Джон Харт – Последний ребенок (страница 65)
– Ты пришел помочь мне? – спросил Фримантл охрипшим голосом, едва ворочая языком.
– Что?
– Я просил помощи, но Он не желает говорить со мной.
– Кто?
– Он говорит с тобой?
– Не понимаю, о чем вы.
Шрам на лице дернулся. В центре одного глаза белел молочный хрусталик.
– Не могу выкопать яму.
Джонни отважился оглянуться. Джек покачал головой. Джонни посмотрел на гроб.
– Вы помните меня?
Кивок.
– Ты бежал, а я тебя схватил.
– Зачем?
– Так сказал Бог.
– Бог сказал схватить меня? – Снова кивок. – Зачем?
– Он не объяснил.
– Джонни…
Голос подал Джек, но Джонни не обернулся.
– Что еще сказал вам Бог?
– Она – моя малышка. – Фримантл показал на гроб. По обезображенному лицу стекали слезы. – Я не могу выкопать яму.
Джонни взглянул на Джека.
Потом опустил револьвер.
Глава 36
Уверенно проехав через окраины, Кросс повернул на север. Глядя в окно, Хант видел проносившиеся один за другим жилые кварталы, сменившиеся потом мелкими предприятиями. Ни о найденном фургоне, ни о Дэвиде Уилсоне он не думал, а думал о семи флажках в низине и об Алиссе Мерримон. Мысль о том, что она лежит там, в сырой земле, не выходила из головы, и отделаться от нее никак не получалось. Ее юная жизнь оборвалась, ее семья разрушилась. За этими мыслями потянулись другие, касавшиеся его собственной, превратившейся в ад жизни: о растянувшихся на весь год бессонных ночах и гнетущей муке, двенадцати месяцах неудач, крахе собственной семьи. За все это время он так и не смог отступить, расслабиться. Чем была работа? Чем была личная жизнь?
Зазвонил телефон. Хант посмотрел на экран – вот и ответ.
– Привет, Кэтрин.
– Есть новости о Джонни?
Дело плохо.
– Нет. Ничего.
– Он уже должен был бы позвонить. Джонни позвонил бы.
– Мы ищем его. Джонни – парень смышленый. Найдем. – Он помолчал, остро ощущая присутствие в машине Кросса. – Извините, что не зашел обсудить этот вопрос лично. Я бы заглянул, но…
– Он должен был позвонить.
– Кэтрин?
Она уловила в его голосе обеспокоенность.
– Плохая была ночь.
– Вы в порядке?
– Сейчас лучше, но мне нужно, чтобы сын был дома.
– Мы его найдем.
Она как будто замялась, а потом добавила мягко:
– Если обещаете, я вам поверю.
Хант понял, какое отчаяние заключено в этих словах. Он закрыл глаза и представил ее в доме, как она сидит на кровати Джонни, закусив нижнюю губу фарфоровыми зубами. Как ждет, затаив дыхание и сжав кулачки, и какие длинные и черные у нее ресницы.
– Обещаю.
– Поклянитесь.
– Мы его найдем.
– Спасибо, детектив. – Ее дыхание долетело до него по линии связи. – Спасибо, Клайд.
Кэтрин дала отбой. Хант закрыл телефон, потер глаза и почувствовал под веками песок.
Кросс обошел какую-то машину и принял вправо.
– Мать Джонни?
– Да.
Позади осталась деловая часть города, дальше шла открытая сельская местность. Кросс уверенно вел машину. В какой-то момент он прокашлялся.
– Вам, наверное, стоит знать… ходят слухи… – Хант посмотрел на него. – В участке, – продолжал Кросс. – Люди говорят всякое.
– Какие слухи?
– Будто вы думаете, что с Бертоном Джарвисом связан кто-то из полиции. В смысле, вот с этим делом с мертвыми детьми. Может быть, и с делом Алиссы Мерримон.
– Слухи – вещь опасная.
– Я лишь хочу сказать…
– Я понимаю, что вы хотите сказать.
Еще сотня ярдов пролетела под колесами, и Кросс заговорил снова, но уже с большей осторожностью.
– Шеф предупредил в отделе, чтобы вас и близко к личным делам не подпускали. Именно вас. Вот отсюда слухи и пошли. Я просто подумал, что вам стоит знать.
Глядя на траву и небо за окном, Хант придумывал способы наказания для шефа.
– У машины Дэвида Уилсона есть кто-нибудь из наших?
– Она под юрисдикцией округа, так что пришлось привлекать службу шерифа. Сейчас там один из его помощников. Трогать ничего не станет.
– Надеюсь, вы правы.
– Уже недалеко.
Машина оказалась последней модификацией «Лендкрузера» черного цвета. Внедорожник стоял накренившись, носом вниз, на склоне каменистого, заросшего кустарником оврага глубиной в тридцать футов. На месте был и прицеп, который, съехав вбок, опрокинулся на крышу.
– Кто-нибудь спускался?