Джон Гришэм – Парни из Билокси (страница 30)

Но страховая компания все равно говорила «нет».

Сначала Джесси подавал иски по простым делам. Теми же, где повреждения вызваны и ветром, и водой, он собирался заняться позже. С выбором дел проблем не было. Слухи распространились быстро, и клиенты хлынули рекой. Их оказалось гораздо больше, чем он рассчитывал, и теперь с трудом покрывал накладные расходы. Но в таком же положении он был задолго до урагана. Вторая ипотека, пошедшая на его предвыборную кампанию двумя годами ранее, еще не была полностью погашена.

Но времени на переживания у него не было, как не было и пути назад. Он захватил рынок исков, связанных с «Камиллой», и регистрировал по дюжине дел каждую неделю. Он работал шесть дней в неделю по восемнадцать часов каждый и находился в реальности, где значение имело только дело. Поскольку Кит вернулся в колледж на последний год обучения, а Агнес занималась семьей, Джесси испытывал острую нужду в помощниках. Его дочери-подростки Беверли и Лора приходили в офис после школы и часто до ночи наводили порядок в бумагах.

На помощь пришли братья Петтигрю из Бэй-Сент-Луиса. Их отца нашли мертвым на дереве на следующий день после урагана. Семейный дом, полностью застрахованный, находился в полумиле от пляжа и был настолько сильно поврежден, что стал непригодным для проживания. Мать жила с сестрой в Маккомбе. Страховая компания, все та же ЭРА, отказала в удовлетворении страхового требования.

Братья Джин и Гейдж были похожи на близнецов, но разница в возрасте между ними составляла одиннадцать месяцев. Они выглядели одинаково, говорили одинаково, одевались одинаково и имели странную привычку заканчивать предложения друг за друга. В мае прошлого года они вместе окончили юридический факультет в Университете Миссисипи и открыли небольшую контору в Бэй-Сент-Луисе. «Камилла» все уничтожила, буквально все. Они не смогли отыскать даже своих дипломов.

Случившееся с братьями несчастье их разозлило, и они рвались в бой. Они прочитали о Джесси Руди и однажды пришли к нему в офис и попросились на работу. Джесси они сразу понравились, он пообещал платить им, когда сможет, и так заполучил двух новых соратников. Отложив все, чем занимался, он усадил братьев в переговорной для введения в курс дела и посвятил их в захватывающие тонкости чтения страховых полисов. Они ушли в полночь. На следующий день он отправил Гейджа в «Камилла-Вилль» для встречи с новыми клиентами. Джин же начал принимать клиентов в офисе.

Другие юристы на Побережье тоже занимались аналогичными делами, хотя и далеко не в таких масштабах, как Джесси Руди. Они внимательно и с интересом наблюдали за его действиями. Среди членов коллегии адвокатов царило общее мнение, что нужно не торопиться и позволить Руди проторить дорогу: вдруг ему удастся одержать верх над компаниями при рассмотрении первой волны исков? Тогда, возможно, страховщики станут сговорчивее, сядут за стол переговоров и справедливо удовлетворят требования клиентов.

Для Джесси судебное разбирательство таило в себе риски. Понятно, что вода от штормового нагона разрушила многие дома, особенно те, что расположены рядом с пляжем. Отстоять такие страховые требования будет сложно. Если в суде он проиграет, то страховщики не почувствуют угрозы и еще больше ужесточат свою позицию по отказу от выплат. На кону стояла его репутация. Его клиенты были обижены, зачастую иррациональны и ожидали не только возмещения ущерба, но и штрафных санкций. Если он не оправдает их ожиданий, то на его карьере судебного адвоката можно будет поставить крест и ему останется только сидеть в кабинете и заниматься составлением бумаг.

Однако если Джесси выиграет, и выиграет по-крупному, то отдача будет велика. Он не разбогатеет, во всяком случае, с исками по восемь тысяч долларов, но с финансами точно станет полегче. Победа над страховыми компаниями принесет известность, которую невозможно купить ни за какие деньги.

К концу года он уже испытывал к страховым компаниям откровенную ненависть. Джесси хотел, чтобы судебное разбирательство проводилось в зале суда в Билокси, и настаивал на этом. Ему противостояли грозные силы. Для своей защиты страховщики мудро решили нанять крупные фирмы в Джексоне, не привлекая адвокатов с Побережья. Джесси подал более трехсот исков в окружной суд округа Гаррисон. Для защиты это было настоящим золотым дном, и они использовали всевозможные уловки и трюки, чтобы затянуть процесс и похоронить его под бумажной волокитой.

Братья Петтигрю оказались достойными сподвижниками и за три месяца узнали о судебных разбирательствах и расследованиях больше, чем за пять лет самостоятельной практики. Они призвали Джесси продолжить подавать иски. Сами же возьмут на себя переписку, будут поддерживать порядок в делах и отвечать на запросы нанятых для защиты фирм.

Во время небольшого корпоратива за два дня до Рождества Джесси всех удивил, объявив, что принимает Джина и Гейджа в младшие партнеры. Отныне их имена будут указаны на бланках, а над входом в бюро будет красоваться вывеска «РУДИ И ПЕТТИГРЮ, АДВОКАТЫ». Этот шаг служил, скорее, символической наградой, поскольку при партнерстве предполагается участие в распределении полученных гонораров, а с ними было не густо.

Судья Нельсон Олифант — ему исполнился семьдесят один год — занял свое место, придвинул микрофон поближе и обвел взглядом собравшихся. Потом улыбнулся и произнес:

— Доброе утро, дамы и господа. Какая впечатляющая явка. Не уверен, что мне когда-либо доводилось видеть так много людей на рассмотрении ходатайства.

Джесси заполнил зал суда своими клиентами, наказав им не улыбаться ни при каких обстоятельствах. Они были сердиты, разочарованы и жаждали правосудия. Они по уши сыты страховыми компаниями и их адвокатами и хотят, чтобы Олифант, человек из их округа Гаррисон, знал, что они настроены серьезно. Ему ведь предстоит переизбрание.

За столом истцов Джесси сидел между братьями Петтигрю. Напротив них за столом защиты теснилось не менее дюжины хорошо одетых парней из Джексона, за которыми в первом ряду разместились помощники и секретари. Где-то среди зрителей были также руководители страховых компаний.

— Мистер Руди, вы можете начать, — сказал Олифант.

Джесси встал и обратился к суду.

— Благодарю вас, ваша честь. Сегодня я подал несколько ходатайств о слушании, но сначала хотел бы затронуть вопрос об отдельных датах судебного разбирательства. У меня есть как минимум десять дел, готовых к рассмотрению, или, выражаясь точнее, к рассмотрению которых готов я. — Помахав рукой адвокатам защиты, он продолжил: — Похоже, эти ребята не будут готовы никогда. Сегодня третье февраля. Могу я предложить вынести несколько дел на рассмотрение в следующем месяце?

Олифант посмотрел на отряд защиты, и с мест сразу поднялось не меньше четырех человек. Прежде чем они успели открыть рот, он заявил:

— Я не собираюсь выслушивать одно и то же от каждого из вас. Какое у вас первое дело, мистер Руди?

— Луна против «Экшн риск андеррайтерз».

— Хорошо. Насколько я понимаю, ведущим адвокатом ЭРА является мистер Уэбб. Мистер Уэбб, вы можете ответить.

Симмонс Уэбб встал и сделал несколько шагов вперед.

— Благодарю, ваша честь, — ответил он, как и полагалось. — Я высоко ценю возможность быть сегодня здесь, в вашем суде. Мой клиент, безусловно, понимает желание истцов поторопиться и провести судебное разбирательство, но мы имеем право завершить процесс расследования. Уверен, мистер Руди это понимает.

Джесси, продолжавший стоять, произнес:

— Ваша честь, мы закончили расследование и готовы к суду.

— Что ж, ваша честь, мы еще не закончили. Он снял показания только два раза.

— Я буду выполнять свою работу, мистер Уэбб, а вы займитесь своей. Мне больше не нужны показания.

Судья, откашлявшись, заметил:

— Должен сказать, мистер Уэбб, что вы не спешите проводить расследование. Мне кажется, что ваш клиент, ЭРА, вообще не торопится предстать перед судом.

— Я не согласен, ваша честь. Это сложные случаи.

— Но мистер Руди готов, не так ли? А если готов он, то почему вы — нет?

— Еще многое предстоит сделать, ваша честь.

— Ну, так сделайте это и не тяните. Я назначаю это дело для слушания на понедельник, второго марта, прямо здесь. Мы выберем присяжных, и они вынесут вердикт.

Уэбб изобразил искреннее изумление и наклонился к другому темному костюму. Затем выпрямился и сказал:

— При всем уважении, ваша честь, мы выражаем протест против такого спешного уведомления.

— При всем уважении, ваш протест отклонен. Какое следующее дело, мистер Руди?

— Лэнски против ЭРА.

— Мистер Уэбб?

— Повторю снова, ваша честь: мы просто не готовы к суду.

— Тогда подготовьтесь. У вас было много времени, и, видит бог, на вас работает много талантливых юристов.

— Мы протестуем, ваша честь.

— Протест отклонен. Мы поступим так, мистер Уэбб и остальные защитники. Я выделяю первые две недели марта на то, чтобы рассмотреть как можно больше таких дел. Не думаю, что каждое из них займет много времени. Судя по всему, свидетелей не так много. Но истцы имеют право быть выслушанными, и мы их выслушаем.

По меньшей мере пятеро защитников вскочили и горячо запротестовали.

— Прошу вас, джентльмены, успокойтесь, — произнес судья. — И займите свои места. Вы имеете право подать протесты письменно. Сделайте это, и я отклоню их позже.