Джон Карр – Лучше один раз увидеть (страница 22)
— Надеюсь, вы простите моё вторжение. Я пришёл узнать, есть ли какой-то прогресс.
— Прогресс! — выдохнула Энн.
— Прошу прощения?
— Доктор Рич, — сказала Энн с жестокой недвусмысленностью. — Я не знаю, сколько человек вы погубили из-за небрежности за время своей профессиональной деятельности. Но вчера ночью вы убили Вики Фэйн. Она умирает, слышите?
Рич уставился на них сквозь рассеянный лунный свет.
— Во имя всего святого, о чём вы говорите?
— Спокойно, Энн! — вмешался Кортни. Он плотно обхватил её руками за плечи. Всё её тело, казалось, повисло.
— Доктор, помните, вы демонстрировали, что миссис Фэйн действительно была под гипнозом, вогнав булавку ей в руку?
— Да? Так что?
— Столбняк. Доктора сейчас с ней наверху.
Настала тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Рича. Затем его низкий голос прогремел, будто удар здравого смысла с затаённым страхом.
— Это невозможно!
— Можете не верить мне на слово. Пойдите и удостоверьтесь.
— Я говорю вам, это невозможно! Шпилька была абсолютно чистой. К тому же...
Рич нахлобучил шляпу ещё ниже. После паузы, в течение которой его рот непроизвольно подёргивался, он развернулся и пошёл к дому. Они последовали за ним. Парадная дверь была не заперта, в прихожей горел свет. Когда Рич снял шляпу, показался покрытый пятнами бледный лоб.
— Могу ли я подняться наверх?
— Сомневаюсь, что вас пустят. Там доктора и человек из Скотленд-Ярда.
Рич заколебался. В библиотеке, прямо и налево от них, горел свет. Жестом пригласив остальных следовать за ним, Рич вошёл туда и закрыл дверь.
Библиотекой пользовались явно нечасто. Она источала подобающую весомость: стол на колёсиках, глобус и резное украшение из тяжёлого дерева над камином. Книги, явно купленные на распродаже и непрочитанные, занимали две стены; в контрасте коричневого, красного, синего и чёрного цветов кожи или ткани переплётов, даже в случайном художественном промежутке между полками, чувствовалась рука декоратора. На столе горела бронзовая лампа.
— А теперь, — процедил Рич сквозь зубы. — Прошу вас изложить мне симптомы.
Кортни рассказал ему.
— И когда этим симптомы начали проявляться?
— Как я понимаю, где-то перед чаем.
— Господи всемогущий на небесах! — пробормотал Рич, будто отказываясь верить своим ушам. Он потёр лоб, а затем быстро проверил часы. — Шестнадцать часов! Всего шестнадцать часов! Не могу поверить, что всё стало так плохо всего лишь за...
Его голос стал озадаченным, почти жалобным.
— Я забыл, — добавил он. — Я же не практиковался в медицине восемь лет. Тут от любого знания ничего не останется. Вы...
Его глаза забегали по полкам.
— Не думаю, что тут найдутся медицинские справочники. Стоп. На худой конец, тут есть Британника. Она поможет освежить мою память.
Собрание Энциклопедии Британники, четырнадцатое издание, стояло довольно высоко. Рич встал на цыпочки и вынул двадцать первый том, от "SORD" до "TEXT". Трясущимися руками он положил его на стол под лампу. Но оказалось, что пролистывать книгу в поисках статьи "Tetanus" не было необходимости.
Конверт, использованный в качестве закладки, лежал в книге на странице, содержавшей статью о столбняке.
— Кто-то уже сюда смотрел, — заметил Рич, надавив пальцем на книгу.
— Ничего удивительного, — ответила Энн. — Возможно, кому-то хотелось узнать, насколько он опасен. Он приводит к конвульсиям, верно?
— На последних стадиях — да. Прошу прощения.
— И это сделали
— Юная леди, — поднял Рич спокойное измождённое лицо, прекратив вести пальцем по словам в тексте. — Мне в жизни пришлось испытать множество бед. Я не заслуживаю этого.
Дверь отворилась, и внутрь протопал сэр Генри Мерривейл.
Г.М., в тех же белых фланелевых брюках и рубашке, держал сжатые кулаки у бёдер. Его поведение стало ещё более беспокойным. Энн и Кортни вопросительно на него посмотрели.
— Лучше не стало, — прорычал он, — если уже на то пошло, то стало немного хуже. И продолжается в том же духе.
Брови сошлись к переносице.
Знаете, — казалось, он говорил сам с собой, а не с остальными, — я рад, что не несу ответственность за диагностику. Все симптомы на месте, ржавая булавка на туалетном столике... О господи, что не так?
— Сэр Генри! — твёрдо произнёс Рич.
Г.М. очнулся.
— Здрасьте. Вы тоже тут, сынок?
— Как раз вовремя, — Рич с шумом захлопнул книгу, — чтобы узнать: я снова попал в переплёт. Но скажу вам откровенно, я не собираюсь — как там это говорят — быть подставленным во второй раз. Я не верю! Четырнадцать часов! Нет, шестнадцать, но это неважно. Симптомы проявились слишком быстро.
— Я знаю, сынок, — согласился Г.М. с шумным выдохом. — Меня это тоже беспокоит.
Глаза Рича сузились.
— Я и не знал, что вы имеете отношение к медицине, сэр.
— Угу. Да. Немного.
— Что ей ввели?
— Столбнячный антитоксин.
— Сколько?
— Тысячу. Ввели с помощью люмбальной пункции. Морфий от боли. Тишина и темнота. Что ещё они могли сделать? И тем не менее, знаете ли...
Г.М. прошёлся по комнате. Он опустил своё массивное 95-килограммовое тело на резной стул и нахмурился.
— Когда начинаешь об этом думать, — продолжил он, — то понимаешь, что симптомы, самые опасные симптомы, проявились слишком быстро. Разве что, — медленно проговорил он, — эта шпилька изначально была заражена столбнячной палочкой.
В библиотеке стояла такая тишина, что слышались скрипучие шаги, доносившиеся из спальни Вики Фэйн прямо над ними. Леденящее оцепенение, казалось, ожило и схватило их за горло. Рич сделал шаг от стола и ударил правой рукой по глобусу, заставив его кружиться, подобно их мыслям.
— Вы предполагаете, — сказал он, — преднамеренное убийство?
— Я не знаю, сынок. Выглядит маловероятно, не так ли? Но, похоже, это единственное объяснение. Разве что...
Внезапно Г.М. остановился. Его лицо застыло и приобрело отстранённое выражение, рука зависла в воздухе. Из-под очков блеснул недоверчивый взгляд. Г.М. щёлкнул пальцами.
— Извините, — быстро пробормотал он и стащил себя со стула. — Мне надо идти.
Никто не успел проронить ни слова, а его уже не было в комнате, и дверь за ним закрылась. Они слышали его шаги в коридоре.
— Столбнячная палочка, — пробормотала Энн, чей взгляд был взволнованным, недоверчивым и испуганным. — Быть такого не может!
Она обернулась к Ричу.
— Или может?
— Не спрашивайте меня. Я воздержусь, мисс Браунинг, от комментариев...
Явно желая продолжить фразу, Рич, тем не менее, остановился.