Джон Эспозито – Зловещие призраки (страница 20)
Безглазая старуха втянула носом воздух.
– Ах, свежий язык. Настоящий деликатес.
Главная ведьма схватила Эллен за запястье и потянула её к котлу. Девочка почувствовала обжигающий жар, увидела пузырящуюся жидкость в сантиметрах от её безупречной юной кожи. Внутри плавали кости вперемешку с чем-то, похожим на давно испорченный чили с говядиной.
Эллен отшатнулась. Ей совсем не хотелось становиться следующим ингредиентом.
– Я ничего не крала! – закричала она.
– Тогда кто, дитя моё? Кто уничтожил священное дерево неметона?
Эллен хотела сказать, что не знает. Но вместо этого сболтнула правду:
– Это мой отец! Он срубил дерево!
– Ох, неужели?
Третья старуха взволнованно вырвала нитки из своего рта, вытерев желчь рукавом.
– Дочь дровосека! Приведи нам того, кто виновен. Мы полакомимся его глазами!
– Завтра ночью, – провозгласила главная ведьма, – он должен предстать перед нами. Во время пира на праздновании Самайна! Он ответит за свои злодеяния!
– Но… но он же мой отец.
Её слова привели ведьм в дикий восторг, и они оглушительно рассмеялись. Ох, какие же прекрасные воспоминания охватили их – память о дне, когда они съели собственных отцов.
– Приведи нам дровосека. Или ты пожалеешь! – И главная ведьма силой погрузила запястье Эллен в кипящий котёл. Девочка прикусила губу, пытаясь стерпеть боль. Но она была слишком сильна, и Эллен закричала.
А ведьмы начали хохотать. Они обожали, когда другие кричат.
Эллен проснулась в своей кровати от собственного крика. Большой Эд добрался до её комнаты в считаные секунды. Он включил свет.
– С тобой всё хорошо, Элли?
Девочке потребовалось немного времени, чтобы привести мысли в порядок.
– Всё хорошо, пап. Приснился кошмар, вот и всё.
Большой Эд присел на кровать.
– Хочешь его обсудить? – Он оглянулся на дверь, которая в тот момент уже не дышала. – Это всё моя вина. Я упёртый баран, как и говорила твоя мама. Я сниму эту дверь… прямо сейчас! – И он встал, чтобы сходить за ящиком с инструментами.
– Нет, пап, оставь её!
– Что на тебя нашло? Ты дрожишь.
Но Эллен не могла рассказать ему правду – что за дверью, которая дышит, три ведьмы не могут дождаться, когда смогут сварить из него обед. Особое рагу из Большого Эда.
– Я в порядке, пап. Серьёзно. Давай обсудим это завтра.
Её отец подошёл к шкафу и положил ладонь на ручку в форме змеи.
– Нет, пап, нет!
Что-то его остановило. Улыбка. Воспоминания. Он отпустил ручку и повернулся.
– Я принесу тебе тёплого молока. Она всегда приносила его, чтобы помочь мне уснуть. Твоя мама. Знаешь, я скучаю по ней. Скучаю больше, чем ты можешь представить.
– Я знаю, пап. Я могу представить.
Большой Эд ступил в коридор.
– Прости за всё, что я говорил тебе раньше. Ты знаешь, что я люблю тебя, принцесса. И ты всегда будешь моей принцессой.
– Я знаю, – сказала Эллен. «А ты будешь главным ингредиентом ведьминого рагу, если немедленно не уберёшься отсюда!»
– Спокойной ночи, пап, – сказала она и выключила свет. Как только отец ушёл, она проверила свою руку. Ай! Кожу обожгло. Эллен ошпарили по-настоящему.
На следующий день Эллен прогуляла репетицию пьесы, чтобы отправиться в город. Ей нужен был совет эксперта. Где можно найти эксперта по ведьмам? Скажем, в твоём городе? Сложная задача. Но в Салеме найти специалиста по ведьмам было так же просто, как магазинчик «Мир кофе». Там они на каждом углу.
«Лавка колдовства и магии Беллы» не была самой популярной в районе – это звание носил «Волшебный магазин Мерлина» с его электронным табло на крыше – но именно с ней Эллен чувствовала какую-то связь. Так что она зашла внутрь, доверившись инстинктам.
За прилавком стояла сама Белла, женщина среднего возраста в остроконечной шляпе и лиловой мантии с пятиконечной звездой на спине.
– Приветствую тебя, – сказала она, как только Эллен ступила внутрь. – Чем я могу тебе помочь?
Эллен осмотрелась. С одной стороны магазина стояли банки, полные хвостов ящериц, а с другой – реликвии древних ведьм и колдунов в отличном состоянии. Чтобы удержаться на плаву, магазинчик предлагал товары как для детей природы, так и для туристов и любителей книг заклинаний. Эллен ещё не успела ответить, когда…
– Позволь угадать. Ты играешь в пьесе «Суровое испытание» и хочешь узнать всё о ведьмах.
– Ну да, я играю в «Суровом испытании».
– Ага! – Белла потёрла нос. – Тогда я тебе помогу, я тебе помогу.
– Но мне нужны сведения о ведьмах не для школьной постановки. Я хочу узнать о них по-настоящему.
Белла разглядела серьёзные намерения в глазах Эллен. Девочка нуждалась в реальной помощи: это было очевидно. Белла сняла свою остроконечную шляпу.
– Иди за мной.
Она раздвинула занавески из бисера и поманила Эллен следом. Та колебалась.
– Иди, иди, я не кусаюсь.
Все они так говорят, особенно те, кто кусается, но у Эллен почти не было времени на раздумья. Ради своего отца она снова доверилась инстинктам и проследовала за Беллой в дальнюю комнату.
Комната была забита книгами в твёрдых обложках, давно вышедшими из печати; одни выглядели просто старыми, другие – совсем древними.
– Здесь ты найдёшь все ответы, какие ищешь.
Эллен разглядывала внушительную коллекцию. Там было слишком много книг. Чтобы просто пролистать их все, уйдёт несколько дней, а может, даже недель. Но у девочки не было этих недель; у неё в распоряжении были считаные часы. Колокольчик у входа зазвенел, и Белла отошла, чтобы встретить посетителя.
Эллен пролистала три или четыре книги и схватилась за голову в отчаянии. Она не справлялась. Нужно было успокоиться. Заглянуть в глубь себя. Включить воображение. Эллен сняла туфли, села на пол, скрестив ноги, и закрыла глаза, пытаясь очистить свой разум от беспокойства. И очень скоро она почувствовала себя легче воздуха.
Эллен показалось, что она парит. И когда она открыла глаза, так и было. Но ведь это
Так и вышло.
Целые главы книги были посвящены древним обрядам и ритуалам. Некоторые страницы внушали ужас. Эллен прочла кошмарный список запретных чар и тёмных заклинаний. На страницах были загадочные гравюры, изображающие сцены человеческих жертвоприношений и бессмысленных разрушений. Были картинки с трансформациями, от которых могли бы начаться кошмары – изображения невинных людей, корчащихся от боли, пока жестокие мучители превращали их тела в тела коз и жаб. А ещё там были красочные описания четырёх великих шабашей, ведьминских праздников. У каждого времени года был свой праздник, но самый почитаемый приходился на 31 октября: Самайн, ведьминский новый год, как его понимали кельты. Ночь, когда мёртвые могли свободно ходить по земле и во славу зла проводились жертвоприношения людей и других существ. Ночь, которая теперь известна как Хэллоуин.
Эллен не могла представить девушек, которых она встретила в лесу, творящих то же, что ведьмы из книг. Она позвала хозяйку лавки, и Белла подтвердила:
– В этом мире есть два типа ведьм. Большинство, как я, любят природу. Мы могущественные, но мирные.
– А второй тип? – Эллен должна была это спросить.
– Остерегайся их. Второй тип – это сила, которую стоит бояться. Эти ведьмы используют свой дар исключительно для служения тьме. Смотри. – Белла открыла страницу с гравюрой 1692 года. На ней были три старухи –
Эллен закрыла рот рукой, чтобы подавить крик. Белла, в свою очередь, позволила ему вырваться. Крику, чему же ещё. То, что она увидела на гравюре, выходило за рамки её понимания.
– Вы что-то увидели? – спросила Эллен.
– Скорее, я кое-чего
– Вы о чём?
Белла указала на поляну: