Джон Эспозито – Полночь у мадам Леоты (страница 12)

– Мне нужен кол.

Викки решила, что ослышалась, и указала на столик неподалеку.

– Ролл? Тебе везет, Китайцы как раз принесли роллы.

Эрни почесал живот.

– Думаю, я откажусь.

И он побрёл, пошатываясь, обратно к своему столику. Он чувствовал себя ужасно от вдовьего пика до пят. Экран показывал топографическую карту Румынии. Была ли в происходящем вина Эрни? Мог ли он, сам того не желая, выпустить вампира разгуливать по городу? И если да, как быстро эта отвратительная эпидемия захватит другие страны, вроде тех, чьи столики были в этом спортивном зале. В конце концов, мир тесен.

Следующие три дня все заголовки кричали о ещё трёх нападениях. С теми же подробностями. Ранки, похожие на уколы. Кровопотеря. Это вампир 101.

Эрни нарочно держался подальше от чердака. То, чего ты не видишь, тебе не навредит. Но его всё равно мучила совесть. Происходило что-то кошмарное, и это началось из-за него. Но кто в такое поверит? Разве что Викки ван Слоан.

Эрни нужен был план. Вампиры не были дураками. Они обладали мудростью веков. Идея посетила Эрни во время урока труда. Он снимал последнюю стружку с настенного светильника, который раньше был ящиком для писем. Решение пришло само собой.

Всего пара минут работы на токарном станке, и – эврика! – ножка светильника превратилась в самый настоящий кол… впрочем, письма в ящик ещё можно было класть. Его учитель немедленно исправил пятёрку Эрни на двойку, но испорченные отметки в журнале были не такой уж серьёзной жертвой ради избавления мира от зла.

Не успел Эрни зайти домой, как почувствовал, что что-то не так. Столовую наполняла зловещая аура. Ладно, это было слишком драматично. Но во главе стола, где обычно сидел отец, расположился загадочный незнакомец. Когда Эрни вошёл в столовую, незнакомец поднялся, как подобает джентльмену. Он был высоким, больше двух метров ростом. И красивым какой-то экзотической красотой.

– Наверное, ты Эрнест, – сказал он с восточноевропейским акцентом.

Эрни почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он сразу понял, что в его дом на ужин пригласили того самого злодея, который и высосал кровь из Челси Браунинг и других. Сестра Эрни сидела слева от незнакомца, очарованно разглядывая его перстень с гравировкой герба Люпескью. Отец возился с бутылкой Бордо. Мама Эрни выскочила из кухни и схватила Эрни за руку.

– У нас неожиданный гость!

Незнакомец встретил их на полпути к столу, протягивая руку. Ту самую руку, которую Эрни видел цепляющейся за черепицу. Он отказался пожимать её.

– Итак. Кто вас пригласил?

Его отец шагнул вперёд с суровым выражением в глазах.

– Эрни. Пожми руку графу.

Графу! Теперь всё подтвердилось, хотя Эрни уже узнал его по длинному чёрному плащу. Он вовсе не походил на отцовских приятелей из союза сантехников. Рукопожатие графа было похоже на хватку стальных тисков. Оно длилось считаные секунды, но их было достаточно, чтобы Эрни осознал. Граф может с легкостью уничтожить его. Как и всю его семью, если пожелает.

Мама Эрни прервала молчание:

– Это потрясающе! У нас есть знатный родственник. Самый настоящий граф!

Она улыбнулась.

– Дорогой, открывай вино!

Граф сдержанно кивнул:

– Мой титул – пережиток прошлого. Не такой уж я почётный гость.

Он заметил предмет в левой руке Эрни.

– Что это у тебя?

– Настенный светильник. А ещё туда можно класть письма.

– Могу я взглянуть? – граф шагнул ближе, чтобы взять светильник, но Эрни спрятал его за спину. Это вышло немного грубо.

Его мама пришла в ярость:

– Эрни, что на тебя нашло?

Ему не оставалось выбора, кроме как протянуть светильник графу. Тот с интересом его рассматривал, потом перевернул и потрогал пальцем острый кончик.

– Будь осторожен, юный Эрнест. Этим можно и пораниться, не думаешь?

Он протянул светильник обратно Эрни.

– Я-я буду осторожен.

– Я и не сомневался, – кивнул граф.

Отец Эрни позвал их к столу:

– Не будь грубияном, дай графу присесть. Он наверняка устал после долгого путешествия.

– Граф летел сюда всю ночь, – добавила мама Эрни. При других обстоятельствах он бы рассмеялся. Но в этой ситуации не было ничего смешного. Недолго думая, Эрни попросил разрешения выйти, сказав, что ему нужно вымыть руки перед ужином.

– Позволь мне подержать это у себя, Эрнест, – сказал граф, указывая на светильник. – Мне бы не хотелось, чтобы ты поранился.

– Спасибо, я как-нибудь сам.

Эрни выбежал из столовой и нырнул в ванную комнату первого этажа. Там он набрал на телефоне номер Викки и на одном дыхании всё ей рассказал. Та вежливо выслушала его, а потом рассмеялась. Эрни разозлился:

– Я думал, уж ты-то сможешь мне поверить!

– Я верю. Просто… Тебе нужны доказательства.

– Ладно. Какие доказательства?

Викки задумалась.

– Знаю, знаю. Сделай фото! Если на нём никого не окажется, значит, этот некто, кого там не будет, скорее всего, тот самый, кто тебе нужен!

Эрни потребовалось время, чтобы осмыслить то, что она сказала. (Как и тебе.) Но он понял, что Викки имела в виду.

– Ладно, а потом что?

– Уничтожь его. Во имя человечества. Вонзи этот светильник прямо в его чёрное сердце!

Эрни сбросил звонок, и мгновение спустя дверная ручка затряслась. Эрни резко развернулся, споткнулся и приземлился на унитаз. Что, если за дверью стоял злодей? Пришел сюда, оставив на кухне выпитую досуха семью Эрни. В дверь застучали, продолжая трясти ручку.

– Эй, болван! Ты там уснул, что ли?

Это была его сестра.

– Я сейчас выйду!

Эрни побрызгал лицо водой и посмотрел на своё отражение в зеркале. Быть может, в последний раз. Сможет ли он сделать это? Сможет ли его тринадцатилетний мозг перехитрить существо, которое жило веками? Самое время это выяснить.

Он вернулся в столовую как раз, когда в центр стола поставили блюдо. На нём был деликатес прошлого века, который принёс граф. Он назывался кровяным пудингом.

Вечер, когда в твоём доме ужинает вампир, должен быть худшим в твоей жизни. Но для Эрни он был одним из лучших. Всё благодаря беседе за ужином. Рассказы графа о Трансильвании затмевали всё, что Эрни нашёл о ней в Интернете. Граф был самой притягательной личностью из всех, с кем Эрни когда-либо общался. И неудивительно – ученики средней школы редко бывают выдающимися личностями, но всё же… Граф с гордостью рассказывал о прошлом своей страны. О битвах, в которых его предки сражались во имя свободы. Эрни внезапно ощутил свою принадлежность к их дворянскому роду. Глядя на него, в это было несложно поверить. Он унаследовал нос графа, его брови, его вдовий пик.

И даже…

– Знак Люпескью, – граф указал на родимое пятно на щеке Эрни, признак знатного рода, который, как он объяснил, встречался в старые времена.

– Нам, Люпескью, есть чем гордится.

Граф ослабил галстук, оттянул воротник, и у Эрни на глаза навернулись слёзы. Такое же родимое пятно, как у него, было у графа на груди. Впервые Эрни почувствовал, что не стыдится пятен на своей щеке. Они были доказательством его происхождения. Он был Люпескью, в венах которого бежала кровь воина.

Когда вечер подошёл к концу, папа Эрни спросил графа о его планах.

– Америка – страна возможностей, – ответил граф. – И она станет местом, где я уйду на покой.

– Вы слишком молоды для этого.

– Я значительно старше, чем выгляжу, – ответил граф.