Джон Гвинн – Злоба (страница 70)

Это были огромные чудовища. Они напоминали ящериц – юноша видел, как они греются на солнце на крепостных стенах Рахима, – но в тысячу раз больше. Драйги опирались на четыре изогнутые лапы, каждую из которых украшали серповидные когти, напоминающие мечи воинов Рахима. Их животы, переходящие в длинные и широкие хвосты, почти прижимались к земле, но взгляд Верадиса был обращен на головы чудищ. Широкий и плоский череп, оканчивающийся длинной квадратной челюстью, полной острых как бритва зубов, венчали черные глазки. На их спинах восседали великаны – крошечные карлики на фоне столь громадных тварей.

Дно долины кишело драйгами, словно змеиное гнездо, и им не было счета. Альцион сказал, что реку перешли по крайней мере шестьдесят. Но здесь их было больше.

Он сделал глубокий вдох и прикрыл глаза.

– Помни о плане, – прозвучал в голове отзвук прощальных слов Натаира. – Муравьи, помни о муравьях.

Верадис с силой потянул поводья. Его конь встал на дыбы и неистово заржал. Молодой командир присоединился к нему, крикнув изо всех сил:

– НАТАИР!

Клич подхватили всадники, что ехали позади него, и вместе они громогласно полетели вниз по склону.

В долине внизу раздались удивленные возгласы, затем непривычно низко протрубил рог. Драйги взревели, и земля задрожала: это великаны и их чудовища развернулись, чтобы отразить атаку.

Между ними было всего несколько сотен шагов, как вдруг позади Верадиса зазвучал рог, и на этот раз молодой воин его узнал. Он повернул лошадь и поскакал вдоль войска великанов. Бросив беглый взгляд через плечо, увидел, что его ратники делают то же самое; где-то позади раздался звук удара и громко заржала лошадь.

Он потянулся к копью, надеясь, что все, кто позади него, сделают то же самое, нащупал гладкое изношенное древко, покоящееся под седлом. Верадис метнул его в воздух, и вскоре к его копью присоединились сотни других орудий. Они поднялись высоко и, казалось, надолго зависли в воздухе, но затем градом обрушились на долину. Многие орудия отскакивали от толстой чешуйчатой шкуры драйгов или застревали в кожаных доспехах, но гораздо большее их число попало в цель.

Стоял такой крик, какого Верадис никогда раньше не слышал. Над землей поднялось огромное облако пыли, то вздымались, то рушились вниз неясные силуэты тел, великаны валились со своих драйгов, драйги падали на землю, некоторые из них ревели в предсмертных корчах, другие уже замолкли навек.

Верадис пришпорил коня, подгоняя его вверх по склону. Но немного не дойдя до гребня хребта, спрыгнул с коня и ударил его по крупу, чтобы тот убежал с поля боя. Затем юноша повернулся, вытащил из-за спины большой круглый щит и взял из ножен короткий меч. Воины вокруг него сделали то же самое.

Верадис глубоко вдохнул, пытаясь успокоить свое рвущееся из грудной клетки сердце, и посмотрел в долину.

Многие драйги и великаны были убиты. Несколько гигантских ящеров, уже без всадников, с ревом ринулись вниз по долине в сторону деревни. До него доносились звуки грубого гортанного языка великанов. Наездники, что были верхом на драйгах, на удивление быстро для своего грузного вида рванулись вперед и, образовав неровную линию, понеслись по склону прямо на Верадиса и его воинов. Врагов было около сотни. Слишком много. Позади них он мельком увидел великанов, что передвигались пешком, – они шли резво, покрывая расстояние огромными скачками и на ходу выхватывая из-за спин топоры и большие боевые молоты. Дрожь от содрогающейся земли эхом отдавалась в его ногах.

– В СТЕНУ ЩИТОВ СТАНОВИСЬ! – крикнул Верадис, делая несколько шагов вперед и пытаясь встать по центру перед своими воинами. Тела вокруг него плотно прижались друг к другу, щиты сомкнулись с глухим стуком.

Пока что план работал отлично. Многие великаны пали, но из его ратников никто не погиб. Натаир был прав. Применить оружие дальнего боя и остаться в живых было гораздо лучше, чем умереть, глядя великану прямо в глаза.

«Впрочем, еще не вечер», – подумал он.

Сейчас и будет видно.

Склон кишел драйгами, изогнутые ноги двигали их огромные тела вперед, впиваясь когтями в землю и поднимая в воздух тучи камней и грязи.

От Верадиса и стены щитов их отделяли какие-то триста шагов. Он чувствовал запах страха, исходящий от окружающих его воинов, от самого себя. Внутри него все сжалось, а ноги налились свинцом. Чутье кричало ему, чтобы он развернулся и бежал, бежал как можно дальше.

– Ну же, Натаир! – пробормотал он. – Сейчас!

Двести шагов. Земля дрожала, стая драйгов накатывалась на них, словно огромная приливная волна. Сейчас Верадис мог разглядеть мелкие детали внешнего вида чудовищ: сколотый зуб в зияющей пасти у одного драйга, пятнистые зелено-коричневые чешуйки на шее другого, вьющиеся татуировки на руках великанов – их счет, подумал он.

«Где Альцион? Где Натаир?»

Он пытался сглотнуть, но во рту пересохло; вместо этого юноша кашлянул.

Сто шагов. Где-то вдалеке протрубили рога – их звук напоминал море, бушующее во время шторма. Должно быть, они прозвучали действительно громко, раз он услышал их зов сквозь шум надвигающихся драйгов. Многие из громадных ящеров заколебались в нерешительности и замедлили ход, великаны в седлах обернулись. Шум позади них рос: оружие, что стучало о щиты, рев сотен воинов, яростный вопль рогов. Верадис посмотрел поверх своего щита – и сквозь гущу противника увидел, как отряд Натаира потоком хлынул через хребет в дальнем конце долины.

– Ты будешь наковальней, а я – молотом, – сказал ему Натаир. Великаны отчаянно пытались развернуть своих чудищ, понимая, в какую ловушку они вот-вот попадут – окажутся прижатыми к стене щитов, а затем со спины их атакуют всадники. Раздались резкие голоса, затем многие из исполинских ящеров все же развернулись и ринулись назад вниз по склону, чтобы встретиться с отрядом Натаира. Оставшиеся же драйги продолжали двигаться вверх, стремясь разобраться с врагом, что находился перед ними, в сопровождении великанов-пехотинцев.

Верадис поморщился. Он надеялся, что на всадников отвлечется большее число воинов противника. По правде говоря – все. Юный командир сделал глубокий вдох, принял боевую стойку и ждал, когда их настигнет буря.

Драйги врезались в стену щитов, вызвав разрушительную ударную волну. Тела, щиты, фонтаны крови – все взлетало в воздух в тех местах, где драйги врезались в стену. Верадис чувствовал, что его вот-вот охватит ужас. Натаир был неправ. Чтобы напугать драйгов, недостаточно оказалось одной лишь стены щитов.

Исполинские ящеры врезались в стену щитов, разбрасывая людей в разные стороны и растаптывая их в невнятную однородную кашу из плоти и костей, а великаны, сидящие в огромных седлах, атаковали их при помощи молотов и топоров с длинной рукоятью. И вот ящеры пробили стену насквозь и, влекомые собственным весом, перелетели через хребет.

– ПЕРЕГРУППИРОВКА! – крикнул Верадис, хотя не был уверен, что его кто-либо слышит за криками и стонами умирающих и раненых. Ящеры были на противоположной стороне хребта и, без сомнения, разворачивались, чтобы добить его людей, но он ничего не мог с этим поделать. Гораздо бо́льшую угрозу сейчас представляли четыре десятка молчаливых мрачноликих великанов, что стремительно приближались к нему.

– В СТЕНУ ЩИТОВ! – закричал Верадис, и теперь его услышали по крайней мере находившиеся рядом с ним воины, потому что он почувствовал, как они сгруппировались. А затем великаны на них напали.

Тела врезались в стену. Линия щитов колебалась слева и справа от Верадиса, воины кряхтели, упирались из последних сил ногами в землю, пытаясь сдержать огромное давление великаньих плоти и костей. В щит ратника, что стоял рядом с Верадисом, врезался топор, им в лицо полетели щепки, а затем мужчина исчез, увлекаемый за собой великаном, что пытался выдернуть свой топор. Другой воин пододвинулся и заполнил образовавшуюся брешь.

На щит Верадиса обрушился невероятной силы удар – у юного военачальника онемела рука и подкосились ноги. Он взглянул поверх щита и увидел маленькие свирепые глаза на угловатом лице великана, что возвышался над ним и держал занесенным над головой огромный боевой молот, готовясь обрушить его на череп противника.

Верадис поднял щит, вслепую ткнув мечом под него, услышал вой и почувствовал, как хлынула по его руке горячая кровь. Рука великана, сжимающая боевой молот, ослабла, и оружие упало на землю. Пальцы его тем временем отчаянно стискивали бедро, пытаясь остановить поток крови. С глухим стуком великан рухнул на колени, и Верадис снова нанес удар – на этот раз лезвие его меча вонзилось исполину в горло. Когда противник начал заваливаться на спину, юный военачальник вытащил из его тела меч и, зарычав, поднял щит. Еще один великан навис над ним и рубанул по его щиту большим двуручным топором. Оружие застряло, и Верадис изо всех сил пытался удержать щит, взирая на острое лезвие, что находилось совсем близко от его глаз. За его спиной толкались и кричали люди. Внезапно его охватило смятение: неужели сзади слышен голос великана? Неужели это вернулись драйги? Затем великан, что стоял перед ним, дернул за топор, вытащив спотыкающегося Верадиса из стены щитов. Он поскользнулся в крови и, упав на одно колено, поднял свой короткий меч в тщетной попытке заблокировать удар топора, который, как он прекрасно понимал, вот-вот прилетит. Вдруг раздался рубящий звук, что-то чавкнуло, а затем по земле перед ним покатилась голова великана.