку.
— Канабо, — уточнил Бобби. — Переделал его с оглядкой на современность?
— Выражение «они с железной дубиной» означает в японском нечто несокрушимое, так? — сказал Сэм. — А что если дубинка подпитывает его способности? Что если третий глаз — уязвимое место, которое она защищает?
— И правда. Защищает, — повторил Дин. — Получается, нам крышка. Ахиллесовой пяты не предвидится. Прорехи в броне нет.
— Нет, Дин, — покачал головой Бобби. — Сэм подал неплохую идею. Эта дубинка не просто оружие, а защитный амулет, щит.
— Заберем трость, потом выстрелим в глаз, — пояснил Сэм.
— Ладно. Но сначала надо его найти.
— Кое–кто может знать, где он, — Сэм бросил взгляд через улицу. — Если я смогу ее отыскать.
— Блоггера?
— Она знает этих парней, сыновей они. Наверное, следила за ними досюда. Теперь ее машины нет. Наверное, когда они уехали, она опять направилась следом.
Он достал из багажника лэптоп и обнаружил сообщение о Сумико, в котором говорилось, что она заподозрила, что с Райаном что–то не так, и проследила за ним и остальными до театра. Она беспокоилась, но не знала, что происходит.
— Она написала уже после нашего прибытия.
— Не сказала, где она сейчас?
— Это единственное сообщение, — с тревогой проговорил Сэм. — На письма не отвечает. Надо бы позвонить, но у меня нет ее номера.
— Я звякну МакКлэри, — вызвался Бобби. — Он сможет выяснить ее домашний номер. А если его нет в базе, будет знать кто–нибудь из школы.
Сэм развернулся к Дину и проговорил:
— Если она следит за ними, то вслепую.
— Даже не догадываясь, что преследует шайку хладнокровных убийц.
Сумико остановила машину за полтора квартала от «Хоторна» и, прежде чем выйти на улицу, подождала, пока троица исчезнет в разрушенном универмаге. Она планировала найти Райана и уговорить бросить остальных. Оказавшись в безопасном месте, она убедит Райана позвонить в полицию и рассказать, как преступники принудили его быть с ними заодно. Другого объяснения поведению Райана она найти не могла. Сумико слишком хорошо знала его, чтобы поверить, что он способен по собственной воле совершить серьезное преступление. Если он даст показания против человека, напавшего на его мать, очевидного лидера группы, то полиция, может быть, вынесет ему более мягкое наказание, скажем, испытательный срок или домашний арест. Надо помочь ему поступить правильно.
Осмотрев дверь в «Хоторн», Сумико поняла, что замок взломан и петли повреждены. Когда она взялась за ручку, дверь чуть было не распахнулась настежь. Сумико остановилась, полезла в карман, чтобы отключить звук в телефоне (не то чтобы сегодня он радовал надежным сигналом), но не смогла его найти. Не то вывалился из просторного кармана куртки, не то снова остался на пассажирском сиденье. В любом случае, нужно убрать Райана подальше от остальных, пока полиция не обнаружила их всех вместе.
Глубоко вздохнув, Сумико приоткрыла дверь и ступила в темный магазин. Все товары давным–давно исчезли, но осталось несколько манекенов — словно вечно стоящие на страже призраки — да еще пустые стойки с пластиковыми и металлическими вешалками. Стеклянные прилавки выстояли, но кассовых аппаратов не было. В середине магазина крестом пересекались запыленные эскалаторы. Высоко над головой длинный ряд потолочных окон, густо заляпанных птичьим пометом, пропускал кое–какой свет, который отражался от металлических, стеклянных и зеркальных поверхностей. Пока Сумико пробиралась все дальше в магазин, глаза привыкли к темноте достаточно, чтобы не врезаться в прилавки и пустые стенды.
Услышав голоса, доносящиеся из бывшего отдела с домашним кинотеатром, Сумико прищурилась, стараясь в темноте разглядеть происходящее. Миновав эскалаторы, она увидела неверный свет свечей, танцующий на стенах. Еще несколько шагов, и она заметила Райана — он стоял к ней боком и, по голосу было слышно, злился:
— …заставил меня делать эти… эти ужасные вещи!
— Это твоя истинная натура, — отозвался низкий голос. — К рассвету превращение завершится. Ты отринешь человеческие слабости и заботы. А теперь закончим ритуал демонических ворот, чтобы эта женщина тоже стала они и разделила нашу силу.
Сумико замерла, услышав всхлипывание.
Справа на неподвижных ступенях эскалатора появилась черная тень, перемахнула через перила и оказалась за спиной Сумико. Она взвизгнула, когда одна сильная рука обхватила ее за шею, а вторая за талию, но успела разглядеть знакомое лицо. Несмотря на забрызгавшую лоб и щеки кровь, она узнала Джесса Трамболла.
Джесс оторвал ее от пола и понес туда, откуда доносились голоса. Сумико отбивалась руками и ногами, царапалась и вопила, но неловкие удары не наносили вреда, и потом, Джесс был тяжелее килограммов на пятьдесят. Спустя несколько секунд он, не разжимая рук, поставил ее перед высоким мужчиной и Райаном.
— Ты был прав, — сказал он мужчине. — За нами шпионят.
— Скоро твой третий глаз тоже даст тебе силы видеть сокрытое.
Сумико еще не успела как следует разглядеть рожки на их головах, набухшую шишку посреди лбов и ряды острых зубов, но тут ее внимание привлекла темноволосая женщина, привязанная к опорной колонне. Ее взгляд дико метался, ни на чем не фокусируясь, по щекам текли слезы, а губы выглядели так, будто она кусала их, пока не показалась кровь. Сумико испугалась, что женщина сошла с ума. Когда она заметила на полу медную чашу, а в ней блестящий красный комок с кулак размером, она поняла почему.
«Господи, нет!»
— Для ритуала демонических ворот мне нужно было свежее человеческое сердце, — проговорил высокий мужчина. — А теперь сын мой принес живое бьющееся сердце, дабы заменить мое молчаливое подношение. Великолепно!