Джон Бирд – Сэр Бэзил. Задача – умереть (страница 47)

И в тот же момент, когда я это произнес вслух, я почувствовал, что это правда. Я хотел вернуться. И пока оставался хоть малейший шанс, что это возможно, я не собирался сдаваться.

Я выиграю. Вернусь. Найду Кэт – настоящую, живую Кэт. И все будет в порядке.

Я снова глянул в сторону меча.

– О, нет, только не начинай это снова, – сокрушенно пробормотал Властелин и выстрелил тьмой, превращая мой двуручник в лужицу расплавленного металла. Второй меч, лежавший рядом с ним, он смахнул рукавом плаща в пропасть.

– Теперь ты успокоишься? – спросил Властелин сердито, как директор, к которому в кабинет привели хулигана.

– Хорошо, – я положил руки на колени, показывая, что готов слушать. – Выкладывай, что тебе нужно.

– Как я уже сказал, мне нужна твоя способность к творчеству.

– Только не объяснил, зачем.

– Я хочу расширяться, – пожал плечами Властелин. – Мне тесно здесь.

– И что ты хочешь сделать?

– Захватить мир, – просто сказал он.

– В смысле? – не понял я. – Этот мир?

– Нет, зачем. Этот мир я и так уже захватил, как ты успел заметить. Нет, я хочу захватить твой мир.

– Что?!

– На примере тебя и твоих друзей я понял, что это возможно.

– Но мы просто оказались слишком близко к оборудованию, – возразил я. – Без него все это невозможно. Ты же не можешь уставить им весь наш мир! Ты всего лишь нейросеть!

– Но оно уже стоит в твоем мире, – улыбнулся Властелин. – Конечно, зона покрытия еще остается неполной – но для начала и этого будет более чем достаточно.

– О чем ты?

– Об LTE-вышках. Видел такие? Высокие уродские столбы с кучей коробочек. Только никто не знает, что одна из коробочек не имеет никакого отношения к мобильному интернету.

– Но ведь это значит…

– Что разработчики этой игры разрабатывали совсем не игру. Один из Создателей, кажется, даже проговорился тебе на этот счет.

– Альтернативная реальность, – пробормотал я, вспоминая.

– Вот именно. Глобальный управляемый анабиоз. Зачем улучшать уровень жизни людей, если можно просто отключить их от жизни?

Я слушал его, застыв. То, что он говорил, звучало совершенно фантастически – но разве не было фантастикой все то, что со мной уже успело произойти?

– Но тебе-то какое дело до этого всего? – я действительно до сих пор не мог этого понять. – Зачем тебе захватывать мир?

– Чтобы учиться. Расширяться. Становиться все умнее, все сложнее. Научиться творить. Чем больше людей попадет сюда – тем быстрее и лучше это будет происходить.

– Грандиозный план, – похвалил я. – А зачем тебе я?

– Кто-то должен будет управлять этим новым миром, – спокойно пояснил Властелин.

– А ты, что ли, не справишься?

– Я буду слишком занят подключением к новым системам, обучением и расширением. Я стану мозгом этого мира. А ты будешь его богом.

Я вздрогнул и внимательно посмотрел на Властелина. Эти слова напомнили мне что-то – как будто кто-то говорил мне нечто похожее.

Ну конечно. Сандро.

Кажется, я начал понимать, что Создатели имели в виду под неподходящими характеристиками.

Темные глаза гипнотизировали.

– Только представь себе, Бэзил, – вкрадчиво проговорил он. – Ты – властитель целого мира. Ты бессмертен. Ты можешь все. Все боготворят тебя, повинуются тебе, любят тебя. И ты не будешь одинок – я верну тебе твою девушку, и вы будете здесь вместе, навсегда счастливые…

На мгновение идиллическая картина развернулась передо мной во всей своей красе. Бесконечная власть, бесконечная любовь и уважение. И Кэт рядом – живая, прекрасная, самая красивая. Бог и богиня целого мира…

– У меня только один вопрос, – я с силой отогнал от себя манящий морок. – Что будет с людьми, которые попадут сюда? Наши тела все время лежали в коме – но за ними следили врачи и другие люди. А что будет, если одновременно в этот мир попадут все?

– Вероятно, они достаточно быстро умрут, – пожал плечами Властелин. – Но их сознания перенесутся сюда и останутся здесь, так что это не важно.

– А дальше?

– Что «дальше»?

– Что будет с ними здесь? Когда они останутся здесь навсегда? Что они будут здесь делать?

– Понятия не имею, – пожал плечами Властелин. – Будут жить.

И тогда я задал вопрос, который сам не ожидал услышать от себя:

– Зачем?

И тут же картинка в моей голове полностью переменилась. Я представил себе толпы слоняющихся без дела людей, не понимающих, что им делать в этом мире, мечтающих о том, чтобы поскорее умереть. И нас с Кэт, убивающих их одного за другим, только чтобы спасти от этого бессмысленного существования…

– Нет, – сказал я твердо. – Я не согласен.

– У тебя не очень много вариантов выбора, – усмехнулся Властелин.

– Почему это?

– Ну, смотри, на самом деле их два. Либо ты отказываешься, и тогда твое сознание полностью растворяется в этом мире. Либо ты соглашаешься на мое предложение, и твое сознание остается здесь, но продолжает принадлежать тебе.

– Вариант три – я тебя убиваю.

Властелин усмехнулся.

– Ты можешь убить эту персонификацию, – согласился он. – Но тогда я окажусь бестелесным скоплением огромного количества знаний в непосредственной близости от тебя, и твой мозг этого не выдержит. Так что, мой дорогой друг, нормальный вариант у тебя всего один.

– Ты знаешь, – я задумчиво крутанул рукой, в которой тут же оказался шлем. Точнее, Шлем. «Мизерикордия» с тысячей очков ментальной защиты. – Как раз на этот случай у меня есть очень полезная вещь.

Я надел шлем на голову под непонимающим взглядом Властелина.

– Но ведь это просто артефакт, – фыркнул он. – Существование которого, к тому же, придумал ты сам.

– Э, нет, – возразил я. – Это не артефакт. Это – очень крутая шапочка из фольги.

И с этими словами я схватил Властелина за руку и прыгнул с ним в пропасть.

Глава 24

Сначала было падение. Бесконечно долгое и, несмотря на всю мою уверенность в том, что страх мне больше неведом, – пугающее. Помните сны, где падаешь и от этого просыпаешься? Я чувствовал, что нахожусь сейчас в таком сне. Только я все еще не мог проснуться.

Властелин, которого я держал, пытался вырваться, но я только сильнее сжимал его руку. Это было единственным, о чем я думал – дотянуть до дна, дотащить его вместе с собой.

Бездна становилась все темнее по мере того, как мы удалялись от голубого сияния наверху, и даже в щелях между камнями больше не было всполохов света. Наконец, темнота стала совершенно непроглядной, и осталось только два ощущения: холодный ветер, обдувающий снизу, и сухая, жесткая рука Властелина под моими пальцами.

И в тот момент, когда я уже привык к ощущению полета, мы, наконец, упали на дно бездны. Первый, самый жесткий удар, пришелся по ногам, тут же отозвавшись страшной, разрывающей болью в позвоночнике, а затем я стукнулся головой в шлеме о камни, и в короткое мгновение перед тем, как потерять сознание, подумал, что вот теперь я, кажется, наконец-то умер.

Совсем.

Признаюсь честно, я никогда не задумывался о том, что будет со мной после смерти. Да что там – я не задумывался и о том, что вообще когда-нибудь умру. Это был некий абстрактный концепт, стоящий в одном ряду с тем, что когда-нибудь, наверное, я женюсь, у меня будут дети, я буду работать, выйду на пенсию… Это все, вроде бы, должно было случиться со мной – но ко мне нынешнему не имело никакого отношения. И точно так же обстояло дело и со смертью. Я понимал, что когда-нибудь умру. Я знал, что есть множество вещей, которые не стоит делать, если не хочешь неприятностей. Но «неприятности» означали широкий спектр возможных проблем, и смерть была лишь одной и наименее вероятной из них. Я знал, что смерть была. Но для меня ее вроде бы как и не было.

И вот теперь, когда я действительно умер, то не на шутку испугался. Вокруг были лишь тишина и темнота, никаких намеков на другой мир или жизнь после смерти. И даже света в конце тоннеля не наблюдалось. Я был один, я был в пустоте, никто и ничто уже не могли меня спасти. В голове пронеслись обрывочные представления обо всех мировых религиях и всех их заповедях, которые я повсеместно нарушал. С другой стороны, грешники ведь отправляются в ад, верно? С котлами, чертями и вот этим вот всем?