Джон Гришэм – Парни из Билокси (страница 57)

Льюис подтолкнул в его сторону листок с наброском портрета третьего подозреваемого, который сделал полицейский художник.

Джесси бросил на него взгляд, и на его лице не дрогнул ни один мускул.

Льюис продолжил:

— Бюро удалось отследить Крейна и Хортон до Билокси. Два агента провели здесь несколько дней, но ничего не добились. Судя по всему, этого парня никто не узнал, а если и узнал, то промолчал. Со временем расследование заглохло, прошло уже пять лет. Два месяца назад мы раскрыли сеть по укрывательству краденого и обнаружили кое-какие улики. Но найти этого парня все равно не можем. Есть идеи?

Джесси нахмурился, покачал головой, убедительно сделав вид, что ему сейчас не до этого.

— Послушайте, ребята, у меня сейчас дел выше крыши. Если честно, в данный момент мне точно не до серии давних вооруженных ограблений в других штатах.

Он улыбнулся, бросил взгляд на набросок и снова посмотрел в холодные глаза Хью Малко.

Джесси попросил оставить рисунок, чтобы потом показать его другим. Через полчаса агенты ушли. Джесси сделал несколько копий и спрятал в кабинете. Он никому об этом не рассказал, даже Киту и Иган.

Пятого мая 1975 года, за неделю до долгожданного суда над Лэнсом Малко и Бобби Лопесом, судья Олифант вызвал адвокатов к себе. Он обещал передать им список потенциальных присяжных, и они очень хотели его получить. Джесси и Иган сидели по одну сторону стола. Джошуа Бэрч с двумя помощниками расположились напротив. Все досудебные ходатайства были обсуждены, а решение по ним вынесено. Пришло время схватки, и напряжение было огромным.

Судья Олифант начал с традиционного вопроса о сделке со следствием:

— Обсуждались ли соглашения о признании вины?

Бэрч отрицательно покачал головой, а Джесси сказал:

— Ваша честь, штат делает мистеру Лопесу такое же предложение, какое мы сделали Фрицу Хаберстро и Куту Риду. В обмен на признание вины и полное сотрудничество при даче показаний против мистера Малко мы рекомендуем смягчить приговор.

— И мы отклоняем предложение, мистер Руди, — мгновенно отреагировал Бэрч.

— А вам не кажется, что следует поинтересоваться мнением клиента? — тут же парировал Джесси.

— Я его адвокат, и я отклоняю это предложение.

— Понятно, но с точки зрения этики вам следовало бы проинформировать своего клиента.

— Не надо читать мне лекции об этике, мистер Руди. Я провел с мистером Лопесом много часов и знаю его намерения. Он с нетерпением ждет суда и возможности защитить себя и мистера Малко от выдвинутых обвинений.

Джесси, улыбнувшись, пожал плечами.

— Мне кажется, что мистер Руди прав, — вмешался судья Олифант. — Мистер Лопес должен быть хотя бы проинформирован о такой возможности.

— При всем уважении, ваша честь, у меня большой опыт в подобных делах, и я знаю, как представлять своих клиентов, — довольно напыщенно заявил Бэрч.

Не скрывая удовлетворения, Джесси произнес:

— Ваша честь, все в порядке, я снимаю свое предложение.

Судья Олифант почесал подбородок, глядя на Бэрча. Затем он переложил несколько бумаг и спросил:

— Хорошо, теперь насчет мистера Малко. Есть ли шанс на соглашение о признании вины?

— Ваша честь, у штата есть предложение для мистера Малко, — сообщил Джесси. — В обмен на признание вины в совершении преступления, связанного с управлением местом, используемым для проституции, штат рекомендует наказание в виде десяти лет лишения свободы и штрафа в размере пяти тысяч долларов. Все остальные обвинения будут сняты.

Бэрч фыркнул, будто его это искренне позабавило:

— Спасибо, не надо. Мистер Малко не желает ни в чем признавать себя виновным.

— Хорошо, но ему предъявлено еще тринадцать обвинений в склонении к проституции, и десять девушек будут свидетельствовать против него. Осуждение по каждому обвинению влечет за собой заключение под стражу на срок до десяти лет и штраф до пяти тысяч долларов. То же самое касается и Лопеса. Они могут провести остаток жизни за решеткой.

— О, я знаю закон, мистер Руди. Не надо меня учить. Ответ — нет! — холодно ответил Бэрч.

— И вы не считаете, что вам следует сообщить об этом предложении мистеру Малко?

— Прошу вас, судья. Я знаю, что делаю.

— Очень хорошо.

Переложив еще несколько бумаг, судья Олифант продолжил:

— Вот списки потенциальных присяжных. Секретарь суда Бэй-Сент-Луиса уверен, что этот пул квалифицирован и безупречен.

Бэрч не смог сдержать изумления и выпалил:

— Бэй-Сент-Луис?!

— Да, мистер Бэрч. Я меняю место слушаний. Это дело будет рассматриваться по соседству, в округе Хэнкок, а не здесь, в Гаррисоне. Я убежден, что присяжные суда над Джинджер Редфилд были подкуплены, и на этот раз мы не станем рисковать.

— Но никто не просил изменить место.

— Вы должны знать закон, мистер Бэрч. Почитайте Положение о судопроизводстве. Я имею право по своему усмотрению изменить место проведения на любой округ в штате Миссисипи.

Ошеломленный Бэрч не находил слов. Джесси был удивлен и обрадован, но сдержал проявление чувств, подавив улыбку. Судья Олифант вручил обоим список имен, сказав:

— Ни с кем из нашего пула не будет никаких контактов. Ни в каком виде. — Посмотрев на Бэрча, он продолжил: — Когда мы соберемся двенадцатого мая, я расспрошу коллегию присяжных о ненадлежащих контактах. Любой намек на это, и виновная сторона ответит по полной программе. Как только мы выберем двенадцать присяжных и двух запасных, я прочитаю им лекцию о незаконности ненадлежащих контактов. Утром и после обеда каждого дня я буду повторять им свое наставление. Всем все понятно?

— Абсолютно, ваша честь, — подтвердил Джесси, улыбнувшись Бэрчу.

Часть третья

Заключенные

Глава 35

Зал суда был пуст, свет выключен. Одноногий уборщик здания суда по прозвищу Рыжий Верзила возился с проводами на скамейке. Войдя в зал, Джесси кивнул ему издалека, прошел по проходу к своему месту, поставил на стол портфель и поздоровался. Немногословный Рыжий Верзила пробормотал в ответ что-то неразборчивое. Когда в дверях появился Джошуа Бэрч, Джесси попросил уборщика оставить их ненадолго одних. Рыжий Верзила с недовольным видом нахмурился, будто его отрывали от выполнения чрезвычайно важной работы, и молча вышел.

Адвокаты сели за стол друг напротив друга и сразу перешли к делу. Первым заговорил Джесси:

— Вам не выиграть этот процесс, Джошуа. У меня довольно много свидетелей, и всем, так или иначе, известна правда. Малко использовал здесь девушек десятилетиями, и его время вышло. Когда ему вынесут обвинительный вердикт, Олифант закатает его по полной, и он умрет за решеткой стариком.

Бэрч это выслушал, но спорить не стал. От его былого апломба не осталось и следа. Факты были не в его пользу, а перенос суда в округ Хэнкок, куда не могли дотянуться щупальца Фэтса Боумана, лишили его шанса помешать суду присяжных прийти к единому мнению.

— Вы просили о встрече. О чем вы хотели поговорить? — спросил Бэрч.

— О сделке с признанием вины. Лэнс — умный человек и понимает, что удача от него отвернулась. На суде вскроются его многие неблаговидные секреты. Он будет опозорен.

— У него проблемы со здоровьем.

— Перестаньте, Джошуа. В это никто не верит, а даже если бы это и было правдой, то какая разница? В тюрьме Парчман полно больных заключенных. Там есть врачи. Якобы больное сердце Лэнса не спасет.

— Я обсуждал с ним признание вины на ранней стадии подготовки процесса, и не раз. Он снова собирался меня уволить, но передумал. Думаю, он говорил об этом с Хью, но не уверен насчет остальных членов семьи.

— У меня есть дополнительный аргумент, нечто, о чем должны знать вы оба.

Бэрч, пожав плечами, произнес:

— Я весь внимание.

Джесси рассказал историю о короткой карьере молодого Хью в качестве вооруженного налетчика. Ограбления ювелирных магазинов, перестрелка, смерть Джимми Крейна и Кэрол Хортон. Ему повезло, что он успел сбежать, но еще больше повезло, что удалось избежать опознания. Прошло пять лет, это немало, но ФБР вернулось.

Бэрч сказал, что ничего не знал об ограблениях, и Джесси ему поверил. Он сам никогда о них прежде не слышал.

Он рассказал о своей недавней встрече с агентами ФБР и передал копию портрета, сделанного полицейским художником.

— На мой взгляд, человек очень похож на Хью. Если бы ФБР об этом узнало, то показало бы потерпевшим его фотографию. И тогда он отправился бы за решетку лет на двадцать, а то и больше.

Бэрч, внимательно рассмотрев рисунок, покачал головой и пробормотал:

— Кретин.

Джесси решил выложить свой главный козырь.

— Я пока не сказал ФБР ни слова. И буду держать рот на замке, если получу сделку.