Джон Медина – Правила развития мозга на работе. Как испытывать меньше стресса и быть продуктивнее, работая в офисе или дома (страница 44)
Одним из важных выводов, полученных благодаря ИАТ, было то, насколько тяжело искоренить или изменить предубеждение, однажды проникшее в человеческую психику. Об этом однажды красноречиво высказался Мохаммед Али в интервью Майклу Паркинсону. Али рассказал о своем детстве и о том, как он впервые осознал, что такое расовая дискриминация:
«Я спрашивал свою маму о том, как так получилось, что кругом все белое? Мне всегда было любопытно почему, например, Тарзан, король джунглей в Африке – белый».
В это время из зала послышался прерывистый нервный смех.
«Почему десерт «Пища ангелов» был белым, а бисквит «Пища дьявола» – черным, шоколадным? Все дурное было черным. Гадкий утенок был черной птицей, а черная кошка – это к несчастью. Все это было ложью. И вот тогда я понял, что что-то не так».
Данному интервью уже более полувека, а проблемы все еще актуальны. Предубеждения подобно паразитам внедряются в наши мысли и остаются с нами надолго.
К счастью, в наши дни многие осознают данную проблему. Предпринимались попытки формализации ее решений, что привело к появлению целой индустрии, продуктом которой стали разнообразные программы вроде «Тренинг разнообразия», с превеликим удовольствием закупаемые отделами кадров по всему миру.
В рекламе подобных программ говорится о том, что благодаря им возможно уменьшить или даже вовсе устранить скрытые предубеждения. Но к подобным заявлениям я бы относился скептически: подтверждающих данных априори практически нет, а реальные изменения имеют смехотворно короткий период – буквально менее часа, а в некоторых случаях и того меньше. К слову, большинство таких программ даже не имеют инструментов контроля, тестов и т. п. Об этом говорил исследователь и разработчик ИАТ Энтони Гринвальд, который в своем недавнем интервью сказал:
«На данный момент я весьма скептически отношусь ко всему, что связано с проработкой скрытых предубеждений. Данные методы не были подвергнуты научной оценке, а потому данных об их эффективности нет».
Это неприятно, ведь подобные «Тренинги разнообразия» разрабатываются действительно чистосердечными людьми с благими намерениями, которые искренне хотят залечить социальные раны. Но, к счастью, надежда есть.
Мы собираемся рассмотреть ряд многообещающих подходов, которые при этом научно обоснованы. И первая наша стратегия будет заключаться в том, чтобы игнорировать наши предубеждения, перешагнуть через когнитивный беспорядок и двигаться дальше. И в этом нам поможет одно замечательное исследование, которому уже более двадцати пяти лет. В нем исследуется вопрос сексизма в американских симфонических оркестрах.
Дело в том, что в симфонических оркестрах вакансии закрываются путем прослушивания кандидатов, отобранных из числа прочих претендентов директорами оркестров, которые, в свою очередь (так уж исторически сложилось), оказывались мужчинами. Поэтому неудивительно, что они выбирали в основном кандидатов мужского пола. К концу 60-х годов только 6 % всего состава наиболее видных оркестров США составляли женщины.
Со временем ситуация менялась, и в некоторых оркестрах были введены прослушивания за ширмой или занавесом, что в известной степени снимало гендерный вопрос и снижало градус предвзятости. Эффект был ощутимый: к 1993 году число женщин-оркестранток возросло до 21 %.
Подобные вещи часто трактуются как истории успеха в борьбе с предубеждениями. Но не все так радужно. Такие меры бесспорно делают свое дело, нивелируя влияние предубеждений, но не избавляют от них. Они, так сказать, отсекают стебель, оставляя нетронутым корень.
Но можно ли выкопать этот корень при помощи, например, когнитивной лопаты, прополов ею наши мыслительные грядки? К счастью, можно. И такие примеры есть. Один из них попался мне в выпуске радио BBC под названием «Две минуты десятого». В нем обсуждался ужасный взрыв в Оклахома-сити, произошедший в апреле 1995 года. В последней части выпуска, посвященном этой печальной главе американской истории, обсуждалась примирительная работа Имада Энчасси, имама соборной мечети в Оклахома-сити. Мечеть, представляющая собой комплекс объектов, включающих бесплатную клинику, постоянно пикетировалась антиисламистами.
Однажды Энчасси набрался смелости и подошел к одному из протестующих – рослому мужчине с винтовкой М-16 в руках. Священнослужитель спросил у него, почему он делает все это, ожидая услышать в ответ что-то вроде гневного твита, написанного Caps-Lock. Однако, тот ответил всего-навсего то, что он проводит демонстрацию против ислама. После этого началась продолжительная беседа.
Через некоторое время Энчасси заметил, что у собеседника на лице имеется подозрительного вида родинка, и предложил осмотреть его. На это мужчина ответил, что у него нет денег. И тогда просиявший имам заявил, что вот прямо здесь у них есть бесплатная клиника и повел бойца туда. Конечно же, родинка оказалась злокачественной, и ее нужно было удалять. После этого в мужчине, который казался сильным и непоколебимым, что-то изменилось. Чтобы не утонуть в подробностях, просто приведем слова Энчасси: «…этому парню и по сей день помогают в нашей клинике, а он теперь занимается вопросами нашей безопасности».
Можно ли научить людей испытывать подобные поведенческие прозрения? Какая мудрость могла бы привнести в наш мир благодать подобного масштаба? Можно ли сделать исцеляющую инъекцию в сосуды, питающие наши предрассудки? Известная доля научных усилий была направлена именно на это.
Вот три подхода, которые показали свою эффективность. Они научно обоснованы, подтверждены фактами, однако еще продолжают изучаться:
Речь о том, чтобы притормозить, замедлиться перед тем, как принять решение, на которое может повлиять какое-либо предубеждение.
Исследования показывают, что те люди, которые реагировали на ситуацию быстро, в большинстве случаев исходили из своих внутренних, неосознаваемых, установок. Но если у них появлялась возможность остановиться и спокойно поразмыслить, степень предвзятости снижалась.
Основная идея данного подхода в том, что наши предубеждения не являются постоянными и незыблемыми, а могут быть обусловлены воздействием окружающей среды. Если бы эти экологические триггеры можно было нивелировать, то предубеждения вышли бы на свет и проявились во всей красе. Это стало бы первым шагом к избавлению от них.
Здесь стратегии варьировались от описания принципов формирования и функционирования предубеждений до примеров перепрограммирования успешных людей, которые вышли за рамки стереотипов. В рамках коллаборации две группы исследователей, занимавшихся вопросами сексизма, обнаружили, что обучение людей тому, как принадлежность разному полу обусловливает поведенческие различия, улучшило, например, отношения в рамках процесса наставничества между мужчинами и женщинами. Так, в Harvard Business Review он писали:
«Мужчины более сознательно и эффективно проявляют себя в наставничестве женщин, если они понимают и принимают… нейробиологические гендерные особенности и не менее мощное влияние гендерной социализации».
К сожалению, нам неизвестно, является ли обучение верной стратегией в борьбе с предубеждениями. Мы также мало знаем о долгосрочных последствиях подходов, связанных с замедлением и социально-экологическими триггерами. Не существует волшебной таблетки от всех типов предубеждений и предрассудков. Да, мы добились серьезного прогресса в решении некоторых подобных вопросов, например однополых браков. Но нам еще предстоит серьезно потрудиться, чтобы преодолеть многие социально токсичные предубеждения, в том числе и в отношении расы.
У нас есть основания для надежды на лучшее. Большинство стратегий и подходов в данной области апеллируют к тому, как другие (не такие, как мы) думают, и предполагает ремоделирование и переосмысление. В данном случае когнитивная неврология может быть полезна как никогда, ведь мы, нейробиологи, знаем, как представить и показать другим, каким образом люди мыслят и чувствуют. Однако этих знаний не найти в учебниках: они в кабинете у психотерапевта.
Иногда случается так, что вы сталкиваетесь с титанами науки, которые, однако, выглядят (и действуют) совсем не сообразно своему масштабу. В качестве примера можно привести легендарного отца когнитивно-поведенческой терапии (КПТ) психиатра Арона Бека. Его отличает бесконечная самоирония, на голове у него копна седых волос, а на шее – галстук-бабочка прямиком из комиксов 50-х. Его голос тонкий, как тростинка, ум острый, как скальпель, а сердце теплое, как рождественский камин.
Детище Бека – КПТ – вероятно, избавило от огромного количества душевных мук больше людей, чем любая другая методика в истории психотерапии. Суть ее довольно проста: создание долгосрочных поведенческих изменений не обходится без глубинной проработки источника негатива, который кроется в мышлении. Основываясь на этой, казалось бы, простой идее, КПТ дает измеримые и долгосрочные изменения, положительные последствия которых длятся годами. Неудивительно, что данный метод столь популярен. Прежде чем вернуться к теме предубеждений, я бы хотел углубиться в его суть и описать основы. Предлагаю начать с вопроса, в решении которого КПТ особенно преуспела – чувства тревоги.