Джон Голд – Сонный лекарь-8 (страница 20)

*Пшш*

Артефактный аксессуар рассыпался прямо у меня в руках. Следом в кармане с хрустом распался молоточек Хаммеров. Под действием мощнейшего нокс-поля весь мир вокруг окрасился в чёрно-белые цвета. Из воздуха исчезли запахи и звуки. Осязание притупилось практически до нуля, крича лишь о том, что передо мной природный враг всего живого! Пустота и её Источник, запертый в безумно сильном человеке.

*Всс*

От меня отделилась яркая белая искорка размером с горошину и куда-то полетела. Ощущение присутствия духа-поддержки в тот же миг пропало.

[Что за⁈] — не успел я подумать, как Охотник, зарычав, одним плавным движением сократил дистанцию и рассёк огонёк. Клинок, покрытый эссенцией, поглотил источник света в чёрно-белом мире.

Смерть, Пустота, великое Ничто. Крошащийся, словно стекло, астрал трещал вокруг мрачнеющего на глазах Каладриса. Моё духовное тело звенело от напряжения. Само нахождение сейчас рядом с Охотником казалось попыткой прикоснуться в Бездне.

[О Демон-бог! Откуда у этого сопляка такая мощная ментальная защита?]

Незнакомый голос прозвучал в голове, и в тот же миг я ощутил невероятно сильное давление на барьер Гакко. Дыхание сбилось, всё моё тело затряслось от напряжения. В глубинах духовного тела моя Власть столкнулась с чьей-то ещё большей Властью!

Сжав кулаки до хруста, я замер. Из носа и ран фонтаном хлынула кровь. Организм бросил все силы на борьбу со… вторжением? Кто-то или что-то проникло в меня, пока не действовал «доспех духа»!

[Да сколько можно⁈ Сдайся уже, никчёмный потомок обезьян, годный лишь на корм!] — громогласный рёв раздался в голове. — [Ты и за миллион лет его не одолеешь!.. О Демон-бог! До чего противная защита… Ещё и этот прыщ дух-хранитель…]

Каладрис, видя мою заминку, нервно дёрнул щекой. В его глазах читалась смесь ярости и гнева. Стряхнув с клинка эссенцию, он встал в уже знакомую мне стойку для проведения колющей атаки. Клинок пустоты… Хренов лучший Охотник в мире.

Не уклониться… подсказало мастерство Хо Гана.

Удар!

Одно стремительное и невероятно точное движение, и меч Каладриса пронзил мне сердце…

Глава 9

Тайна Каладриса

Удар рапирой пронзил насквозь мое сердце, и в тот же миг давление на мой дух исчезло. Охотник с хирургической точностью вынул клинок, не повредив ни одной артерии. Ловкое, плавное движение, выполненное на том уровне, до которого мне ещё расти и расти. Секундой позже Охотник убрал меч в ножны и закрыл свой Источник, гася нокс-поле.

Из-за сильнейшего перенапряжения моё тело застыло на месте. Кровь из ран перестала течь… типичные последствия временной остановки сердца. Именно временной, а не постоянной! У сильных одарённых, прошедших три и более уровня физических трансформ, естественная регенерация зашкаливает. Так что ещё минута-две, и моё сердце забьётся с новой силой.

Недовольно дёрнув щекой, Охотник схватил меня за шкирку и куда-то потащил.

— Не попроси Аталанта не убивать тебя, Довлатов, ты бы уже сто раз умер, — голос Охотника звенел от напряжения. — Мёртв после того, как Дуротан оскорбил меня, назвав «штукой» в зале заседания ООН. Мёртв после тех оскорбительных переговоров в Логове Зверолова. Мёртв из-за недостаточно жёстких действий Лордов. Мёртв после трёх красных сигналов не лезть ко мне на Летающие Острова! Но не-е-ет… Ты вытащил Оппенгеймера из-за Грани. Узнал пространственные формулы от Лупергод… Тех ребятишек-иномирян. Собрал людей и орков в один ударный кулак и таки забрался в Сад.

Каладрис дотащил меня до места, похожего на гостиную без стен, и положил у камина как живой охотничий трофей. Морщась, вправил сломанную руку и приложил к ней артефакт «Средней лечилки». На восстановление перелома ушло полторы минуты.

Пройдя к леднику, Охотник вытащил из него бутылку старого вина. Откупорив тару, он трясущимися руками налил его сразу в два бокала. К одному сразу приложился, осушив за раз, а второй поставил на столик. Там стояли добрых три десятка хрустальных произведений искусства, наполненных вином до середины.

Охотник налил ещё пару бокалов и повторил странный ритуал. Дрожь в руках, как характерное последствие «Усиления», постепенно стала отступать.

— Отдаю должное твоим усилиям, — пригубив вина, Охотник качнул бокалом в мою сторону. — Даже с хромающим на обе ноги фехтованием и полным непониманием боевых искусств, ты дважды за один бой смог достать меня. За последние двадцать лет подобное удавалось провернуть лишь двоим.

Смысл, как обычно, прятался между строк. «Мало кто из ещё живых успевал ранить Охотника хотя бы раз». Без внешних боевых техник, без привычного «доспеха духа» противостоять Каладрису смог бы только кто-то вроде Хо Гана — одарённый, изначально привыкший не полагаться на силу техник.

Подозрения о том, что творится нечто странное, появились ещё в тот момент, когда меня накрыло нокс-полем. Учитель [3], вроде меня, с трудом сможет приблизиться даже к источнику пятой категории. Открой Каладрис свой Источник нокса [8-й категории] с самого начала на полную, я бы умер там же, где появился в Зоне Отдыха. Восьмой ранг Источника под Кремлём питал электричеством всю Москву. Вот насколько велика их мощь.

Вывод… Охотник зачем-то навязал мне ближний бой, действуя при этом предельно агрессивно. Сначала я подумал: «Каладрис не хочет, чтобы другие узнали, что он использует Зону Отдыха в личных интересах. У него тут дом». Но это мелковато для того, кто входит в тройку сильнейших одарённых Земли.

Ясность внёс владелец голоса, пытавшийся захватить моё тело в пылу боя. Он пару раз успел повторить «демон-бог», и сейчас до меня дошло, что это тот самый демон-хеафидо из США. Именно его Каладрис испугал, когда мы с Хаммером пытались вылечить сына президента Элмора. Пленитель душ и иномировой ишвар [9] c показателем Власти, задранным под самый космос. Вот кто пытался завладеть моим телом.

Вывод второй. Тот труп архимага на входе! Видимо, Каладрис не так давно убил тело демона, но тот сбежал в форме духа и ждал возможности захватить ещё чьё-нибудь тело. В свою очередь, Охотник сделал из меня живую приманку. Давил на максимум и ждал, пока проникший в моё тело дух-демона не окажется там, где ЕМУ нужно. В моём сердце!

— Твой последний удар, — сказал я, удивляясь своей же хрипоте. — Ты убил того демона-хаефидо?

Держа бокал с вином в руке, Охотник с лёгким удивлением глянул на меня.

— Хеафидо? Что, опять знания от тех детишек Лупергод? Впрочем, мне на них теперь плевать, — Охотник отпил терпкого напитка. — Убить этих засранцев даже в обычной ситуации довольно трудно. Уж больно ловко их порода меняет свои тела. В этот раз всё было куда сложнее! Мне нужна была его душа целиком, с наименьшим уровнем повреждений. Я запечатал его душу в меч.

— Вот так просто? — скепсис в моём голосе не расслышал бы разве что глухой.

Охотник усмехнулся.

— Довлатов… Тебе невероятно, невообразимо сильно повезло, что твой ментальный барьер оказался прочным и не дал ему пролезть глубже! Иначе в клинок затащило бы вас обоих. Впрочем… Я до сих пор не знаю, чья именно душа сейчас находится в этом теле. Так что сиди тут.

Оглядевшись, Охотник телекинезом пододвинул кресло поближе к камину и вальяжно в нём развалился. Впервые на моей памяти Каладрис выглядел таким довольным. Улыбается, глаза светятся от чувства превосходства. Весь язык его тела кричит о гордости… за удачно завершённую охоту. Причём смотрит этот гад не на меч-клетку с демоном-ишвар [9]. И не на камин! А на меня…

— Так твой трофей это я, Охотник? — говорю первое, что пришло на ум.

— Все вы трофеи, — Каладрис, махнув рукой, волной телекинеза достал из ледника ещё одну бутылку старого вина. — Одни интересные, другие сильные. Третьи, вроде тебя, Довлатов, похожи на занозу, до которой, наконец, получается добраться. Ты лучше скажи. Тот дух, что из тебя вылетел… это ведь была старушка Аль-Хазред? Небось верещала: «Верни моё тело! Верни, верни, верни».

Молчу. Дух-поддержки и впрямь перестал как-либо ощущаться.

— Сто лет назад, — в голосе Охотника послышались нотки хвастовства, — я запечатал кусок духа этой надоедливой девицы в книгу и отправил в Аркхэм. Потом сам же распустил слух, что она знает нечто о мире Унии. Своего рода ловушка для тех, кто пытается узнать то, чего знать не стоит. Каждый год находились умники, пытавшиеся узнать секреты «безумного араба Аль-Хазред». Затем сотрудники Запретной Библиотеки докладывали мне через Ассоциацию, кто интересовался этой книгой. Я создал бутылочное горлышко… узкое место для людей, вроде тебя, чтобы знать, за кем надо приглядеть. Кстати, напомни-ка… как зовут младшую из дочерей Силлы?

— Нерея, — я усмехнулся столь нелепому вопросу. — Хочешь проверить, тот ли я Довлатов? Так это просто. Ты Охотник, заноза в заднице, полгода не дававшая мне пропуск на Летающие Острова.

Охотник кивнул и неторопливо отпил вина.

— Шардоне шестьдесят восьмого года. Одна из семи последних бутылок, — подняв бокал, Каладрис глянул на его содержимое под светом солнца. — По гонору, да, ты тот самый Довлатов… Который ничего не понимает! Кругозор размером с песчинку, в то время как жизнь это целая пустыня. Верю в то, что ты искренне считаешь, что сунулся на Летающие Острова по своему желанию. Но бывает и так, что ТВОИ планы совпадают с чьими-то ещё. И этот кто-то обладает неизмеримым могуществом. И он начинает тебе втайне помогать…