Джон Демидов – Путь монарха (страница 2)
Алексей Петрович нервно мерил шагами свой кабинет, заваленный стопками отчётов и схемами воистину невероятных устройств, добытых из данжей. Воздух в кабинете уже давно был насыщен густым запахом дешёвого кофе и сигарет, но хозяин кабинета этого не замечал.
На его столе, привлекая к себе внимание, вибрировал телефон, раз за разом разрываясь пронзительными, требовательными звуками. Обычно Алексей Петрович был человеком не из пугливых, и никогда ничего не боялся, но не смотря на это сейчас он старательно делал вид, что не слышит этот настойчивый звон. Он прекрасно знал, кто звонит, но ему нечего было сказать надоедливому начальству, кроме того, что они, похоже, допустили страшную ошибку.
Группа из шести лучших, самых верных носителей, оснащённых по последнему слову техники и после сеанса психологической подготовки, ушла в царство Сиалы по следам Абсолюта и… пропала. Ни сигнала, ни привета… Просто пустота.
И теперь на него, ведущего научного руководителя проекта «Становление», давили все уровни адской бюрократической машины, требуя невозможного — результатов.
Внезапно дверь в кабинет с грохотом распахнулась, чуть не сорвавшись с петель, после чего на пороге, задыхаясь и держась за косяк, появился молодой лаборант, чьё лицо было белым как мел, а глаза выпучены от ужаса.
— Алексей Петрович! — выдохнул он, едва переводя дух. — Первый… Он вернулся!
Учёный замер на полпути, а его собственный страх мгновенно сменился леденящим душу предчувствием. Он не стал задавать никаких вопросов, а сразу рванул к двери, оббегая лаборанта, после чего почти бегом помчался по стерильным, освещенным неоновым светом коридорам в карантинный блок «Альфа», откуда несколько часов назад уходила поисковая группа.
Когда бронированная дверь блока с шипением отъехала в сторону, Алексей Петрович остановился как вкопанный от запахов, ударивших ему в нос. Это была едкая смесь крови, желудочного сока и чего-то сладковато-гнилостного. Его собственный желудок, переживший многие издевательства, предательски сжался, и учёный едва подавил рвотный позыв.
В центре пустого, забетонированного помещения, под ярким светом люминесцентных ламп, на коленях стоял человек… Вернее, то, что от него осталось. Это был Гриф, командир охраны комплекса, один из тех шестерых, кто ушёл за абсолютом.
Его бронекостюм был разорван в клочья, обнажая тело, покрытое не просто синяками и ссадинами — он выглядел так, будто его долго и вдумчиво ломали каким-то тупым, тяжелым предметом, стараясь не повредить жизненно важные органы сразу, но это были мелочи…
Из его плеча, прямо из разорванной плоти, пробивалось и прямо на глазах медленно росло нечто, напоминающее растение. Его стебель был цвета запекшейся крови, листья — чёрными, кожистыми, а на конце распускался бутон, пульсирующий бледно-жёлтым светом. С каждым пульсом стебель удлинялся на сантиметр, разрывая плоть, и по лицу Грифа прокатывалась судорога немыслимой боли.
При всём при этом он оставался в сознании, и это было самое ужасное… Его глаза, полные животного страдания и ясного осознания происходящего, смотрели на Алексея Петровича, который отбросив первоначальный шок приблизился к нему на безопасное расстояние, после чего резким командирским голосом, не допускающим возражений прорычал:
— Гриф! Что с вами там случилось? Где остальная группа? Отвечай!
Гриф, человек военный до мозга костей, кивнул, с трудом сглотнув кровь, выступившую на губах, после чего хрипло, с остановками, явно превозмогая невероятную боль, начал говорить:
— Группа… успешно прошла тест… Пять человек… попали в город… Аутин… — ему явно было тяжело дышать, но он не прекращал борьбы, стараясь донести до командира важную информацию. — После появления… Начали… искать… Услышали… про… Абсолют… Один… местный… предложил… помочь…
После этого Гриф закрыл глаза, собираясь с силами, и не открывая их, продолжил:
— Это… Ошибка… Завели в подвал… Оглушили… магией… Допрашивали… — его тело содрогнулось от нового спазма, и стебель тут же вырос ещё на пару сантиметров. — Использовали… не только боль… Магию… Выпытывали… всё… об… Абсолюте…
Он закашлялся, и на этот раз это была уже не просто кровь, а черная, вязкая субстанция. Лаборант, стоявший позади, сдавленно ахнул, но Алексей Петрович даже не пошевелился, внимательно запоминая рассказ.
— В том… подвале… возврат на Землю… не работал… — продолжил Гриф, и его голос слабел с каждой секундой. — Нас не убивали… держали… на грани… Потом… портал… Куда-то… переместили… Я… после переноса… отдал… команду…
Это были его последние слова. Как только он закончил — его голова бессильно упала на грудь, дыхание стало прерывистым и хрипящим, а через несколько секунд оно окончательно прекратилось, однако растение из его тела умирать не спешило.
Оно продолжало расти, его стебель уже достиг метра в длину, а жёлтый бутон медленно поворачивался, словно осматривая комнату, выискивая хоть что-то съедобное. Алексей Петрович не развивался как носитель, однако даже он почувствовал, что вокруг этого «цветочка» воздух буквально звенел от сконцентрированной чужеродной энергии.
Молодой лаборант, дрожа как осиновый лист, со слезами на глазах прошептал:
— Алексей Петрович… что… что нам делать?
Учёный медленно поднялся, и не смотря на осознание того, что вся группа потеряна — его лицо было настоящей каменной маской, однако если бы кто-то заглянул ему в глаза, то увидел бы там целую бурю из ужаса, гнева и холодной, беспощадной решимости.
Он кинул последний взгляд на инопланетное растение, которое уже начинало тянуться в их сторону, шелестя своими ужасными листьями, после чего прорычал хриплым голосом, который был мало похож на его обычный баритон:
— Всё сжечь, немедленно!!! Этот блок, всё оборудование, и даже одежду! Применить напалм и плазменные горелки, понятно⁈
Лаборант, бледный, как смерть, кивнул и бросился выполнять приказ, а Алексей Петрович в последний раз взглянул на обезображенное тело Грифа и на то, что из него произрастало.
Глядя на результат своих спонтанных решений он начинал понимать, что охота на Абсолюта только что перешла в совершенно новую, куда более мрачную и смертоносную фазу… Фазу, к которой они были абсолютно не готовы.
Глава 2
Сергей. Таверна «Ржавая кирка». Сиала.
Честно говоря, когда я предлагал Грону своё участие в их команде, то совсем не предполагал, что его согласие будет получено так скоро. Однако здоровяк меня удивил, и практически моментально принял решение в мою пользу.
Как только он принял меня в свою «Стаю» — его лицо в тот же момент стало максимально собранным и сосредоточенным. Он уставился на меня своим тяжелым, сканирующим взглядом, после чего серьёзным голосом, утратившим все оттенки расслабленности спросил:
— Ладно, Кейрон… Раз ты теперь часть нашей команды, то у меня к тебе первый, и самый главный вопрос… Сколько у тебя осталось от двадцати четырех часов?
От такого резкого перехода я опешил на несколько секунд. Мозг, перегруженный лавиной новой информации о монархах, клятвах и филках, с трудом переключился на более прагматичные вещи, после чего я вспомнил:
Быстренько прикинув потраченное время, я принял расслабленный вид, и изображая эдакую лёгкую небрежность, произнёс:
— Я наткнулся на вас почти сразу после появления, так что… У меня осталось чуть меньше двадцати трех часов в запасе.
Врал я, конечно, безбожно. Мой бонус первопроходца и три кольца позволяли мне находиться здесь на протяжении целых 216 часов, но благодаря науке Грона я не собирался раскрывать свои секреты даже временным союзникам…
В этом мире, где цена информации и жизнь разумных измерялась в филках, любая личная информация была стратегическим секретом, который можно доверять только избранным носителям, а лучше тем, кто поклялся семью сферами, что не использует эту информацию мне во вред…
Грон удовлетворенно кивнул, приняв мой ответ за чистую монету, после чего сказал:
— У нас самих осталось немногим больше, так что в этом нам повезло, и мы всё успеем. План у нас простой: фарм. Филок на ключ от данжа у нас нет, так что в этот раз обойдемся диким разломом. В следующий заход, если не помрём и заработаем достаточно эссенции — купим ключ в гильдии хранителей, и покажу тебе более цивилизованный способ прокачки.
Он тяжело поднялся из-за стола, легонько скрипнув кожаной бронёй, а сразу за ним поднялись и остальные молчаливые члены «Стаи», которые уже переключились в рабочий режим. Я не стал тупить и последовал их примеру, но как только я встал — меня тут же словно током ударило:
Последние сутки в своём мире я прошёл три данжа подряд под бдительным приглядом военных. Чернявский, психоз Семина, побег, портал, шок от Сиалы, драка, переговоры — всё это вытеснило из памяти образ маленького пушистого существа, которое я отозвал, спасая от гибели. Мне стало до боли стыдно, ведь он доверился мне, а я…
— Грон, — остановил я его, прежде чем группа тронулась в путь. — Прежде чем куда-то идти… мне нужна ваша небольшая помощь…
Грон обернулся, и я увидел, что на его лице проступило явное, почти физическое желание послать меня куда подальше. Его брови поползли к переносице, после чего он прорычал: