Джон Гвинн – Злоба (страница 73)

– Как прошел твой первый день на Поле, Дат? – спросила Кивэн.

– Хорошо, – ответил Дат, пустив камень лягушкой по воде.

– Папа, должно быть, тобой гордился.

– Ну, по крайней мере тоже пришел поглядеть.

– Кто твой оружейный наставник, парень? – спросил Ронан.

– Тарбен, – сказал Дат, повернувшись к нему. – Он знает, как обращаться с оружием. – В его голосе звучало благоговение.

– Это точно. А если его клинок не окажется смертоносным для врага, то у Тарбена есть секретное оружие, – сообщил Ронан, ухмыляясь.

– Это какое? – спросил Дат.

– Его язык. Когда он начинает стонать, это из кого угодно высосет радость жизни. Противник чуть ли не сам складывает оружие и позволяет себя зарезать. Я слышал, это какое-то древнее колдовство, что передается из поколения в поколение еще со времен великанов-стихийников. – Все засмеялись, кроме Дата, который, кажется, немного обиделся.

Ронан подмигнул Кивэн, и та почувствовала, как снова заливается краской. Девушка отвернулась, пытаясь найти другую тему для разговора.

– Хорошо, что твой отец вернулся из Тенебрала, – сказала она Эдане.

– Да. Мама снова улыбается. Но он изменился.

– Изменился? – переспросила Кивэн.

– Никогда не видела его столь разозленным, как в тот раз, когда схватили Мэррока.

– Да и милорд Пендатран, – добавил Ронан, – думал, что потерял сына своего брата. От рук тех же убийц.

– Но Мэррок вернулся. К тому же отец планирует разобраться с Брейтом. Раз и навсегда.

– Что ты имеешь в виду? – поинтересовался Дат.

– Я слышала, как он разговаривал об этом с Пендатраном. Отец говорит об освобождении Темнолесья от заразы. Раз и навсегда.

– Но как? – спросил Ронан и покачал головой. – Он этого не сможет, ведь Темнолесье находится не только на землях Ардана, но и отделяет нас от Нарвона. Оуайн, – тут он презрительно сплюнул, – нам не поможет. Брейт просто спрячет своих людей в нарвонской части Темнолесья. Бренин не может просто взять и вторгнуться туда с войском.

– Пока что нет. Но отец думает, что положение изменится. Это как-то связано с его путешествием в Тенебрал. Я так и не поняла, о чем именно он говорил. Но он просит о встрече в день зимнего солнцестояния – с Рин, Оуайном и Эремоном.

– Где? Здесь? – спросил Ронан. – Они никогда не заедут так далеко в Ардан. Оуайн судит о других по себе. Он будет бояться предательства.

– Не здесь, – ответила Эдана. – У каменного круга великанов.

Огромный круг из камней, заповедное святилище и древнее место встреч клана великанов Беноти, овевало множество преданий.

– Может быть, – пробормотал Ронан. – Он хоть и находится в Ардане, но в пределах видимости от границы Нарвона. И рядом с Темнолесьем, что мне нравится еще меньше.

Эдана пожала плечами.

– Отец рассылает всадников с приглашением для всех: для Оуайна, для Рин, даже для Эремона из Доуэна.

– Зачем? – Корбан нахмурился. – На что он надеется?

– Не знаю. Я не должна была все это слышать, понимаете? Я просто…

– Подслушивала, – с улыбкой закончил за нее Корбан. Эдана пожала плечами и улыбнулась в ответ.

– А зачем приедет Эремон из Доуэна? – поинтересовался Ронан. – Брейт и Темнолесье находятся далеко от его рубежей.

– Речь пойдет не только о темнолесских разбойниках, – ответила Эдана. – Думаю, это связано с пророчеством или с какими-то еще вестями из Тенебрала. – Она глубоко вздохнула и сдвинула брови. С бухты дул холодный ветерок. – Отец сказал о знамении в день зимнего солнцестояния и о… Черном Солнце.

Глава 39. Верадис

– Мы близко, – бросил Калидус через плечо, гоня лошадь вперед. Рядом с вин-талунцем, как обычно, шел Альцион.

– Насколько близко? – выкрикнул Верадис; Натаир молча ехал рядом с ним.

– Трудно сказать наверняка, – ответил Калидус. – Если бы дело было только в горах, за столько-то веков Телассар уж кто-нибудь да обнаружил бы…

Верадис огляделся. Они прокладывали путь по узкой тропинке рядом с журчащим ручьем, вокруг них возвышались горные пики.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Верадис, прижимая руку ко рту, чтобы его было слышно.

– Это место сокрыто от посторонних глаз чарами. Чтобы укрыть крепость джехаров, используется сила земли. Вот откуда я знаю, что мы рядом. Я чувствую чары.

– Если так, то как мы сможем его найти? – прокричал Верадис.

Калидус натянул поводья и повернулся в седле. Его белые зубы блестели в улыбке.

– Нужно ли вам напоминать, что мы с Альционом также разбираемся в силе земли?

– Я помню. И не буду снова в этом сомневаться. – Верадис взглянул на Натаира. Лицо принца было мрачным. С тех пор как они покинули крепость Рахима, королевского сына каждый вечер охватывало угрюмое настроение.

Калидус снова пришпорил свою лошадь, и они продолжили движение по узкой тропе.

«По крайней мере, здесь прохладнее», – подумал Верадис. Жара этих земель его потихоньку утомляла, но с того времени, как две ночи назад они начали подниматься в горы, он ощущал прилив сил, ведь чем выше они взбирались, тем меньше прогревался воздух.

Он посмотрел через плечо и, увидев, как ручей исчезает в узком овраге, нахмурился. Верадису не нравилось, что Натаир путешествует под охраной настолько небольшой дружины. Горы кишели разбойниками, а узкие тропы, по которым они шли, были как нельзя лучше приспособлены для засады. Калидус и Альцион хоть и сильны, но даже они не смогут остановить метко пущенную стрелу.

После битвы с великанами Натаир привел отряд обратно в крепость Рахима, где их встретили со смесью потрясения и восторга и тут же начали праздновать победу. Прошло три ночи пиршества, Рахим осыпа́л Натаира и его воинов благодарностями и щедрыми дарами. После они отправились на запад. Натаир сказал, что хочет вернуться в Тенебрал с хорошими новостями о победе. Тем не менее в дне езды от стен крепости Натаир назначил Рауку командиром когорты, поручив ему провести своих подопечных в целости и сохранности обратно к побережью, где их ждал Ликос со своим флотом. Раука аж покраснел от гордости.

– Ну а мы с тобой отправимся в Телассар, – объявил Натаир Верадису.

Верадис пытался настоять на том, чтобы они взяли с собой людей, но принц отказывался брать кого-либо, кроме Калидуса и Альциона.

– Не хочу появляться у их стен с отрядом за спиной. Хочу, чтобы они воспринимали меня как друга, а не как врага, – отрезал Натаир.

И вот они здесь – одному Элиону известно где, посреди незнакомой страны, глубоко в неизведанных горах, на которые, судя по всему, было наложено какое-то заклятие, – следуют за великаном и пиратом-шпионом.

Верадис посмотрел на Альциона, что сидел с другой стороны костра. На его угловатом лице плясали тени от оранжевого пламени, сливаясь со спиральными татуировками на его руках в единый причудливый рисунок.

«Я перед ним в долгу», – подумал Верадис, не совсем довольный этой мыслью. Тем не менее лучше быть живым и в долгу перед великаном, чем мертвым. Он сделал большой глоток из меха с вином. Перед его мысленным взором все еще представал образ нависшего над ним великана, Верадис помнил то тошнотворное ощущение в животе – ожидание, когда топор великана со свистом рухнет на него, – и облегчение, когда он увидел, как в пыли перед ним покатилась голова противника.

– Я тебя не поблагодарил, – сказал Верадис Альциону.

Великан поднял взгляд – в мерцающем свете костра его глаза казались маленькими бусинками.

– За что? – прогрохотал Альцион.

– За то, что спас мне жизнь. Там, на хребте.

Альцион хмыкнул.

– Это быть битва. Мы делаем то, что должны.

– И все же я тебе благодарен.

Альцион пожал плечами и снова хмыкнул.

Калидус усмехнулся – это был высокий тонкий звук, похожий на всасывание воздуха через полую тростинку.

– Мой великан не привык к похвале.

– Мой великан? – переспросил Натаир. Он сидел в стороне, сложив руки на коленях и плотно прижав их к груди.

– Альцион, скажем так, передо мной в долгу, – пояснил вин-талунец.

– Ты когда-нибудь ездил верхом на драйге? – спросил Натаир у великана.