Джон Кэмпбелл – Острова в космосе (страница 19)

– Но ведь эта звезда всего лишь сорок километров – то есть, меньше двадцати пяти миль – в диаметре! – изумился Джон.

Аркоту потребовалось почти два часа тщательного балансирования около погасшей звезды, чтобы занять орбиту, которую он считал достаточно круглой.

И когда они, наконец, сумел это сделать, Уэйд посмотрел на небо над ними и удивленно воскликнул:

– Что это за полосы?

От ровной тускло-красной поверхности раскинувшейся под ними звезды над кораблем поднимались по дуге несколько таких же неярких полос света, пересекавших небо. Одна из них была ярче остальных и светилась белым светом. Эти полосы не двигались: они, казалось, были нарисованы на небе над звездолетом.

– Это туманности, – объяснил Ричард. – Вон та широкая полоса – след, который мы только что оставили. А яркая линия должна быть ближайшей звездой. Они выглядят, как полосы, потому что мы движемся слишком быстро по очень небольшой орбите. – Он указал на красную звезду под ними. – Мы меньше чем в двадцати милях от центра этой штуки! Мы находимся почти точно в тридцати километрах от ее центра, или примерно в десяти километрах от ее поверхности! Но из-за ее огромной массы наша орбитальная скорость просто потрясающая! Мы облетаем эту штуку больше трехсот раз в секунду, наш «год» длится три миллисекунды! А наша орбитальная скорость – семьсот тысяч километров в секунду! Мы движемся со скоростью примерно в пятую часть скорости света!

– На этой орбите безопасно? – уточнил Фуллер.

– Вполне безопасно, – с горечью ответил Аркот. – Так чертовски безопасно, что я не представляю, как мы вообще сможем отсюда вырваться. Мы не можем уйти, даже используя всю мощь этого корабля. Мы в ловушке! И я устал работать при такой силе тяжести. Давай поедим и немного поспим.

– Мне что-то не хочется спать, – проворчал Джон. – Ты можешь назвать это безопасным местом, но мне потребуется всего лишь мгновение, чтобы упасть на поверхность этой штуки. – Он посмотрел вниз на их неподвижного, но титанически сильного врага, чье зловещее сияние, казалось, даже сейчас сжигало их словно на погребальном костере.

– Ну, – сказал Аркот, – упасть в звезду и улететь в космос – это две вещи, о которых тебе не нужно беспокоиться. Если бы мы повернули на нее, мы начали бы падать, и наша скорость увеличивалась бы – в результате мы бы снова отскочили назад. Величина силы, необходимой для того, чтобы заставить нас упасть на это солнце, просто ужасна! Наше гравитационное притяжение составляет сейчас около пяти миллиардов тонн, что уравновешивается центробежной силой нашей орбитальной скорости. Любая тенденция изменить направление была бы подобна попытке согнуть пружину с огромным сопротивлением. Нам потребуется огромная сила, чтобы либо упасть на эту звезду, либо уйти от нее. Чтобы спастись, мы должны направить этот корабль против действия силы тяжести звезды. Это означает, что нам придется поднять около пяти миллионов тонн массы. По мере того как мы будем продвигаться дальше, наш вес будет уменьшаться, поскольку гравитационное притяжение падает, но нам потребуется просто огромное количество энергии, находящееся за пределами человеческого понимания. Мы сожгли две тонны вещества, заряжая катушки, и теперь используем еще две тонны, чтобы снова зарядить их. Нам нужно, по крайней мере, четыре тонны, при том, что у нас изначально было только двадцать. У нас просто недостаточно топлива, чтобы вырваться из гравитационного захвата этой звезды, какой бы огромной ни была энергия материи. Давайте поедим, а потом можно будет поспать, думая над этой проблемой.

Уэйд приготовил на всех еду, и друзья молча поели, пытаясь придумать какой-нибудь выход из ситуации. Затем они попытались уснуть, как предлагал Аркот, но им трудно было расслабиться в такой обстановке. Все четверо страшно устали физически, пройдя через такое сильное напряжение, пока они маневрировали. Несмотря на то, что длилось это короткое время, при пятикратной силе тяжести они уставали в пять раз быстрее. Но их мозг не мог погрузиться в сон, несмотря на усталость: он бодрствовал, пытаясь придумать какой-нибудь способ – какой угодно – уйти от темного солнца.

Но в конце концов, путешественники все же провалились в сон.

XI

Семь часов спустя Роберт Мори проснулся, оделся и бесшумно проскользнул в библиотеку. Ему казалось, что он встал первым, но войдя туда, он внезапно обнаружил, что телектроскоп работает – до него донесся низкий гул плавно работающих направляющих прибор моторов.

Роберт развернулся и направился к обсерватории, где увидел возившегося с телектроскопом Ричарда.

– В чем дело, Аркот? – спросил он требовательным тоном.

Физик оглянулся на своего помощника и отряхнул руки.

– Я только что придумал один трюк с телектроскопом. Мы облетаем вокруг этого мертвого карлика каждые три миллисекунды, из-за чего наблюдать окружающие звезды ужасно трудно. Поэтому я установил отсечку, которая будет включать телектроскоп только на короткое время: он теперь смотрит в небо только раз в три миллисекунды. В результате мы сможем очень легко получить представление о том, что происходит вокруг нас – триста раз в секунду прибор будет давать нам неподвижную картину. Это будет не очень устойчивая картина, но она будет лучше, чем любой движущийся фильм. Я сделал это, потому что хочу взглянуть на ту яркую полосу в небе. У меня есть предположение, что она сможет стать средством нашего спасения, если таковое вообще существует.

Мори кивнул.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду. Если это еще один белый карлик – а скорее всего, это так – мы можем использовать его для побега. Мне кажется, я понимаю, к чему ты клонишь.

– В если это не сработает, – сухо продолжил Аркот, – мы можем воспользоваться примером людей, которых оставили там. Самоубийство предпочтительнее смерти от холода.

Его друг снова кивнул.

– Вопрос в том, насколько мы беспомощны.

– Все зависит от этой яркой звезды, посмотрим, сможем ли мы сфокусироваться на ней.

При огромной орбитальной скорости корабля сфокусироваться на звезде было действительно непросто. Друзьям потребовалось больше часа, чтобы сфокусировать изображение на экране, не смещая его к одному краю, а потом у них ушло еще больше времени на то, чтобы приблизить фокус достаточно близко к сфере – это дало им определенные показания приборов. Поначалу у них было изображение светящейся полосы, но, рассматривая все меньшие и меньшие участки этой полосы в нужное время, они сумели получить хорошее, цельное изображение. Правда, после этого им пришлось потрудиться еще и над тем, чтобы сделать его достаточно ярким, потому что они улавливали лишь малую толику света… Снимок пришлось сильно осветлить, чтобы получился видимый образ.

Когда они, наконец, получили то, что требовалось, Мори пристально посмотрел на изображение.

– Теперь наша задача – определить расстояние, – заметил он. – И у нас не так уж много параллакса для работы.

– Если мы рассчитаем время в нашей системе мигалок на противоположных сторонах орбиты, я думаю, мы сможем это сделать, – обнадежил его Аркот.

И они приступили к работе над новой проблемой. Позже в обсерваторию пришли Фуллер и Уэйд, и им тоже нашлось дело: Роберт дал им решать уравнения, не сказав, для чего это нужно.

– Их период обращения вокруг общего центра тяжести составляет, по моим подсчетам, тридцать девять часов, – объявил, наконец, Аркот.

Мори кивнул.

– Проверим. И это дает нам расстояние в два миллиона миль друг от друга.

– И что же вы оба задумали? – спросил Фуллер. – Что хорошего в другой звезде? Единственное, что нас интересует, – это этот урод под нами.

– Нет, – возразил Ричард, – нас интересует, как уйти от того, что под нами, а это совсем другое дело. Если бы мы находились на полпути между этой и той звездами, гравитационные эффекты этих двух светил были бы сведены на нет, потому что нас притягивало бы одинаково сильно в обоих направлениях. Тогда мы стали бы свободны от обоих притяжений и смогли бы сбежать! Если бы нам удалось пробраться в эту нейтральную зону достаточно далеко, чтобы включить наш космический тензодвигатель, мы смогли бы быстро уйти из этого места. Конечно, при этом большая часть нашей энергии будет съедена, но мы спасемся. Это наша единственная надежда, – заключил Аркот.

– Да, и какая же это надежда, – саркастически фыркнул Уэйд. – Как вы собираетесь добраться до точки на полпути между этими двумя звездами, если у вас нет достаточной мощности, чтобы поднять этот корабль на несколько миль над мертвым карликом?

– Если Магомет не идет к горе, – неверно процитировал Ричард, – то гора должна прийти к Магомету.

– Что ты собираешься делать? – раздраженно спросил Уэйд. – Переплюнуть Иисуса Навина? Он заставил Солнце стоять неподвижно, а ты хочешь разбросать звезды вокруг!

– Да, – спокойно согласился Аркот, – и я намерен отбросить эту звезду – так, чтобы мы могли убежать между двумя гравитационными полями! Мы сможем пролететь между молотом и наковальней, когда миллиарды миллиардов тонн материи столкнутся друг с другом.

– И ты собираешься их столкнуть? – спросил Уэйд с благоговейным трепетом, представив себе зрелище, когда два солнца упадут друг на друга. – Ну, я не хочу быть рядом с ними в таком момент.