Джон Маррс – Code. Носители (страница 45)
– Этого я и боялся, – продолжил он. – С вами, Бруно, я пошел на риск. Ручался скептикам, что вы и сына, и прошлую жизнь оставите за спиной. Вы же с ходу впали в буйство, а теперь вообще строите из себя шпиона.
– Зря вы вообще меня взяли. Это Луи решил головоломку, не я.
– Что сделано, то сделано. Секреты доверили вам. По уровню синестезии вы прошли едва-едва, отсюда и Отголоски. Но вы, помимо всего прочего, целеустремленный, верный родине и расчетливый. Лучший выход для вас сейчас – выселиться из номера, сесть в машину и нажать кнопку зажигания.
– Чтобы моего сына и дальше били?
– А его били? Вы и сами не знаете. Сделайте как будет лучше для себя и страны – уезжайте.
За год Бруно изменился до неузнаваемости, но по-прежнему оставался отцом.
– Нет, – тихо ответил он. – Я должен убедиться, что Луи ничего не грозит.
Карчевски надел очки и пожал плечами.
– Надеюсь, вы образумитесь. Иначе всем несдобровать.
Тянулись часы, наплывали и наплывали Отголоски. Одни, более говорливые, упрашивали бросить все и уехать, другие поливали его грязью. Двигал ими один на всех страх кануть в небытие со смертью носителя.
Ближе к обеду у Бруно забурлило в животе от голода. Не отрываясь от экрана мобильника, он вышел из номера с целью прогуляться до ближайшего супермаркета через две улицы и в коридоре бросил взгляд через окно на улицу… где на остановке вышел из автобуса обидчик его сына. Замешкавшись, он полез в рюкзак. Ярость вмиг застлала Бруно глаза. Он стремглав выскочил вон из гостиницы и через парковку подлетел к мужчине.
Вживую тот оказался выше и мясистее, чем на видео, но Бруно было плевать. Первый удар молотком пришелся по шее сзади. Несчастный тут же завалился.
Следом – раз, два, три по ребрам. Мужчина инстинктивно перекатился, свернулся клубком. Бруно пихнул его на лопатки и, усевшись верхом, стал колотить затылком о бетон.
– Не надо, умоляю! – судорожно простонал мужчина и закрылся от удара по голове.
– Я видел, что ты с ним сделал! – рявкнул Бруно с пеной у рта.
– Ничего я не делал!
– Откуда я тебя тогда знаю?
– Я новенький, только-только сюда устроился, клянусь!
– Врешь, сволочь! Я видел по камерам, как ты ударил моего маленького сына!
– Да я вашего Луи даже не знаю!
– А имя-то откуда взял?!
Осознав свой прокол, мужчина закрыл лицо еще от двух ударов. Из-за спины послышались шаги воображаемых зрителей. Их последние мольбы опомниться потонули в шуме потасовки.
– Не надо! Подождите!
– Чего ждать? Что ты такого скажешь, чтобы я тебя пощадил?!
– Мне заплатили!
Бруно опешил.
– Кто?
Мужчина глянул за спину Бруно, туда, где стояли Отголоски. Бруно круто развернулся, но вместо Отголосков увидел одного-единственного человека – настоящего, не галлюцинацию.
– Она! – простонал избитый.
Глава 63
Эмилия
Бруно и Эмилия сидели напротив в машине Бьянки, сверля друг друга глазами. Оба ждали, кто первый сдастся, взгляд не отводили.
По рукам и ногам он был скован наручниками. Надел их сам под дулом пистолета, который Эмилия стащила из машины на ферме после убийства Шинейд.
На допрос у Эмилии были считаные минуты. Затем придется передать Бруно подоспевшим Бьянке и Адриану, а там уже, скорее всего, его жизни конец.
– Знаешь меня? – с ходу начала она, захлопнув дверь. Говорила твердо, даже дерзко – не как с Шинейд. Бруно смерил ее взглядом.
– Я много кого знаю.
– Присмотрись. Только ты можешь мне помочь. Скажи, кто я.
Бруно и бровью не повел.
– Я ведь не жилец? – после паузы спросил он. – Сына мне уже не дашь увидеть…
– У меня нет выбора.
Бруно закатил глаза.
– Я уже давно этим же оправдываюсь… Я, мол, ни при чем – вынудили. А на деле ничего подобного. Мы сами виноваты в том, что сейчас находимся здесь. Моя смерть будет на твоей совести – и только на твоей.
Эмилия, с комом в горле, запустила руку в волосы и потерла глаза.
– У меня нет времени на твои нотации. Просто скажи, что знаешь обо мне.
– А если не скажу, убьешь? – Он усмехнулся. – Заговорю – умру, нет – тоже… Так какой смысл?
Время утекало. Бьянка и Адриан дали десять минут, чтобы вытянуть из него правду, прежде чем возьмут дело в свои руки. Их цели по-прежнему оставались загадкой. Рычаг давления сейчас был один – Луи, сын Бруно. Как только Бруно идентифицировали, найти его ахиллесову пяту – мальчонку-аутиста в интернате Эксетера – не составило труда, и мысль сделать Луи приманкой родилась сама собой.
– Для справки: на чем я прокололся? – спросил он.
– Камеры записали, как ты и другие входили в здание в Лондоне. Там вас, видимо, обучали. Затем вскрылось, что у тебя есть сын, и ты вряд ли устоял бы перед соблазном смотреть на него время от времени хоть одним глазком. Проще всего – через систему видеонаблюдения; в ней-то и оказались подозрительные потоки данных. Как-то так.
– Скажи-ка, а понравилось, что из-за тебя избили аутиста?
Теперь пришел черед Эмилии отмолчаться.
– Я ничего не помню о себе, – перевела она тему. – Знаю только, что у меня муж и две дочки, к которым меня тянет, как тебя к Луи. Помочь мне можешь только ты.
– Сначала дай увидеться с сыном.
Эмилия вздохнула.
– Нет времени, к тому же это не в моих силах.
– Тогда пусть твои дочки спят спокойно. Мать их больше не увидит.
– Н-нет! – воскликнула она надтреснутым голосом. – Это подло!
– А убить нейроносителя не подло?
– Бьянка убила! Бьянка и ее Хакерский коллектив!
Бруно со смехом замотал головой.
– Да, актриса из тебя что надо!
– В смысле?
Смех перерос в хохот.
– Хватит! – крикнула Эмилия голосом, глухим от слез.
При виде того, как она вытирает глаза, Бруно загоготал еще сильнее.
– Уймись! – рявкнула она и в отчаянии стукнула по сиденью кулаком. – Кончай надо мной смеяться!
Гогот нарастал, больно долбя по перепонкам. К удивлению Эмилии, к нему примешивалось что-то еще, едва слышное, будто шепот снаружи машины, однако слова было не разобрать.