Джон Хардинг – Флоренс и Джайлс (страница 32)

Заросли становились гуще, пробираться было труднее, я шла все медленнее, выбиваясь из сил. В одном месте я вспугнула грачей, и они разлетелись в разные стороны, подняв страшный гвалт и шумно хлопая крыльями. Я проклинала себя за неосторожность, которая могла указать преследовательнице, где я нахожусь. Поддавшись панике, я приняла неверное решение и сошла со знакомой тропы, углубившись в заросли. Я забрела в ежевичные кусты, шипы больно впивались в кожу, зубастые ежещупальца хватали меня и дергали за платье, не давая пройти, словно ведьма каким-то образом управляла ими. Вскоре я оказалась в настоящем плену и вынуждена была остановиться — все попытки вырваться на волю только ухудшали мое положение. Пришлось медленно и терпеливо отдирать колючку за колючкой, которые удерживали меня. Их следы напоминали кривые стежки, которые у меня получались, когда Уитекер заставляла меня шить.

Наконец мне удалось освободиться и пробраться на крохотную полянку. Однако радоваться было рано, потому что грачиная черностая снова взмыла в воздух, на этот раз в той стороне, откуда я только что пришла. Птицы потревоженно шумели, и я предположила, что их спугнул олень, так как послышались громкий хруст и треск ломаемых ветвей: кто-то двигался напролом через непролазную чащу. Я смотрела в ту сторону, но не видела самого животного, и сначала не испугалась, зная, что в это время года олени не нападают на людей. Но вот сквозь дрожащую листву я различила что-то черное — и поняла, что обнаружена. Черных оленей в наших краях отродясь не бывало, значит, я видела не что иное, как гувернанткино платье. Ужас парализовал меня, на мгновение я замерла, не в силах думать о том, куда бежать и что делать. Казалось, с моей полянки отступать было некуда, не считая колючего прохода, по которому я сюда попала. Я еще не успела сообразить, как мне быть, как кусты раздались, и передо мной возникла мисс Тейлор, с пылающим лицом, искаженным яростью. Она рванулась было ко мне, но осталась на месте, и меня осенило: ее заколючила ежевика и держала так же прочно, как незадолго до нее удерживала меня. Тогда я, недолго думая, повернулась и бросилась в кусты прямо перед собой.

Не разбирая дороги, пробивалась я через заросли. Колючки хватали меня за платье, и я отдирала их от себя, не реагируя на царапины и дыры. Не обращая внимания на преграды, я неслась вперед. Преследовательница настигала меня, я слышала ее шаги, а вот уже ее жаркое дыхание коснулось моей шеи. Но тут наконец, сделав последний рывок, я выбралась из чащобы на тропу. Свободна! Я оказалась на той же тропинке, с которой свернула в дебри, той самой, что вела к дому Ванхузеров. Нет, я не ждала помощи с той стороны, тем более что дом был наглухо забит, а семья — в заокеанье. Думая лишь о том, чтобы спастись бегством, я припустилась бежать со всех ног, надеясь, что хотя бы оставлю ведьму позади. Наконец я решилась оглянуться, продолжая нестись вперед. Преследовательницы нигде не было видно, и я только поздравила себя с избавлением и даже громко расхохоталась, как вдруг споткнулась на бегу обо что-то твердое — корень дерева — и полетела кубарем. Я громко вскрикнула от боли, потому что неловко подвернула лодыжку, да еще и рухнула на нее всем своим весом. Так я лежала, лицом в пыли, понимая, что не смогу ступить на больную ногу. Я слышала, как гувернантка приближается, тяжело дыша, и зажмурилась. Потом рядом со мной раздался звук, похожий на покашливание. Я приоткрыла глаза и прямо перед собой, в нескольких дюймах от своего лица, увидела пару черных башмаков. Подняв голову повыше, я рассмотрела две длинноцапельные ноги, которые так хорошо знала и не надеялась когда-либо увидеть снова.

— Тео, — прохрипела я, — проклятие, что ты здесь делаешь?

— Астма, — сообщил Тео. В подтверждение своих слов он тут же закашлялся, откарманил флакон с резиновой грушей и, широко открыв рот, выпустил в него струйку прописанного доктором Бредли лекарства.

За спиной у меня раздался шум, я перекатилась на бок и обнаружила мисс Тейлор, стоящую совсем рядом. Увидев, на что она похожа, я поняла, что и сама выгляжу примерно так же: платье исклочено, все в пыли и репьях, в растрепанных волосах застряли ветки, потное лицо испещрено крохотными кровавыми точками — спасибо ежевичным шипам.

Я с трудом села и махнула рукой в сторону Тео:

— Позвольте представить вам мистера Ванхузера, мэм. Мистер Ванхузер, наша новая гувернантка.

Она растерялась, не зная, как себя вести. В конце концов, Тео не только был моим другом, но и стоял выше ее по своему социальному положению. Гувернантка расправила платье и изобразила на лице что-то отдаленно напоминающее улыбку.

— Чем это вы занимались? — спросил Тео. Вид у него был даже еще более растерянный, чем обычно.

— Играли в прятки, — нашлась я.

Тео переводил взгляд с меня на нее.

— Осмелюсь заметить, дамы, вы отнеслись к этому чересчур серьезно. Это ведь только игра.

Он наклонился, чтобы помочь мне подняться, движением бровей показав мисс Тейлор, чтобы та поддержала меня с другой стороны.

— Флоренс пряталась, а мне выпало ее искать, — проговорила она, пребольно впившись когтями в мою руку. — И мне кажется, что я выиграла.

— Ой, — громко вскрикнула я и пояснила: — Моя лодыжка.

Я не хотела давать ей повод радоваться, думая, что это она вырвала у меня крик боли.

Поддерживая меня одной рукой за плечи, Тео нагнулся и осмотрел ногу:

— М-да, она опухает прямо на глазах. Мы должны постараться помочь тебе добраться до дома.

И мы заковыляли: Тео и мисс Тейлор поддерживали меня с двух сторон, а я кое-как прыгала посередине. Не успели мы тронуться с места, как Тео опять зашелся в кашле, так что нам пришлось остановиться и подождать, пока он вдохнет еще одну порцию лекарства.

— Вот потому-то я и здесь, — пояснил он, немного отдышавшись. — У меня случился особенно тяжелый приступ астмы накануне отплытия. Родителям пришлось отплыть без меня. Я был в больнице, потом на попечении своей тети. А теперь вот меня отправили сюда, на свежий воздух, для поправки здоровья.

— Ты огорчен? — поинтересовалась я.

— Ничуть. Я хозяин в целом доме. Ем мороженое за завтраком, обедом и ужином.

— Я не о том, глупыш. Я хотела сказать — из-за того, что не попал в Европу?

— Да нет, пожалуй. В конце концов, что бы я там увидел, кроме множества старинных развалин… да еще картин. Полагаю, я могу приехать туда и в другой раз, руины и музеи никуда не денутся.

Когда мы добрались наконец до дома, навстречу нам вылетели Мег и Джон, потому что Джайлс поднял тревогу. Он сообщил миссис Граус, что я выбежала из дому, а мисс Тейлор погналась за мной, и нас довольно долго искали. Джон взял меня на руки, подняв так легко, будто я была невесомым перышком, и предоставив Тео кашлять в свое удовольствие. Мисс Тейлор поспешила к себе, чтобы переодеться, а меня бережно уложили на кушетку в гостиной.

Миссис Граус хлопотала надо мной, будто курочка-наседка, без конца всплескивая рукрыльями:

— Ох, милая моя, да как же это? Что случилось? Почему вы выскочили из дому и бежали сломя голову?

Я не отвечала. Сперва я хотела было все ей рассказать, воззвать к ее здравому смыслу и настоять, чтобы она разобралась наконец с тем, кто такая мисс Тейлор, и обо всем сообщила дядюшке. К сожалению, я всерьез опасалась, что мне просто не поверят. Что, если я расскажу о билетах на пароход, а наша новая гувернантка придумает какое-нибудь правдоподобное объяснение? Тогда мне волей-неволей придется их возвратить и тем самым позволить злодейке беспрепятственно бежать вместе с Джайлсом. Подняв голову, я увидела зеркало над камином. Оно безмолвно нависало надо мной и словно пыталось отгадать мои мысли.

Я решила, что не стану рассказывать миссис Граус о билетах — по крайней мере, до поры до времени. Лучше уж покажу их Хедли, ведь эти билеты — доказательство преступных замыслов гуверведьмы, настоящая улика, которая развяжет ему руки и позволит что-то предпринять. У этого плана, впрочем, имелась слабина — наладить контакт с капитаном было очень непросто. Время бежало слишком быстро. Из четырнадцати дней, находящихся в моем распоряжении, один уже прошел. Если за это время я не смею увидеться с Хедли, придется довериться миссис Граус. О моем башнеприюте я, конечно, ничего ей не скажу, нужно поберечь его на всякий случай, как запасной вариант для отступления и место, где можно что-то надежно спрятать. Ну, а пока я все равно не смогу подняться туда из-за вывихнутой лодыжки.

— Я все объясню вам потом, — ответила я наконец озадаченной экономке. — А сейчас, если не возражаете, мне бы хотелось поболтать с мистером Ванхузером.

Миссис Граус нерешительно кивнула и сказала, что вскипятит для нас чаю.

Как только она вышла из гостиной, я подманила Тео поближе. Он наклонил ко мне голову и запечатал губы поцелуем.

— Не сейчас, Тео, не время! — Щеки у меня запылали при одной мысли, какой это стыд подвергнуться поцелую на глазах у гувернанткиного стеклоглядатая. — Как только Джайлс услышит, что ты здесь, он мгновенно примчится. А теперь поднеси ухо к моему рту и слушай, я буду говорить тихо, потому что понятия не имею, могут ли зеркала подслушивать.

Тео ошарашенно уставился на меня: