Джон Коулман – Комитет 300. Полная версия (страница 48)

Второй журналист:

«Вы подтолкнули его к нападению — к захвату. Чего Вы ожидали?»

Посол Гласпи:

«Разумеется, я не думала (и ни у кого не было подобных мыслей), что иракцы собираются захватить весь Кувейт».

Первый журналист:

«Вы думали, что он собирается захватить только его ЧАСТЬ? Но как ВЫ МОГЛИ ТАК ДУМАТЬ?! Саддам сказал Вам, что если переговоры не дадут результата, он откажется от своей цели в Иране (водного пути Шатт-аль-Араб) ради «всего Ирака, в таком виде, в каком» они «хотели бы его иметь». Вы ЗНАЕТЕ, что сюда входит и Кувейт, который иракцы всегда считали исторической частью своей страны!»

(Ничего не отвечая, посол Гласпи обходит двух журналистов, направляясь к выходу). Второй журналист:

«Америка открыла путь вторжению Ирака в Кувейт. Вы признаёте, по крайней мере, тот факт, что Вы дали Саддаму знак одобрения определённой агрессии — что США не воспротивятся захвату нефтяного месторождения аль-Румалия (al-Rumalya), оспариваемой границы и островов Персидского залива (в том числе Бубияна) — территорий, которые Ирак потребовал ему вернуть?»

И снова посол Гласпи не говорит ни слова. При этом дверь лимузина закрывается за ней, и машина уезжает. Два года спустя, во время третьего тура предвыборных дебатов 1992 года, транслировавшихся по американской телевизионной сети «НЕК Ньюз Десижн» (NEC News Decision), кандидат на пост президента Росс Перот сказал такие слова, которые впоследствии цитировались:

«…мы сказали ему (Саддаму), что он может захватить северную часть Кувейта, и когда он захватил всё, нас это взбесило. А если мы ему этого не говорили, то почему мы даже не дали взглянуть комитетам Сената по иностранным делам и по разведывательной деятельности на письменные распоряжения послу Гласпи?»

Здесь президент Джордж Буш старший прервал его (Перота), выкрикнув:

«Я должен ответить на это. Это попрание национальной гордости!..Это полнейший абсурд!»

Абсурд это или нет, но всё дело в том, что после того как в конце августа 1990 года Эйприл Гласпи уехала из Багдада и вернулась в Вашингтон, Госдепартамент заставил её молчать, и это молчание длилось восемь месяцев. Ей не разрешали общаться с прессой и бывать в обществе вплоть до официального окончания войны в Персидском заливе (11 апреля 1991 года), когда она была вызвана для неофициальной дачи свидетельских показаний перед Комитетом Сената по иностранным делам на предмет её встречи с Саддамом Хуссейном.

Она сказала, что стала жертвой «крупномасштабного сознательного обмана» и назвала расшифровку встречи «подделкой», в которой искажается её позиция, но, вместе с тем, признала, что «многое» здесь верно. Опытный дипломат готовился к новому назначению, позднее получив небольшую должность в Нью-Йоркском отделении НАТО.

Затем Гласпи заняла пост генерального консула США в Кейптауне, в ЮАР. После того как в 2002 году она оставила дипломатическую службу, о ней больше не было никаких известий. Было похоже, что она впала в немилость. Или, быть может, её постигла более злая участь, если однажды совесть заставила её рассказать миру подлинную правду — всю правду о том, как администрация Буша (старшего) спровоцировала Ирак на захват Кувейта?

Почему Сенат США не смог проявить большую твёрдость и довести дело до конца? Почему государственный департамент позволил скрыть информацию, знать которую американский народ имел полное право? Мы можем только предположить, что весь государственный аппарат США выполнял приказы, получаемые от Комитета 300. Маргарет Тэтчер специально поехала в Аспен, где находится американская штаб-квартира Комитета 300, и вызвала туда Буша.

На самом деле, сушествует задокументированная запись телефонного разговора Тэтчер с Бушем, из которой явствует, что она, в весьма недипломатичных выражениях, приказала Бушу приехать в Аспен, так как ей было необходимо передать ему определённые распоряжения. При столь легкомысленном отношении американского народа самые дикие мечты Уиллиса Хармона и его команды учёных стали реальностью. Тавистокский институт ликовал, празднуя свой успех в деле разрушения самоуважения и самооценки этой некогда великой нации. Нам сказали, что мы «выиграли» войну в Персидском заливе и отныне можем ходить, гордо выпятив грудь, так как теперь мы — «единственная мировая сверхдержава».

Но большинство американцев ещё не ощутило, что «победа» обошлась потерей американской Конституции, утраченного самоуважения и чести нации, которая теперь лежит, догнивая, в пустынных песках Кувейта и Ирака вместе с трупами иракских солдат. Мы не смогли сдержать нашего слова о ненападении, так торжественно данного Джорджем Гербертом Уокером Бушем и Норманном Шварцкопфом.

Мы говорили, что Америке можно верить, поскольку она соблюдает условия Женевской конвенции. Когда же начинали раздаваться голоса протеста, наши власти сказали в ответ: «Либо победа, либо самоуважение». Иметь и то и другое было невозможно, поэтому мы выбрали первое.

Сто лет назад такое и случиться не могло, а теперь это случилось и сопровождается практически полным безразличием. Мы не устояли в этой войне, которую ведёт против нашей нации Тавистокский институт при помощи глубокого всестороннего проникновения. Как и немцы, сломленные реализацией проекта стратегических бомбардировок, разработанного компанией «Пруденшл Эшуренс», очень многие из нас не выдержали бомбардировок нашего сознания, и наша нация превратилась в то, о чём тоталитарные режимы прошлого могли только мечтать.

Наша когда-то гордая Республика Соединённых Штатов Америки превратилась в какое-то сборище преступных прикрывающих организаций, а история показывает, что они всегда служили признаком начала тоталитаризма. Такова арена постоянных изменений, на которой находится Америка. Мы живём в загнивающем обществе, запрограммированном на смерть, — в обществе без будущего.

До сих пор мы даже не содрогнулись при известии о четырёх миллионах бездомных, о сорока миллионах безработных и даже о двадцати пяти миллионах убитых младенцев. Они — «отбросы» Эры Водолея. Этот заговор столь отвратителен, что когда с ним сталкиваются лицом к лицу, то большинство не признаёт его существования, рационально объясняя эти события тем, что, мол, «времена меняются», или просто называя его теориями «чудаков, повёрнутых на заговорах».

Именно на такую реакцию и запрограммировал нас Тавистокский институт и Уиллис Хармон. Пользуясь опытом, полученным им в ходе массированных бомбардировок рабочих кварталов Германии, Тависток каждый вечер отправлял свои «бомбардировщики» «бомбить» гостиные миллионов американцев. Разрушение наших идеалов не вызывает протеста. Духовный и интеллектуальный потенциал нашего народа подорван. 27 мая 1991 года президент Буш сделал очень глубокое заявление, суть которого, по-видимому, была совершенно неверно истолкована нашими политическими комментаторами:

«Нравственная сторона американской политики требует от нас следовать моральному курсу такого мира, где выбирается меньшее из зол. Это и есть реальный мир, не разделённый на чёрное и белое. Здесь очень мало нравственных абсолютов».

Чего ещё можно ожидать от президента, предки которого, начиная с его деда, Самуэля Буша, были малодушными слугами Комитета 300 и членами сатанинского ордена «Череп и кости»? Как такой человек попал в Белый дом? Вникните в слова магистрата Буша, вспомнив о его приказе генералу Шварцкопфу похоронить заживо 12 тысяч иракских солдат. Подумайте над этим, вспомнив о геноциде иракского народа. Буш с удовольствием охарактеризовал президента Саддама Хуссейна как «Гитлера нашего времени».

Однако он даже не представил ни одного мало-мальски правдоподобного доказательства своего утверждения. Да в этом просто не было необходимости! Президент Буш сделал заявление — и должным образом запрограммированный американский народ принял это как абсолютную истину, без вопросов. Подумайте над этим, взглянув правде в глаза, — ведь он делал всё это от имени американского народа, хотя сам тайно получал приказы от Комитета 300.

Но самое главное, обдумайте вот что: президент Буш и его покровители чувствуют себя настолько безнаказанными, что они больше не считают нужным скрывать свою зловещую власть над американским народом или как-то лгать об этом. Из его заявления прямо следует, что он как наш лидер будет идти на всевозможные компромиссы с правдой, честью и достоинством, если его (и наши) повелители посчитают это необходимым.

27 мая 1991 года президент Соединённых Штатов отменил все принципы нашей Конституции и смело провозгласил, что он больше не связан главнейшим законом страны. Это большая победа Тавистокского института и «Проекта стратегических бомбардировок», целью которых, вместо жилых кварталов немецких рабочих 1941–1945 годов, стала душа американского народа, в войне, которая началась в 1946 году и продолжается по сей день.

Геополитические доктрины, изложенные членом Комитета 300, польским аристократом Збигневом Бжезинским в его книге «Кризисная дуга» (Arc of Crisis), а также в его более поздней работе «Большая шахматная доска» (The Grand Chessboard), предзнаменовывали войну в Ираке — первую стадию практической реализации теории Бжезинского. Существует мнение, что его сообщником в этом плане был бывший президент Картер, но Картер не внёс никакого вклада в события, ускорившие войну. Это сделал его помощник по вопросам национальной безопасности — Збигнев Бжезинский.