Джон Голд – Сонный Лекарь - 3 (страница 8)

Начиная с перехода из магистра [4] в старшие магистры [5], одарённому крайне важно иметь силу духа. А уж для прорыва в ранг архонта [6] нужны и вовсе стальные бубенцы. По этой же причине абсолютами [7] зачастую становятся эксцентричные люди с сильными убеждениями. Адекватностью тут и не пахнет! Ведь она предполагает всегда ставить свою точку зрения под сомнение. А у абсолютов [7] с этим проблемы. “В своём праве”, “по праву сильного”, “у кого дрын больше, тот и прав” – это всё про них.

Суть в том, что если у человека в голове живут тараканы, мешающие ему жить – ему не стать старшим магистром [5] или кем-то большим. Лей Джо, видимо, прошла обследование у менталиста, и тот объяснил ей, что “с её духом есть проблемы”. По-другому столь глубинные нюансы не выявить.

В разговоре повисло тягостное молчание. Целительница нарушила паузу первой.

– Я бы нашла способ договориться с Лиамом, если бы ты отказался. Связями, алхимией или услугами, которые нельзя купить за деньги. Но вот с этим, – она снова постучала пальцем по виску, – можешь помочь мне только ты, Довлатов. Менталисты могут сделать внушение, заблокировать или стереть память, но не повлиять на колеблющийся дух будущего архонта [6].

– Даже зная всё это, сомневаюсь, что смогу вам помочь, – пожав плечами, также указываю на висок. – Дар рода Довлатовых помогает справиться со стрессом, мешающим людям жить. Кому-то мешает страх пережитых провалов, кто-то на работе выгорает.

Лей Джо взглянула на меня с явным удивлением.

– Так ты вообще не в курсе? Я слышала от Персефоны, а она от матери, – целительница ткнула пальцем в потолок, едва не вытягивая руку на всю длину. Намекая на фигуру ого-го-го какой величины. – Язва последние двадцать лет курирует прорывы на новые ранги силы большинства членов Комитета Силлы. Аталанта отбирала кандидатов на вступление в Комитет. Язва занимался их лечением, а также устранением колебаний духа. Я думала, ты знаешь об истинном предназначении вашего дара рода.

Вся глубина моего удивления выразилась в одном единственном слове.

– Бл*%;№! – от нахлынувшего возмущения захотелось заорать. – Дед, да какого х%*№;! Нельзя было нормально всё объяснить…

– Так ты не знал? – Лей Джо аж рот открыла от удивления. – Язва уже сорок лет как входит в ядро Комитета Силлы.

Вот ведь… дед! Мы пообщаться-то смогли всего пару дней. Он через пару часов знакомства ляпнул:

“Короче, Миша, ты целитель. Причём только что прошёл через инициацию. … *отрыжка*… Вся ваша страна “Не вывозит”! Конфликты с Византией, Монголами, Империей Цин. Про Пруссию вообще молчу. Так что я решил протянуть руку помощи Российской Империи в лице тебя. Понимаешь?! Я так о всём мире целиком забочусь, а не о тебе любимом.”

Нельзя было прямым текстом сказать: “Мы с Комитетом сваливаем, а ты вместо меня позаботься о проблемах мира Земли.”

– Да чтоб тебя! – у меня в груди всё горит от возмущения. – Вот ведь хитрый старикан! Свалил, оставив всё на меня.

– Видимо, ты совсем не знал Язву, – Лей Джо, подумав секунду, усмехнулась. – Со слов Перси он вёл весьма закрытый образ жизни.

Накладываю на себя “Фокус”, возвращая ясность мыслей. Боги, не дед, а истинная Язва! Это же надо свалить в туман, не рассказав о таком нюансе дара рода. Теперь понятно, почему Лиам Хаммер так переживал за меня во время переговоров с правительством Арана. Он видит во мне протеже деда и ценного союзника в будущем.

– Надо пробовать, – смотрю на Лей Джо. – У нашего с дедом дара есть ограничения. В нормальных условиях я могу спокойно использовать его на ком-то своего ранга. Если пациент на ранг выше меня, то максимум одна цель. Если разница в два ранга, то у меня мана быстро заканчивается. Сеанс лечения получается рваным. У нас с вами разница в три ранга.

Лей Джо, подумав несколько секунд, кивнула каким-то своим мыслям.

– То есть будь я магистром [4], а не старшим магистром [5], всё могло получиться. Недостаток маны можно компенсировать, если само лечение проведём около Источника, – целительница, нахмурившись, потёрла лоб руками. – Есть один вариант с алхимией. О судьба! Как же не хочется обращаться к Акоману, но, видимо, придётся. Если это единственные ограничения, то можем попробовать сегодня. Ночью в Академии нам никто не помешает. Там как раз есть Источник пятой категории без примесей эманаций.

При чём тут архонт-марионеточник, Пол Акоман, мне непонятно. Но в команде Киллиана о нём толком никто не говорит.

Целительница, поискав что-то в кармане, торопливо вытащила из него телефон.

– Боги, уже почти десять! Надо столько всего сделать до ночи. Довлатов, держи средство связи при себе. Перси или Нерея наберут тебя вечером. Скажешь им, где тебя забрать. Мы пока всё подготовим в Академии, не привлекая лишнего внимания.

На том и договорились.

…

Для того, чтобы добраться из галереи до Академии, пришлось воспользоваться самым обычным городским такси Арана. Жарко, душно, и хочется кого-нибудь убить!

Выйдя на парковке около нашего Хаммера, поймал на себе крайне удивлённый взгляд Железкина.

– Господин…

– Лучше не спрашивай, – смотрю на лифт, ведущий в учебный корпус, и умом чувствую сильнейшее отторжение. – Так-с! Артём Игоревич, у меня крайне хреновое настроение. Так что Академия на сегодня отменяется. Поехали в самый злачный ночной клуб на острове. Хочу кому-нибудь морду набить.

Железкин хмуро глянул на свое запястье.

– Так сейчас утро, господин. Ещё даже одиннадцати нет. Может в баньку? Мужики в порту на складах соорудили нашу, русскую! Топят по-чёрному. Макаров с “Суворова”, говорят, даже на берёзовые веники за свой счёт расщедрился. А если морду кому набить надо, можно в тренировочный центр зайти.

– Поехали, – практически рычу от напряжения. – Вот ведь дед! Это же надо додуматься так ловко свалить в туман.

– Господин?

– Это не вам, Артём Игоревич, – язык не поворачивается обращаться к магистру неуважительно, да ещё и на “ты”. – Просто утро не задалось. Поехали в порт.

Пока наш Хаммер катился по знакомому маршруту, боцман тихо шептал ругательства из-за выкрутасов других автолюбителей на дорогах. То подрезать пытаются, то обогнать, вылезая на выделенку для аристократов. Железкин пыхтел от злости, но за боевые артефакты, встроенные в машину, так и не взялся.

Булыжник Валера, лежавший всё это время на приборной панели, тихо впитывал у наставника флотскую науку.

– Крысы сухопутные! – Железкин гневно вдавил в пол педаль газа, нагоняя одного наглого водилу. – Господин, я этого гада сейчас малость понервирую. Нам всё равно по прямой ехать. Пристроюсь к нему сзади и буду преследовать до тех пор, пока он сам не рванёт куда-нибудь от страха.

Смотрю на машину наглеца. Ведро с гайками, ей-богу! Из выхлопной трубы чадит чёрный дым. Водила уже нервно поглядывает в зеркало заднего вида.

– Вы его корытом нам даже бампер не поцарапаете. – Выношу я свой вердикт. – Развлекайтесь, Артём Игоревич. Мне надо кое-какие дела сделать.

Пока есть время, создаю чат на пять персон. Благо все нужные номера у меня теперь есть. Подключаю княжича Романова, Лазуренко, Лиама Хаммера, ничего не подозревающего Железкина, и нашего мастер-тактика Киллиана. Коротко описываю ситуацию по экспедиции в аномалию рода Лей.

“Принято. Отправлю в аномалию последнюю группу разведчиков, – тут же отвечает Тихоня, – Так мы ограничим противника в возможности устроить нам западню.”

Капитан с Ивана Рогова отреагировал вторым.

“Значит, вы с Лей Джо и Железом пойдёте за группой от рода Хаммер? – Лазуренко сразу понял, зачем его пригласили в чат. – Тогда резервная группа от рода Лей потом ломанётся по вашим следам. На их месте я бы нанёс удар в тот момент, когда победа над боссом-монстром станет очевидной.”

“Эй, Тихоня! – Хаммер со свойственной ему лёгкостью влился в общий чат. – Попроси вашу Прыгунью заранее расставить мои магнитные метки в зоне боя. Если на нас нападут раньше времени, я заманю травника куда надо.”

Железкин, наконец отстав от улепётывающего от нас водилы, потянулся к телефону. Прочитал чатик, нахмурился и вцепился в руль покрепче.

– Мы же меньше суток на берегу, а уже проблемы, – пробурчал боцман, выруливая к порту.

– Возможности, Артём Игоревич. Если разрулим всё как надо, жизнь станет намного интересней.

Вояка усмехнулся, подъезжая к складу.

– С вами, господин, скука – это роскошь. То дуэли, то переговоры с правительством, то аномалии, то разборки благородных.

Зато скучать не приходится.

…

До глубокого вечера мы с Железкиным отрывались как могли. Сначала отвели душу на ринге, потом в баньке. Сразу после парилки с берёзовыми вениками нас профессионально размяли массажисты по “спортивной” программе. Из натруженных мышц тут же ушла вся усталость, уступив место максимальному расслаблению.

Тем временем новички из кадрового резерва МорФлота наперебой учили Валеру новым матюкам. Булыжник вникал, смотря на матросов как на всезнающих учителей. Каменюке шрам в районе бровей превратили в линейку на пять сантиметров.

– Во, видал! – знакомый лысый охранник указал пальцем на булыжник. – Бровь на семь миллиметров поднялась. Подводный флот рулит-на!

– А ну отойди, малец, – бугай в тельняшке присел на одно колено около Валеры. – Значит слушай, бровастый….

Уж не знаю, что ему там сказал бывалый морпех, но обе брови Валеры поднялись на добрых три сантиметра. В глазах булыжника появилось невероятное изумление, будто он только что коснулся Святого Писания от церкви Всеблагого Мата. Получил откровение из уст апостола его Морского, знающего как донести до душ смертных всю глубину желаемого оскорбления.