Джон Демидов – Вызов брошен (страница 27)

— Вот зачем, спрашивается, было восстанавливать этот клоповник, который и так был уже почти списан? Это нарушило наши планы, детки… Нарушило очень тщательно составленные планы, а за нарушение планов Верховного… ну, вы понимаете. Отвечать придётся по всей строгости, но сначала…

Он не закончил, а потом я ощутил, как невидимая, и неодолимая сила обхватила моё тело, после чего я оторвался от пола и подчиняясь чужой воле, медленно развернулся в воздухе, чтобы лицом к лицу встретиться с нашим страшным гостем, и одному богу известно — чего мне стоило сохранить на своём лице маску растерянности, потому что близость разумного такой силы… Она подавляла.

Тем временем золотые глаза мужчины переключились на меня, изучая с отстранённым интересом, как энтомолог рассматривает редкого жука. Он внимательно посмотрел под мои ноги, где скромно светились два зелёных кольца, и задумчиво продолжил:

— … Но сначала нам нужно разобраться в возникшей путанице… Мне прекрасно известно, что для восстановления повреждённого артефакта управления требуется согласие минимум трёх монархов, а здесь же… — он кивнул на Лену, — … один. Всего один монарх, который, по всем канонам, должен был либо сгореть дотла в процессе восстановления, либо сойти с ума от отката…

Тем не менее артефакт цел, монарх жив и относительно здоров, а откат… — он снова взглянул на шар, — … откат был мастерски сброшен куда-то в сторону. В этом чувствуется умелая и крайне тонкая работа, на которую монарх с двумя кольцами становления совершенно точно не способен.

Отсюда я делаю простой вывод, что здесь был кто-то ещё. Какой-то незарегистрированный монарх, судя по изяществу работы — довольно высокого круга, решил вам помочь, после чего сразу же исчез, оставив вас разбираться с последствиями… Он явно не хочет быть обнаруженным, но я узнаю правду. Обязательно узнаю.

После этого обещания он ленивым жестом указал пальцем на полковника, предположив, что в силу возраста он является нашим командиром, и в следующее мгновение, подчиняясь его воле, полковник медленно полетел к нему навстречу, стиснув зубы от унижения и бессильной ярости.

— Ну что, кардонги, — произнёс пришелец практически ласковым голосом, вот только эта ласковость… Она ужасала. — Будем говорить по-хорошему, или мне сразу стоит перейти к допросу с пристрастием? Я искренне советую вам сэкономить время всем нам, и рассказать всё самостоятельно.

После этого он щёлкнул пальцами, сразу после чего к полковнику вернулась способность говорить, и он тут же судорожно глотнул воздух, сверля нашего противника глазами, полными чистой ненависти.

— Кто ты такой, чёрт тебя побери⁈ — прохрипел он, пытаясь взять диалог под контроль. — По какому праву ты вмешиваешься в нашу спасательную операц…

Договорить он не успел. Существо даже не стало хмуриться, а просто, со скучающим видом, лениво взмахнуло рукой, словно отмахивалось от назойливой мухи, вот только эффект от этого лёгкого движения превзошёл все наши ожидания.

Стоявший ближе всех к полковнику боец, тот самый молодой парень, который совсем недавно привёл Илью и неизвестную девушку, вдруг неестественно выпрямился, его рот открылся в беззвучном крике, а потом… потом из каждой поры его кожи, из уголков глаз, и даже из-под ногтей брызнули тонкие, алые струйки.

За несколько мгновений живой человек превратился в самый настоящий фонтан крови, а спустя пару нереально жутких секунд его тело просто разорвалось изнутри с ужасающим хлюпающим звуком, разбрызгивая фрагменты плоти и внутренностей по всей комнате.

Тёплые, липкие брызги окатили всех, находящихся в комнате, но наш пленитель остался чист. Все последствия взрыва замерли в сантиметре от его тела, встретившись с едва мерцающим энергетическим барьером, а потом просто безобидно стекли вниз.

Бледный как смерть полковник не издал ни единого звука, но вот его глаза… В них чётко читалось обещание мучительной смерти для нашего пленителя, вот только в его положении это всё вызвало у мужчины лишь пренебрежительную усмешку. Спустя несколько мгновений он подошёл к полковинку, после чего равнодушным голосом произнёс:

— Если ты ещё раз посмеешь говорить со мной в подобном тоне, рикут, то умрёт ещё кто-то из твоих товарищей, и я тебе обещаю… Это будет очень громко и очень… Медленно. — После этого он несколько мгновений помолчал, и наконец продолжил:

— Тем не менее — ты прав, где мои манеры… Меня зовут Адрастикс, и я — око Верховного монарха. Послан сюда, дабы проконтролировать… эвакуацию и ликвидацию последствий инцидента. — В его голосе явственно прозвучала ложь, которую он даже не старался скрыть, что доказывало правдивость слов Шани: Он пришёл убедиться, что город уничтожен, и, в случае необходимости, помешать его восстановлению. Свою задачу он не выполнил, но вместо этого обнаружил неожиданный «улов», и прямо сейчас менял свои планы на ходу, допытываясь у полковника:

— Итак, я повторяю свой вопрос… Где остальные монархи⁈

Я же тем временем лихорадочно соображал — как выпутаться из этой передряги без особых потерь. Мне было понятно, что военные были совсем не помощниками в этом деле, Лена или Илья? Это было даже не смешно против существа с пятнадцатью кольцам, и тут я понял, что давненько не видел своего компаньона.

В первое мгновение у меня даже промелькнула паническая мысль, что этот урод мог его прихлопнуть, однако когда я потянулся к нашей связи, то сразу же почувствовал крайне серьёзное напряжение от зверя, который чувствовал существо на вершине пищевой цепочки, и затаился, чтобы не привлекать его внимания.

Не смотря на явный страх, который испытывал мой лис при мысли о нашем госте — я прекрасно чувствовал его готовность к атаке, даже если она окажется заведомо смертельной. Эта готовность отозвался во мне приятными мыслями, и теперь я знал, что не одинок.

Полковник тем временем справился со своими эмоциями, и стараясь не смотреть на то место, где совсем недавно стоял его боец, сглотнул ком в горле, после чего хриплым голосом, без привычной дерзости начал говорить:

— Здесь… здесь действительно была ещё одна девчонка с розовым кольцом, вот только она вышла из Сиалы за несколько мгновений до твоего появления. Она словно почувствовала угрозу, но не успела нас всех предупредить.

Адрастикс на эти слова кивнул, а на его лице мелькнуло понимание.

— Интуит и разумник… Какое интересное сочетание…

После этого он махнул рукой, и вновь сосредоточившись на полковнике, сказал:

Информация интересна, но мне нужно узнать другое… Как я уже говорил — монархов в момент запуска восстановления должно быть трое, и ни одним меньше, иначе восстановление просто не запустится. Тут был кто-то ещё, и ты, рикут, ответишь мне — кто.

Полковник явно понял, что я не просто так тёрся у сферы, но сдавать меня почему-то не стал, заслужив этим действием пару очков в моих глазах. Вместо этого он покачал головой и ответил:

— Это действительно всё, что я видел. Там была только она и… наша подопечная.

— Лжешь, — беззлобно констатировал Адрастикс, после чего почти счастливо улыбнулся и сказал:

— Я чувствую пульсацию лжи в твоей примитивной ауре, и не могу сказать, что меня это не радует… Ну что ж… раз не хотите говорить по-хорошему…

Он не стал даже тратить энергию на жесты, а просто посмотрел на полковника, и в тот же момент он взмыл намного выше, после чего его тело начало скручиваться в крайне неестественной позе. Его суставы затрещали под давлением невидимой силы, а по лицу, и без того бледному, начала разливаться синева.

Адрастикс тем временем задумчиво наблюдал за этим действом, и вальяжно протянул:

— Время — ресурс восполнимый, и у меня, к вашему сожалению, его много. Очень-очень много. А вот у вас… не очень.

Интерлюдия. Москва (немногим ранее)

В кабинете Романа Григорьевича царила тяжёлая тишина, нарушаемая лишь тиканьем старинных настенных часов да шелестом бумаг, которые он безуспешно пытался заставить себя читать.

Голова нещадно гудела после бессонных ночей, и целого каскада проблем: пропавшая группа с «Омеги», чересчур самостоятельный «Серафим», дамоклов меч американских флотов у Балтики… Он сидел, откинувшись в кресле, и смотрел в потолок, пытаясь выстроить в голове хоть какой-то порядок из этого хаоса, и понимал, что мир стремительно ускользал из-под контроля привычных механизмов власти, и это осознание больно било по его самолюбию.

В этот момент дверь в его кабинет с силой распахнулась, после чего в проёме появился бледный, задыхающийся дежурный офицер связи, который с плохо контролируемым ужасом, протараторил:

— Роман Григорьевич! У нас чрезвычайное происшествие в районе Красногорска! Там… там чёрт знает что творится!

Роман Григорьевич медленно, с видимым усилием, выпрямился в кресле, после чего спокойным голосом произнёс:

— Успокойтесь, капитан, дышите, и докладывайте по порядку. Что произошло, где, и откуда эта информация?

Дежурый на это сглотнул, сделал судорожный вдох, и затараторил, выплёскивая информацию, как из прорванного мешка:

— Пятнадцать минут назад служба «112» буквально утонула в лавине вызовов, и уже не справляется с их количеством. Первые сообщения — взрывы, разрушения в микрорайоне Павшинская пойма, потом — Опалиха, Чернево…