Джон Карре – Шпионское наследие (страница 26)
Рассвет был чистым, бесснежным. Вскоре взошло бледное солнце. Общими усилиями они столкнули пегий «трабант» со склона и присыпали ветками и снегом. Дальше пешком. Тюльпан в легких кожаных сапожках до колен, без протекторов. Рабочие башмаки Алека не намного лучше. Поскальзываясь и спотыкаясь, они подхватывали друг дружку. «Саксонская Швейцария», чудесный край волнистых снежных равнин и перелесков. На склонах холмов старые разрушенные дома, некоторые из которых превратили в летние сиротские приюты. Если верить карте, они двигались параллельно границе. Держась за руки, они взяли крутой склон, обогнули обледенелый пруд, и перед ними выросла горная деревня с деревянными домишками.
[
Но это лишь начало истории. А есть еще сопроводительные телеграммы, ходившие внутри Цирка. И есть некая причина, почему, прослушав пленку, я сижу в таком напряжении на верхнем этаже Главного штаба Секретки в Мэрилебоне, далеко за полночь, в ожидании, что меня в любую минуту могут вызвать в Головной офис.
Салли Ормонд, супруга и заместитель главы пражского Центра Джерри, принадлежит к тому женскому типу — аристократичная, предприимчивая, — которым Цирк втайне восхищается. Частный женский колледж Челтенхем, отец во время Второй мировой служил в британской разведывательно-диверсионной службе, родные тетушки в Блетчли[24]. А еще заявляет о загадочных родственных связях, по мужу, с Джорджем Смайли, а он на это реагирует, я бы сказал, с благородной рисовкой.
Приказ из Секретки предписывал нам принять, поддержать и обеспечить безопасность переодетому офицеру Алеку Лимасу и совершившей побег женщине-агенту с документами гражданки ГДР, путешествующим на «трабанте» с восточногерманской регистрацией и ожидаемым в предрассветные часы.
Однако пражский Центр НЕ был предупрежден, что операция осуществляется вопреки инструкциям Лондонского управления. Мы могли только предполагать, что, после того как Лимас возьмет ситуацию под контроль, Головной офис согласится обеспечить оперативную поддержку.
Берлинский Центр (де Йонг) нас известил, что, оказавшись на чешской территории, Лимас доложит о благополучном прибытии: сделает анонимный звонок в визовый центр посольства и спросит, действует ли британская виза в Северной Ирландии. Автоответчик пражского Центра активирует записанное сообщение, что ему следует перезвонить в рабочие часы. Это станет подтверждением, что его сигнал получен.
После этого Лимас и Тюльпан любыми доступными способами доберутся до места между Прагой и аэропортом и припаркуются на подъездной дорожке, указанной на карте.
Согласно плану, подготовленному нашим Центром и одобренному Г/Секретки, пара покинет машину, а «шофер» из пражской сети ГОДИВА пригонит посольский микроавтобус (с дипломатическими номерами и затемненными боковыми стеклами), который регулярно возит посольский персонал в аэропорт и из аэропорта. Он и подберет их в условленном месте. На заднем сиденье будут лежать вечерние костюмы, приготовленные нашим Центром. Лимас и Тюльпан оденутся как официальные гости посла ее величества и под видом таковых проникнут в посольство, находящееся под круглосуточным наблюдением чешских охранников.
В 10.40 состоялось экстренное совещание в безопасном помещении посольства, на котором ее превосходительство посол [ЕП] любезно приняла этот план. Однако в 16.00 по лондонскому времени, после консультаций с Министерством иностранных дел, она без извинений изменила свое решение на том основании, что беглая гражданка объявлена всеми средствами массовой информации ГДР государственной преступницей и что потенциальная угроза для дипотношений перевешивает предыдущие соображения.
В свете занятой ЕП позиции ни посольская машина, ни личный персонал не могли использоваться в плане побега. В результате я отключила голосовую запись на автоответчике визового центра, тем самым давая Лимасу понять, что рассчитывать на нашу помощь не приходится.
Я снимаю наушники. Мысленно я с Алеком, но не в уютном по-имперски британском посольстве в Праге, а на продуваемой обочине, где он замерзает вместе с Тюльпан, — ни поддержки, ни дипломатической машины, ни хера с хером, как любил выражаться Алек. Я вспоминаю его слова на протяжении всего нашего знакомства: «Когда планируешь операцию, обмозгуй все варианты, как Служба может тебя подставить, и приди к тому единственному, о котором не подумал ты, зато подумала она». Я полагаю, что именно об этом он сейчас и размышляет.
Дальше продолжает Салли Ормонд.
И вот бедная Тюльпан с Алеком оказались на территории посольства, тут-то и началось самое интересное. Я всерьез считаю, что посольство и Форин-офис были бы только рады, если бы ее передали в руки властей ГДР и дело было бы закрыто. Посольша с самого начала не собиралась ее пускать «к себе в дом», пусть это и не грозило никакими юридическими последствиями. Она специально переселила двух охранников в главное здание, чтобы запихнуть бедняжку Тюльпан в комнаты для прислуги, более надежные с точки зрения безопасности. Но
И в качестве P. S., Джордж, позвольте напеть вам в ухо.
Безопасное помещение в посольстве жутко душное и потенциально вредное для здоровья, о чем я без толку толкую админам ГО. Кондиционеру Микки-Мауса окончательно пришел капут. Он работает на
Если вы сможете, не называя имен, повлиять на Админ (только НЕ на Баркера!), буду вам премного благодарна. Джерри присоединяется к моим изъявлениям любви и вассальной преданности, вам и отдельно Энн.
С