Джон Фаулз – Современная английская повесть (страница 67)
— Пап, — сказал вдруг Дэвид, — а почему ты не хочешь жить с нами?
— Вы будете что-нибудь заказывать, сэр? — спросила официантка, неслышно возникнув возле их столика.
Джири заказал обед Дэвиду, себе — полбутылки вина.
— Хочу отметить нашу встречу, — объяснил он. — И не чаял увидеть тебя.
Официантка ушла. Дэвид молчал, разглядывая скатерть. Ему было больно, что его вопрос, который он с трудом выдавил из себя, остался без ответа.
— Послушай, Дэвид, — мягко произнес Джири. — Прежде чем ты станешь задавать мне вопросы, я сам хочу кое о чем тебя спросить.
Мальчик ждал, безмолвный, настороженный.
— Почему ты приехал сюда?
— Чтобы найти тебя.
— А кто сказал тебе, что ты найдешь меня здесь?
Дэвид поднял вилку, поглядел на нее, потом положил на место.
— Мне нужно было поговорить с тобой.
— И ты приехал сюда. Но почему сюда? На вокзал? Что-то же натолкнуло тебя на мысль искать меня именно здесь.
Дэвид вскинулся.
— Я не ошибся, так ведь?
Официантка принесла суп Дэвиду и бутылку дорогого вина, торчащую наискосок из корзинки, для Джири. Джири не торопясь налил немного, пригубил, одобрительно кивнул. Официантка долила бокал и ушла.
— Будь здоров! — сказал Джири Дэвиду, отпил и поставил бокал. — Дэвид, сынок, нет повода унывать. Я понимаю, у тебя теперь многое переменилось, раз меня нет рядом, поначалу к этому придется привыкать, но мы будем держаться друг за друга, встречаться сколько захочешь. Оттого, что я больше не живу вместе с вами, я же не перестал быть твоим отцом. — Он снова отпил вина в надежде взбодриться. — Лучше так как есть. Когда-нибудь я попытаюсь тебе объяснить. Даю слово.
Дэвид покончил с супом. Он будто и не слышал отца. Но внезапно, оставив ложку в пустой тарелке, посмотрел Джири прямо в глаза и спросил:
— Почему ты живешь на вокзале? Вот что я не могу…
— Кто тебе сказал? — быстро спросил Джири. Пластырь впивался в ребра, боль доводила до изнеможения.
— Если я отвечу, ты объяснишь, зачем ты это делаешь?
Джири сперва замялся, потом ответил:
— Да.
— Я услышал это от одного мальчика в школе, — сказал Дэвид, подавшись вперед. Официантка поставила перед ним мясо в кляре, но он даже не заметил. Его глаза были прикованы к отцовскому лицу. — Он сказал… Дэвид запнулся, — что ты все время на вокзале.
— Картофель, сэр? — спросила официантка у Дэвида. Она спешила к другим столикам, но, пока Дэвид не выбрал себе гарнир, не могла отойти от них.
— Возьми немного, — сказал Джири. — И капуста вроде ничего.
Дэвид машинально положил себе гарнир. Официантка отошла, и он снова начал:
— Этот мальчик сказал, что ты…
— Кто этот мальчик? Как его зовут?
— Джулиан Робинсон.
Джири задумался.
— Наверно, это сын Филипа Робинсона.
— Я не знаю, как зовут его отца. Он подошел ко мне на школьном дворе и сказал: «Твой отец ненормальный». — Дэвид испуганно опустил глаза. Вот он и произнес эти слова.
Трижды, подумал Джири. Блейкни, вокзальный служащий и вот опять. Сколько он еще продержится? Трижды нападали на него за одно утро.
— Ты поверил ему?
Дэвид, не поднимая глаз, покачал головой.
— Он объяснил, почему называет меня сумасшедшим?
— Он сказал, что ты не уходишь с вокзала. Он сказал, что ты все время слоняешься по платформам и вообще не можешь вести себя как нормальные люди.
— А ты как считаешь? — ласково спросил Джири. — Я веду себя как нормальный человек?
— Не знаю, — ответил Дэвид. Лицо его вдруг все сморщилось, он отодвинул тарелку. — Не могу есть, — простонал он.
— Послушай, Дэвид, не волнуйся. Не знаю, что за небылицу придумал этот мальчик. Я совершенно здоров, ты же видишь.
— Я ведь не о себе, — сказал Дэвид тихим, сдавленным голосом. — Пусть их говорят, что мой отец сумасшедший. Я о тебе беспокоюсь, вот и все.
Джири залпом допил вино. Он взял себя в руки, улыбнулся и сказал:
— Ну, доедай и подымемся ко мне в номер. Я покажу тебе, где я теперь живу, расскажу, что сейчас делаю. Тебя это успокоит?
— Да, — ответил Дэвид. Высморкался и добавил: — Я ведь здорово проголодался.
— Вот и поешь как следует. — Джири улыбнулся. — Здесь неплохо готовят.
Дэвид покончил с едой, и они поднялись наверх. Номер Джири — с ковром, занавесками, покрывалом на кровати, все в подобранной со вкусом цветовой гамме, ванная, сверкающая белизной в полуоткрытой двери, — казалось, воплощал суть обычной житейской мудрости.
— Вот видишь, Дэвид, — сказал Джири, опускаясь в кресло, — эта гостиница удобно расположена, тут хорошее обслуживание и не так уж дорого. Жить здесь мне с руки, пока я все не улажу. — И без паузы, чтобы Дэвид не пустился в дальнейшие расспросы, спросил: — Кто-нибудь знает, что ты у меня?
— Только ты.
— Я имею в виду дома.
Дэвид покачал головой.
— Я больше не намерен спрашивать разрешения у мамы. Если я сочту, что поступаю правильно, я так и сделаю.
Джири нахмурился.
— Ты еще мал, чтобы самому все решать, мой мальчик.
— Я подумал, — сдержанно сказал Дэвид, — раз ты правильно поступил, что ушел от нас
— У нас с тобой разные ситуации.
— Не понимаю, почему разные?
Джири тоже не понимал и оставил вопрос сына без ответа.
— Как бы там ни было, — сказал он, — я посажу тебя на поезд, чтобы ты вернулся домой, пока они не стали волноваться. Есть подходящий поезд в четыре пятнадцать.
— А сколько до него еще осталось?
Джири посмотрел на часы:
— Около часа.
— Хочешь избавиться от меня, да? — с горечью спросил Дэвид.
— Просто не хочу, чтобы дома волновались, — ответил Джири. Потом, взглянув на отчаявшегося сына, добавил мягко: — Дэвид, пожалуйста, не беспокойся. Как бы жизнь ни повернулась, я не оставлю тебя и ты ни в чем не будешь нуждаться. И всякий раз, когда у тебя появится желание сказать мне что-нибудь или спросить, приезжай ко мне.
— А ты будешь здесь?