Джон Гвинн – Злоба (страница 130)

Повисла минутная тишина, а затем горстка выживших воинов взорвалась нестройными возгласами ликования.

– Рад встрече, – усмехнулся Верадис, схватив Макуина за руку.

– Ты, как всегда, вовремя, – улыбнулся в ответ старый воин, а там уже к ним подоспел и Кастелл – и тоже заулыбался, хотя в то же время и слегка поморщился, увидев лицо Верадиса, из которого до сих пор торчали щепки (как раз в том месте, где какой-то топор чуть не разрубил ему щит).

– За мной, – позвал Ромар, шагая к сводчатому порталу. Вошел внутрь, взял из железного канделябра на стене горящий факел и ступил в темноту. За королем последовал Вандил, за ним устремились другие бойцы. Макуин вздохнул, кивнул Верадису и тоже пошел следом за государем.

– Идешь? – спросил Кастелл у Верадиса, следуя за случайно оказавшимся рядом старым воином – огромным лысым мужиком, который мог бы быть отцом Боса.

– Пока нет, – ответил Верадис, – я должен подождать здесь.

– Темноты боишься? – усмехнулся Кастелл. Вытащил меч и прошел через арку в окружении остатков Гадрая. Через несколько минут всех поглотила тьма.

Верадис повернулся и осмотрел свой отряд. Много кто пал в бою, и от его первоначальной мощи уцелела только половина. Внезапно он ощутил за них сильную гордость – несомненно, без них эта битва была бы проиграна. Они установили вокруг арки оборонительный круг, но долго ждать не пришлось, и вскоре из-за каирнов показался Альцион со своим немалым палашом, обагренным кровью, а за ним – Калидус и джехары.

– Как оно? – спросил великан.

– Вроде бы неплохо, – сказал Верадис. – Участок в основном зачищен, хотя и достался нам с тяжелым боем. Это место – лабиринт.

– А Ромар? – спросил Калидус, осматривая местность.

– Там, – махнул рукой Верадис, указывая на зияющий в скале дверной проем.

Калидус приподнял бровь.

– С кем?

– С остатками Гадрая – это около сотни мечей – и, может быть, наберется еще сотня ратников Изилтира, – пожал плечами Верадис. – Остальные должны быть где-то среди курганов. Если они еще живы.

– Все крысы собрались в одной мышеловке… – пробормотал Калидус себе под нос.

– Что? – переспросил Верадис.

– Надо идти, время не терпит, – сказал Калидус Альциону и Акару, направляясь ко входу. – Ромару понадобится наша помощь.

– Я вам нужен? – окликнул Верадис советника.

– Ты? Нет, Верадис, там работа не по твоей части. Стерегите эти врата, отдохните, если сможете. Вы это заслужили. – И с этими словами вин-талунец исчез во тьме, а вскоре там же скрылись Альцион и джехары.

Верадис подумал о Макуине и Кастелле, и в животе что-то екнуло. Он сделал пару шагов к вратам, но затем остановился.

«Оставь хитроплетство Калидусу, – вспомнился ему наказ Натаира. – Ты их предупредил», – сказал внутренний голос.

– Я их предупредил, – повторил он про себя и отвернулся от скалы.

«Калидус – Бен-Элим, – подумал он. – Он сделает все, как надо».

Они были живы и помогли одержать победу. Тем не менее, несмотря на приказ и убедительные слова самоуспокоения, ему отчего-то вдруг стало стыдно стоять и ждать.

Глава 78. Корбан

Корбан ступил на Рябиновое поле. Когда он собрался с духом перед предстоящим испытанием, солнце в безоблачном небе стояло еще невысоко.

– Подходящий сегодня день, – прогремел Таннон и стиснул ему плечо.

– Ага, – сказал Корбан; его слегка замутило.

При виде Корбана Галион прислонился к стойке с оружием, улыбнулся и поднял руку.

– Я подожду здесь, – сказал Таннон, – прослежу вместо тебя за Грозой.

Галион привычно сжал Корбану предплечье.

– Рябиновое поле приветствует тебя, Корбан бен Таннон, – торжественно изрек воин.

– Поле оказывает мне честь, – дал Корбан положенный ответ, стараясь не отводить взгляд от Галиона, когда Поле начали заполнять воины.

– У меня кое-что для тебя есть. – Галион снял с оружейной стойки копье. – Думаю, его вес придется тебе по руке.

Корбан взял копье двумя руками и наклонил его плашмя. Его древко было вырезано из белого ясеня с явно проступающими темными прожилками, а на тупом конце в качестве противовеса имелась железная насадка. Наконечник копья был в форме листа, с мягко закругленной кромкой, от острия до древка без резких выступов и зазубрин, что не очень походило на клиновидные наконечники, к которым он привык. Испытывая его вес, он поднял копье на высоту плеча и почти мгновенно нашел точку равновесия. Внезапно оружие стало невесомым.

Галион одобрительно хмыкнул.

– Спасибо, – сказал Корбан.

– Оно не знает промаха. Я подумал, что оно подойдет тебе больше, чем все эти ветхие палки, – сказал Галион, глядя на копья на стойке. – Уж мне-то оно верно послужило.

– Это такой обычай в краях, откуда ты родом? – спросил Корбан и помрачнел – он вдруг осознал, что у него нет никакого ответного дара.

– Обычай? Нет, парень. Просто мне понравилось тебя обучать. А сегодня будет наш последний учебный день. Хорошо отмечать такие дни подарком.

Корбан улыбнулся:

– Спасибо еще раз.

– Идем. Найди мишень, попривыкни к нему немного, покуда мы не начали.

Корбан принял это предложение, ибо промазывать мимо мишени на глазах у бесчисленного множества зрителей – не самое лучшее из возможных начал испытания воина. Они подошли к соломенным мишеням и нашли себе пустую площадку. Однако прежде, чем они смогли продвинуться дальше, с другого конца Поля к ним подошел Коналл. Когда ратник приблизился к ним, стало видно, что он сердит: его обычно красивое лицо побагровело от гнева.

– Получил я твою весточку, – бросил он, – или вызов?

– Просто нужно было увидеться с тобой, Кон, – сказал Галион.

– Зачем? Еще какие-то приказы?

Галион нахмурился:

– Да, это верно.

Коналл скрестил руки на груди и стал ждать.

– Ты, как и раньше, будешь охранять Эдану, но теперь ей позволили покидать замок, так что будь бдителен.

– Я воин, Гал, а не нянька.

Галион вздохнул.

– Это почетный пост, – произнес он медленно и, как подумалось Корбану, очевидно, не в первый раз. – К тому же тебе нужно вернуть себе благосклонность Бренина.

– Благосклонность. Почетный пост, – проворчал Коналл. – Ухаживать за ребенком. За кого ты меня принимаешь?

– Я пытаюсь помочь тебе, Кон, – резко сказал Галион.

– Я занимаюсь этим последний день, – ответил Коналл, отвернувшись. – Эвнис предложил мне место у себя в имении. Больше мне не придется сидеть в твоей тени.

Галион хотел было что-то сказать, но Коналл ушел прежде, чем он успел проронить хоть слово.

– Тьфу ты! – сплюнул воин, и гнев на его лице сменился грустью. Он посмотрел на Корбана:

– Всю свою жизнь я, кажется, пытался ему помочь…

– Он неблагодарный, – порывисто сказал Корбан.

– Нет, Бан. Он просто не рассматривает это как помощь. Его ослепляет гордость. А может быть, я и сам был неправ. – Он тряхнул головой. – В любом случае, у тебя есть более насущные заботы, чем нрав моего брата. Метни-ка это копье, парень.

Так Корбан и сделал. Первый его бросок оказался немного высоковат, но вскоре он оценил дар Галиона и подивился его несходству с прочими копьями.

Сейчас на Поле было людно, и он заметил много знакомых лиц, кроме одного. Впрочем, вот и Гар въехал на Поле верхом на Щите – буро-пестрая шкура жеребца лоснилась от пота.