Джон Карр – Убийство в Уайт Прайор (страница 28)
Г.М. мигнул.
- Грррммм. Этого-то я и боялся. Видите ли, сынок, откровенность - достоинство только в том случае, если вы говорите о самом себе, и это - большое неудобство. Кроме того, это попросту невозможно. Имеется только одна разновидность людей, которые действительно могут сказать правду относительно себя, но они, как правило, находятся в сумасшедшем доме. Но когда человек говорит, что он намерен быть совершенно откровенным в отношении другого человека, это означает только одно, - он намерен дать этому человеку хорошенький пинок... Хорошо. После того, как вы, Уиллард и Рейнджер вернулись из павильона вчера ночью, вы и Рейнджер остались в библиотеке. Как долго вы здесь находились?
- До тех пор, пока я не позвал Томпсона и не приказал ему запереть собаку.
- Понятно. До половины второго. А потом вы разошлись?
Морис осторожно, подобно дуэлянту, взглянул на него, но Г.М. казался совершенно невозмутимым.
- Таково было желание мистера Рейнджера, - ответил он. - Я тогда подумал, что вернулся мой брат Джон, и сказал об этом. Должен признать, мне хотелось увидеть встречу мистера Рейнджера и Джона, который не знал (думаю, вам об этом уже сказали?) о его присутствии. Между ними имелись определенные трения... Должен ли я об этом говорить?
- Попробуйте. Вы, наверное, подумали, что это будет забавно, взглянуть, как Джон заедет в челюсть Рейнджеру? Как это называется - психологическим исследованием? А Рейнджер, не желая ничего подобного, просто взял и ушел? Но почему вы не стали его останавливать?
Морис медленно потер ладони. По его лбу побежали морщины.
- Я посчитал неразумным, сэр, создавать условия, при которых мистеру Рейнджеру может быть нанесен хоть какой-нибудь урон. Поэтому сделал вид, будто принимаю его неуклюжие оправдания, и не стал препятствовать его уходу.
- Но сами вы спать не пошли?
Морис улыбнулся.
- Боюсь, вы заблуждаетесь. Я лег спать. Просто моя комната расположена на первом этаже.
- Ладно, есть еще кое-что. Вы - довольно необычная семейка. Вы полагаете, что в половине второго, после долгого пребывания в Америке, возвращается ваш брат; тем не менее, вы даже не вышли ему навстречу, чтобы поздороваться?
Морис казался озадаченным.
- Не вижу в этом ничего странного, сэр. Я - то, что называют главой дома. Если у моего брата было, что сказать мне, я всегда готов его выслушать; но ждать его появления или бросаться ему навстречу, - не в моих правилах. Я привык, сэр Генри, - он взглянул на него, - что люди обращаются ко мне. И если это происходит, я всегда к их услугам. И... о чем это я? Ах, да. Он знал, где меня можно найти. Следовательно...
- Достаточно, - сказал Г.М., закрывая глаза. - Я услышал то, что хотел услышать.
- Прошу прощения?
- Вы хотите уйти? - раздраженно спросил Г.М.
Морис заговорил, быстро и монотонно.
- Я с превеликим удовольствием оставлю вас, если получу гарантии, что вы не станете разрушать Зеркало Королевы. Я был чрезвычайно терпелив, сэр, я старался не обращать внимания на доставляемый мне дискомфорт и игнорирование моего мнения. Но когда ваш подчиненный заявил, что подобное осквернение возможно, - то есть это почти священное здание может подвергнуться разгрому в поисках несуществующего тайного прохода, - тогда... тогда...
- Я даю вам такие гарантии, - сдержанно согласился Г.М. - Все в порядке. Можете идти. Обещаю, что никаких поисков тайных проходов не будет.
Морис был настолько поражен, что, выходя, не обратил внимания на две фигуры возле двери. Это было первый раз, когда он спешил; Беннетт видел пот у него на лбу и что он, по всей видимости, направился к себе. Подозрения Беннетта, похоже, разделял Мастерс, поскольку он услышал:
- Прошу прощения, сэр, - прорычал инспектор, - но какого черта вы даете обещания, подобные этому? Не искать секретный проход?
- Потому что его нет, - сказал Г.М. И добавил, ворчливо: - Секретный, вот как? Эта привередливая старая леди позеленеет от страха, если вы хоть пальцем коснетесь ее прекрасного гостевого домика. Если бы имелся секретный проход, он тут же все выложил бы вам о нем, лишь бы вы не касались в павильоне ни единой панели. Неужели не понятно? Грррммм!
- Я на вашем месте не был бы в этом так уверен, сэр, - возразил Мастерс. - А что, если секретный проход ведет прямо к нему в комнату?
- Я думал об этом. Если бы это было так, мы загнали бы его в угол. Но я думаю, что никакого секретного прохода не существует. - Г.М. почесал голову. Впервые нечто вроде усмешки появилось на его лице, когда он взглянул на Мастерса. - Чертовски неприятны эти ситуации с запертой комнатой, не так ли? Но такова ваша участь. Кажется, что убийцы находят особенное удовольствие в том, чтобы подсовывать инспектору Хамфри Мастерсу именно такие загадки. Но когда вы сталкиваетесь с запертой комнатой, такие загадки, как правило, решаются довольно просто. Каждому известны способы закрыть дверь с другой стороны. Задвижку можно переместить с помощью булавки и нитки. Ключ можно провернуть плоскогубцами. Можно снять дверь с петель и повесить обратно так, что никто ничего не заметит. Но когда проблема запертой комнаты заключается в решении простой загадки в виде свежевыпавшего снега в половину дюйма глубиной, при отсутствии следов на сотню футов вокруг... Хорошо, не берите в голову. Есть кое-что похуже этого, Мастерс.
- Хуже?
- Я думал относительно попытки Джона Бохана убить лорда Канифеста, когда она не удалась, и подумал, что он...
Беннет почувствовал, что стоявшая возле него в темноте девушка напряглась. Она непонимающе смотрела на него; он сделал ей знак не шуметь. Они оказались в положении подслушивающих, он боялся выдать свое присутствие. Он сожалел, что оказался здесь, когда что-то внутри Кэтрин, казалось, заставляло ее заговорить. Он сжал ее руку.
- Впрочем, оставим это на некоторое время, - задумчиво продолжал Г.М., - и рассмотрим эту невозможную ситуацию. Первое, что нам нужно сделать, это понять мотив убийцы. Я имею в виду не собственно мотив убийства, а мотив создать ситуацию невозможного убийства. Это очень важно, сынок, поскольку является важным ключом к разгадке мотива убийства. Зачем он это сделал? Никто не станет заниматься подобными трюками только для того, чтобы посмеяться над полицией. В убийстве Тейт этого мотива предостаточно, и нет необходимости добавлять чего-либо к нашему предположению, что убийца попросту сумасшедший. В таком случае, какие еще у него могли быть причины? Сначала, по поводу фальшивого самоубийства. Оно организуется достаточно просто. Я иду в ваш дом, стреляю вам в голову и помещаю пистолет вам в руку. Предположим, дом - подобный этому, с небольшими окнами. Грррммм. Я запираю дверь комнаты на задвижку изнутри. Со мной имеется мешок, а в нем - стекло, замазка и нужные инструменты. Я удаляю стекло из окна, выбираюсь наружу, просовываю руку и запираю задвижку окна изнутри. После этого я вставляю новое стекло, принесенное с собой, использую замазку и посыпаю ее пылью, так что никаких следов моего пребывания внутри не останется. Комната оказывается запертой, и все думают, что вы сами стреляли в себя.
Мастерс бросил на него странный взгляд.
- Меня удивляет, сэр, - сказал он, - что вы знаете все уловки...
- Уверены, что я знаю все уловки, - кисло повторил Г.М. Он смотрел на огонь. - Я видел так много вещей, сынок, что мне не хочется вспоминать о них в Рождество. Как бы я сейчас хотел сидеть у себя дома, пить горячий пунш и любоваться рождественской елкой. Но давайте забудем об этом, и вернемся к нашему делу. Если это - новое слово в искусстве убийства, я хочу все о нем знать. Для начала, исключим самоубийство. Никто не в состоянии представить самоубийством убийство женщины, у которой разбита голова.
Во-вторых, отсутствует призрак, то есть никто не пытается представить убийство как совершенное чем-то потусторонним. Такие случаи редки; это - дело очень тонкое, и требует осторожного и аккуратного создания соответствующей атмосферы и выстраивания обстоятельств. Очевидно, этот момент также отсутствует в данном случае, поскольку никто до сих пор не сообщил о каком-нибудь странном видении или о том, что павильон посещается кровожадным призраком.
Наконец, последняя возможность, стечение обстоятельств. Когда убийца создает невозможную ситуацию ненамеренно, не прилагая к этому усилий. Предположим, вы и инспектор Поттер спите в соседних комнатах, и имеется только одна внешняя дверь, которая ведет в его комнату, запертая изнутри. Я хочу убить вас так, чтобы подозрение пало на него. Я заявляюсь к вам ночью, намереваясь воспользоваться уловкой "стекло и замазка"; я наношу вам удар в темноте, вылезаю наружу и заменяю стекло. Грррммм. Но то, о чем я не знаю, или забываю - дверь, соединяющая вашу комнату с его, также заперта изнутри, - и вот мы имеем невозможную ситуацию. Это все. Но провалиться мне на этом самом месте, - сказал Г.М., оглядывая всех свирепым взглядом, - можно ли все эти объяснения применить к тому, что мы имеем? Случайность? Какая, к черту, случайность, если человек не оставляет следов в снегу?
Мастерс нахмурился.
- Видите ли, сэр, этому может быть только одно разумное объяснение. Вроде того, что неизвестный убийца ушел отсюда, пока снегопад не прекратился...