Джон Хардинг – Флоренс и Джайлс (страница 39)

Услышав это, я слегка поежилась:

— Как ты думаешь, Тео, она хочет меня убить?

Тео не ответил, но продолжать расхаживать по комнате. Его взгляд упал на соглядозеркало, завешенное его носовым платком. Он долго рассматривал его, потом отвернулся и посмотрел на меня:

— Не знаю, Флоренс.

— Не знаешь, собирается ли она меня убить?

— Нет, я хочу сказать, что все-таки сомневаюсь насчет всего этого в целом. Когда ты говоришь такие вещи… ну, что гувернантка собирается тебя убить… это кажется каким-то… немного фантастичным, как задумаешься… — Он со смехом махнул рукой в сторону зеркала. — Ну, я хочу сказать, женщина, которую ты видишь в зеркалах? Как ни крути, но когда я смотрю в эти же зеркала, то вижу в них только себя. Знаешь, Флоренс, может быть… может быть…

— Тео, у нее билеты на пароход.

— Может, она решила съездить в Европу с кем-то другим, не обязательно с Джайлсом. А что, если у нее есть друг-джентльмен?

— Тогда зачем приезжать и устраиваться здесь на работу? А потом удирать тайком, не дожидаясь жалованья? К тому же она специально старалась получить именно эту работу, а ее рекомендатели выдуманы, эти люди не существуют.

— Ну, может, она решила, что это место так хорошо ей подходит, что хотела заполучить его, пока кто-то другой не перехватит. А может, она подделала рекомендательные письма, потому что ей просто не везло, а она очень нуждалась в месте и гувернанткой прежде никогда не работала.

— Такая бедная и несчастная… так нуждалась, что смогла позволить себе путешествие в Европу?

— А может быть, билеты не для нее. Может, она купила их по чьему-то поручению. Или ей прислал их поклонник. Объяснений может быть сотня.

— Может, может, может… Если бы хоть одно из этих объяснений было похоже на правду.

— А похоже на правду, что умершая гувернантка возвращается в облике другого человека, ходит по воде и живет в зеркалах? — Тео почти кричал, в конце концов он начал задыхаться и долго не мог откашляться. Ему никак не удавалось выудить из кармана свой пульверизатор, но наконец он его вытащил и впрыснул в рот основательную дозу лекарства, после чего кашель стих, а Тео в изнеможении упал в кресло. Он был весь в поту. Его дыхание походило на скрип пилы.

Мы бы непременно поссорились, но, на наше счастье, услышали, как по аллее едет коляска, а вскоре увидели доктора Бредли, который явился с ежедневным визитом к миссис Граус. Мы вышли навстречу и открыли ему входную дверь. Бросив беглый взгляд на Тео, бледного, с восковой кожей, словно у ощипанного цыпленка, перед тем как его отправят в духовку, доктор закряхтел:

— Грррхм! Прихожу навестить одного пациента, а должен, кажется, заниматься сразу двумя. Прескверно выглядите, мой юный друг, а если будете по-прежнему пренебрегать моими рекомендациями, это может очень плохо кончиться! К тому же подозреваю, вы забываете о пульверизаторе. А ведь я на вас полагаюсь, помните, я проверяю на вас свое изобретение. Теперь ступайте и посидите спокойно, пока я осмотрю миссис Граус. Я сам отвезу вас домой.

Доктор стал подниматься по лестнице, а мы с Тео вернулись в гостиную, где он рухнул в кресло. Я боролась с собой, чтобы не отчитать его, ведь его недоверие совершенно выбило меня из колеи. Однако я сдержалась, видя, что ему и впрямь нездоровилось.

Через некоторое время мы услышали скрип ступеней и вышли в холл навстречу доктору. Рядом с ним эдаким ангелом порхала мисс Тейлор. Увидев, что я в нетерпении, доктор заговорил:

— Боюсь, состояние миссис Граус не улучшается. По правде говоря, ей даже стало хуже, что меня очень удивляет. Я отправляюсь в город и пришлю за ней карету «скорой помощи», которая доставит ее в больницу — будет лучше, если она побудет там.

Мисс Тейлор лицемерно склонила голову.

— Мне очень жаль, — пролепетала она, — я так старалась…

— О, что вы, что вы, мэм, — прервал ее доктор, — поверьте, я совсем не имел в виду…

Голос его увял, как будто доктор вообще не был уверен, что именно он имел в виду. Он уставился на гувернантку, словно внезапно пораженный какой-то мыслью. Я припомнила, как мисс Уитекер несколько раз обращалась к нему с жалобой на мигрень, и решила, что, возможно, мисс Тейлор пробудила в Бредли воспоминания о той, первой гувернантке.

Тео отбыл вместе с доктором, и остаток дня я пропринцессила одна в башне, решив, что наша новая гувернантка сегодня слишком занята своей пациенткой, чтобы тратить время на меня. Она наверняка считает, что я в ее руках, беспомощная, как птичка, которая попалась в сеть и трепыхается, но не может вырваться на волю. Я выбрала башню, а не библиотеку, отчасти в память о старых добрых временах, когда, кроме чтения книг, меня ничто не волновало, но была и другая причина: отсюда было удобнее всего наблюдать за аллеей. Едва завидев на ней карету «скорой помощи» — громоздкий фургон, который везла четверка лошадей, — я, как могла, спустилась по лестнице и вышла в вестибюль. Мне необходимо было своими глазами увидеть миссис Граус, чтобы понять, в каком она состоянии. Я смертельно боялась, что ведьма задушит экономку, положив ей на лицо подушку, чтобы только бедняжка не выдала ее секреты. Два санитара вынесли миссис Граус на носилках. Она была без сознания, желто-прозрачная, словно восковая фигура или кукла-переросток, совсем как живая, но не подававшая признаков жизни. Когда санитары уже изготовились поставить носилки в фургон, я стремительно рванулась, не дав мисс Тейлор времени опомниться, и поцеловала экономку в губы. К моему облегчению, они оказались теплыми, и, хотя миссис Граус, казалось, никак не отреагировала, я почувствовала несказанное облегчение, убедившись, что она еще жива.

Сердце у меня в последнее время билось быстрее, а в животе что-то трепыхалось и скреблось, и я почти потеряла способность есть и спать. И все же, несмотря на это, я и страшилась пятницы, и ждала ее наступления, думая, что именно в пятницу врагувернантка сделает свой очередной ход. Хотелось, чтобы этот день поскорее настал, хотя даже при мысли о том, через что мне придется пройти, я каменела от ужаса. Я так устала ждать, что сил больше не было, поскорее бы уж все закончилось. После долгого скрытого противостояния я мечтала встретиться со злодейкой в открытой схватке.

А когда страх так одолевал меня, что хотелось все бросить, убежать и спрятаться, я утешала себя тем, что до пятницы со мной уж точно ничего не случится, а тогда, обнаружив в последний момент, что пропал хлороформ, моя неприятельница вынуждена будет срочно выдумывать что-то новое.

Поэтому я чуть не умерла от ужаса, когда, спускаясь к обеду в четверг, обнаружила в вестибюле Джона, Мег и Мэри, разряженных в свои лучшие воскресные платья, среди корзинок и дорожных мешков. Мег обнимала Джайлса, а Мэри в то же самое время довольно успешно пыталась задушить его своими поцелуями.

— Что происходит? Куда это вы собрались? Вы же не можете бросить нас здесь одних! — заикаясь, спрашивала я.

Позади раздался шуршелест шелковой юбки, и в мгновение ока новая гувернантка оказалась бок о бок со мной. Она усмехнулась, глядя на меня:

— Я подумала, что миссис Граус будет полезно, чтобы ее навестили. Доктор Бредли сказал, что в подобных случаях знакомые голоса помогают пациенту очнуться.

Мег ласково потрепала меня по щеке:

— А нам и самим ужас как хочется повидать миссис Граус. Мы ж ее знаем давным-давно, служили с ней вместе и жили тут все эти годы, прямо сил нет, как подумаешь, что она там одна-одинешенька. Я вон две корзины наготовила гостинцев разных, чтоб она, как очнется, ни в чем нужды не знала.

— Но мы с Джайлсом…

— С вами все будет отлично, — сообщила Мег, обмениваясь сияющей улыбкой с мисс Тейлор. — Я и вам гору снеди настряпала, мисс Тейлор знает. Да мы ж только на две ночи, а в субботу к полудню вернемся.

Сердце у меня упало. Будет уже слишком поздно. Им и невдомек, что к тому времени все уже закончится. Такого я не могла себе представить, когда просчитывала ведьмины планы. Она переиграла меня вчистую.

Я поплелась к двери за веселой троицей, а те наперебой шумно благодарили мисс Тейлор, прямо-таки рассыпались перед ней в улыбках и реверансах. Джон впряг лошадь в старенькую тележку, на которой обычно возили провиант из города, и помог женщинам забраться. Это сопровождалось шутками и хихиканьем, потому что Мег никак не могла вскарабкаться сама, и Джону пришлось подсадить толстуху, подставив плечо под ее внушительный зад. Потом он и сам вспрыгнул в телегу, подмигнул мне на прощание и натянул поводья. Мы втроем стояли у дома, глядя им вслед.

Когда тележка скрылась за поворотом аллеи, мисс Тейлор торжествующе посмотрела на меня:

— Ну, вот мы и одни.

Я храбро посмотрела прямо в лицо врагувернантке, давая понять, что не собираюсь отступать. Нельзя же было допустить, чтобы ведьма заметила по глазам, что все мое существо леденеет от ужаса, что от паники я теряю голову. Все пропало! Игра проиграна! Теперь мне никто не сможет помочь. Я прекрасно понимала, что у нее все готово для атаки и она может нанести решающий удар прямо сейчас, безотлагательно. Но мне было совершенно неизвестно, какими силами повелевает ведьма. Каким еще злодейским хитростям ее обучили во время краткого пребывания в преисподней?