Джон Бакен – Замок Гай (страница 12)

— Как тебе понравился великий Кроу? — спросил он Джейки.

— Выглядит приятным малым, — был ответ.

— Да, внешне он довольно тихий. Говорит так, будто тикают дедовские часы. У него хорошие манеры, но действовать он привык по-своему. Он тот ещё манипулятор.

И Дугал приступил к анализу характера мистера Кроу, постепенно всё больше упиваясь собственной проницательностью. Как дважды два он доказал Джейки, что Кроу только с виду был великим и умным, а на самом деле не имел даже собственного мозга — он только крал и присваивал идеи других. «Он бочка, а не родник», — подытожил Дугал, на что Джейки, терпеливо выслушавший весь его анализ, посоветовал ему не пороть ерунды.

— Если человек так много добился в жизни, как этот Кроу, и стал настолько знаменитым, то говорить, будто у него нет мозгов — совершеннейшая чушь. У него их достаточно, просто они не такие, как у тебя, Дугал. По тебе же прекрасно видно, что ты жутко доволен возможностью сделать этому великому человеку одолжение. Ты даже, может быть, этим польщён.

Некоторое время Дугал молчал.

— Возможно, — сказал он наконец. — Мы все в каком-то смысле снобы — все, кроме тебя. Другого такого демократа я никогда не встречал. Ведь это про таких как ты говорят: «Он друг королю и нищему брат, если те дружбы достойны». И это не комплимент — в этом просто твоя сущность.

После такого от Джейки стало невозможно добиться и слова. Вскоре Дугал тоже притих, к тому же, и природа кругом, и поздний час, казалось, обволакивали их какими-то волшебными чарами. Тумана этим вечером не было, и в темноте сумерек каждый холм выделялся чётко очерченным пурпурным монохромом. Дорога, обогнув берег озера Гэррох, петляла среди небольших берёзовых и ореховых рощиц, а справа от неё по невидимым в темноте камням журчал ручей. Вскоре долина сузилась, и ручей скрылся в глубокой лощине, то и дело появляясь вновь, чтобы упасть водопадом через очередной порог, отражая последний аметистовый свет заката. Фонарей на велосипедах не было, поэтому ехать нашим путешественникам приходилось осторожно. А потом холмы вдруг отступили, ущелье превратилось в долину, а ручей побежал через дикие луга, заросшие камышом и папоротником.

Дорога шла вниз по течению ручья до пересечения с шоссе на Кэллоу недалеко от городка Портоуэй. Чтобы добраться до замка Гай, там нужно было повернуть налево и взобраться на холм, другая сторона которого принадлежала уже верхней части Глен-Кэллоу. Тут велосипедисты спешились и пошли по тропинке, петлявшей между покрытых травой пригорков, пока не добрались до седлообразной низины, называвшейся Пэд о’Слак; оттуда уже можно было видеть саму долину. Нельзя сказать, что видно было хорошо, так как уже сильно стемнело — это была особая, осенняя, очень глубокая темень, предшествующая восходу луны; но чувство, что перед путешественниками открылось большое пространство, было отчётливым. Снова сев на велосипеды, они осторожно съехали вниз по извилистой и неудобной тропинке и вдруг оказались на дороге из укреплённого битумом гравия, бегущей вперёд вдоль строя лиственных деревьев.

— Держись правее, — велел Джейки. — До ворот замка осталось пару миль.

Было хорошо видно, что где-то рядом расположено большое поместье. Даже в темноте было заметно, что природа перестала быть дикой, а стала окультуренной и ухоженной. Только что взошедшая луна позволяла рассмотреть высокую стену слева — но не такую, которой фермер огораживает пастбища, а солидную каменную, с полосой полированного гранита сверху. Деревья вдоль неё были тоже высажены вручную и аккуратно подстрижены. Немного далее стена кончалась двумя большими участками газона, защищённого цепями, натянутыми между белыми каменными валунами; между ними была видна гравийная аллея, сторожка с башенками и огромные металлические ворота, схожие обликом с решёткой в каком-нибудь зоопарке. Похоже, три поколения назад приход нео-готики оказал на лордов Райнсов значительное влияние.

— Ну и местечко! — заметил Дугал. — Не великовата ли эта устричная раковина для такого крохотного моллюска, как мистер Кроу?

Ворота оказались заперты. На одном из столбов имелся огромный колокольчик, Джейки дёрнул его за проволоку. Громкий звук эхом отозвался в тишине, но не вызвал в сторожке никаких признаков жизни. Джейки звонил снова и снова, словно извещая деревню о пожаре, а Дугал в это время стучал камнем по железной конструкции ворот. Но всё было напрасно.

— Они там или мертвецки пьяны, или померли все, — сказал наконец старший из друзей. — Впрочем я уверен, что в сторожке кто-то есть. Я видел отблеск свечи в верхнем окне. Почему они не откликаются?

Джейки, оставив колокол в покое, пытался что-то рассмотреть теперь сквозь решётку ворот внутри.

— Дугал, — зашептал он взволнованно, — глянь-ка сюда. Эти ворота забаррикадированы. Видишь, что там за ними? Они подпёрты двумя огромными брёвнами — ворота не откроются, хоть тарань их танком. Кто бы ни сидел там внутри, он чего-то здорово боится!

— Из сторожки за нами наблюдают, я это чувствую. Какого чёрта они ведут себя так, будто находятся в осаде?! Мне это не нравится, Джейки. Тут есть что-то такое, что мы не знаем — и Кроу не знает тоже. Не понимаю, как они могут думать, что способны защитить такое значительное пространство, как этот парк? Ведь через стену способен перелезть любой прохожий.

— Может, эта защита только от автомобилей… Что ж, мы тут только теряем время. Нам надо доставить письмо, а войти в парк можно где-нибудь ещё.

— Есть и другой вход?

— Да, есть. Этот вход считается главным, но есть и вторая сторожка — в миле от деревни Стар по дороге Нокроу-роуд. Но нам туда идти не надо. Мы можем бросить велосипеды здесь и пролезть в парк по мосту через ручей.

Они двинулись дальше по шоссе, миновав по дороге один или два коттеджа, в которых тоже не было света — жители этих мест рано ложатся спать, да и встают тоже рано. Когда они вышли на открытое пространство, им стали видны освещённые окна большого здания на склоне справа; затем дорога спустилась вниз, к журчащему в темноте ручью.

Велосипеды спрятали под кустом боярышника, и Джейки взобрался на край парапета.

— Вполне можно пролезть, — сообщил он. — Надо только преодолеть пару ярдов, вися на руках, а потом спрыгнуть вниз. Там футов десять и папоротник внизу, так что даже не ударимся.

Через пять минут они выбрались из зарослей папоротника на покрытую дёрном лужайку на берегу ручья Гэллоу. Луна стояла уже высоко, так что им был отлично виден знаменитый лесопарк замка Гай. Путеводители сообщали, что в нём водился и благородный олень, и лань, а в дальней его части — даже несколько диких животных с шотландских холмов. Но обитатели парка, должно быть, спали, поскольку Дугал и Джейки не встретили на своём пути, продираясь через заросли никого, кроме, пожалуй, случайного кролика или припозднившейся цапли. Они старались держаться берега ручья, поскольку Джейки помнил, что на карте замок находился где-то недалеко от воды.

Место было таким волшебным, что младший из друзей едва не забыл, зачем они сюда явились. Замок находился как бы в чаше среди высоких холмов, но при свете луны холмы казались взгорками, и Джейки даже вздрогнул, вдруг осознал, что соседний холм — вовсе и не холм, а гребень горы Мунроу в двадцати милях отсюда. Тени от деревьев были чернильно-чёрными на фоне бледной таинственности залитого лунным светом дёрна. Река тоже была вся чёрной — за исключением того места на мелководье, в котором отражалась луна. Тишину нарушал только тихий шорох диких животных далеко в зарослях, журчание ручья, да случайные всплески лосося.

Они вышли из лесопарка, и впереди показался замок. Он стоял на небольшой плоской возвышенности, с одной стороны которого склон спускался к парку и ручью, а с другой земля поднималась к заросшему елями Замковому холму. Луна окрашивала его в цвет слоновой кости, и он казался схожим с китайской резной драгоценностью на подставке из нефрита. При таком освещении он казался крохотным, и, чтобы понять его истинные размеры, требовалось соизмерять его с окружающими деревьями и прочим ландшафтом. Но впечатлял он не столько своим размером, сколько собственной красотой и архитектурным совершенством. Ночь превращала грубую средневековую постройку, дополненную торопливой реконструкцией недавних дней, в образец классического изящества. Джейки даже присвистнул, захваченный чистейшим удовольствием, которое даровало ему это видение.

А практичный Дугал не забывал о деле.

— Сейчас около одиннадцати часов, — сообщил он, — и, похоже, в замке все уже лежат в кроватях. Света нигде не видно. Прежде чем мы доберёмся до дверей, придётся пройти через сад. Думаю, нам следует не забывать о собаках. Здешний народ мне кажется каким-то нервным.

Но собак в саду не оказалось. С той поры, как наши двое увидели перед собой цель всего их путешествия, они, вспомнив прежние привычки, передвигались бесшумно, словно хорьки, и шли пригнувшись. Покинув более дикую часть парка, они пересекли участок недавно скошенного луга и за неглубокой канавой им были уже видны садовые террасы. Напряжённо прислушиваясь, они, пожалуй, слишком уж сконцентрировались взгляды на здании замка, и совсем забыли смотреть себе под ноги.