Джон Айронмонгер – Кит на краю света (страница 31)

– Что с Ормузским проливом? – спросил он.

– С чем?

– Персидский залив. Он все еще заблокирован?

– Все хуже, – ответил Мэллори. – Вмешалась Япония.

Япония? Конечно. Девяносто процентов японской нефти проходило через этот залив. Галочка. Галочка. Галочка. «Какой замечательный момент, – подумал Джо, – для коротких позиций». Рынки должны снижаться. Он прервал себя. Это была безумная мысль. У него здесь, в Сент-Пиране, была работа.

– Они нормируют топливо, – сказал Мэллори.

– Кто? Японцы? – Он в тысячный раз пожелал, чтобы у Букса был телевизор.

– Нет, не они. Мы. Мы нормируем горючее.

– Правда? Я, должно быть, упустил это. – Он ощутил острую необходимость проверить «Кэсси». Он не заходил уже несколько дней, потому что был занят перетаскиванием провизии в колокольню. – Я сегодня утром должен заскочить в «Буревестник», – сказал он.

– Кажется, что Джейкоб еще закрыт.

– Мне нужен только интернет.

Утро было почти прекрасным. Джо спустился в гавань и теперь стоял на самой крайней точке и смотрел в море. Прилив был сильный, но слабый ветер не поднимал высокие волны. Джо высматривал кита, который приплывал сюда уже трижды. Он начал думать о ките, как о естественной части пейзажа – взгляни в море и она всегда должна быть там, с приветливо поднятым хвостом – но сегодня ее не было. Он сканировал водную гладь. Рыбацкие лодки с опущенными парусами, грузный нефтяной танкер на горизонте. «Нефть», – подумал он, не в силах уйти от мыслей и ассоциаций, рождающихся в его голове. Откуда плыло это судно? Возможно, Ливия. Или это последние поставки из Катара или Кувейта?

Он уже пять дней перевозил еду, поэтому у него было достаточно времени для подведения итогов. Фургончик Шонесси, как выяснилось, вмещает примерно семьдесят коробок с оптового склада. На поездку туда и обратно уходило меньше двух часов. Загрузка была легче разгрузки. На оптовом складе был погрузочный пандус, высота которого идеально подходила для фургона, а еще нашелся услужливый водитель вилочного подъемника, что облегчало процесс. Никто не обращал на него особого внимания.

В Сент-Пиране все было очень неудобно. Простая разгрузка семидесяти ящиков могла занять два часа. Приходилось вручную переносить в церковь каждую коробку, мешок или ящик. Процесс замедлялся по мере роста запасов. Каждую коробку приходилось ставить все выше и выше, сооружая в колокольне невообразимые башни. Он разработал систему сортировки. Самые тяжелые коробки (консервы, бутылки и банки) должны были стоять внизу, упаковки полегче (мешки и пакеты) – сверху, но все упаковки были разных форм и размеров, поэтому их нелегко было сложить вместе. «Все это похоже на сухую кладку стены», – думал он каждый раз, когда в очередной раз пробирался в башню с тяжелой ношей на плечах. Каждый камень должен быть удачно расположен, а все место должно было быть занято. Вот здесь – хорошее место для еще одной коробки с консервами, а тут – идеальный дом для мешка чечевицы.

Таким образом, запасы увеличивались. В первый день он выполнил только две поездки на оптовый склад, но потом стал умнее. На второй день он приехал аккурат к тому моменту, когда они только открыли свои двери, а потом в пустом фургоне вернулся еще раз к обеду. Он съел бутерброд за рулем. Работая изо всех сил, он нагрянул на склад в третий раз к семи вечера, и только после восьми он наконец завершил свои дела в колокольне. Это был долгий день, но зато Джо смог составить расписание на следующие дни. Но все же он испытал облегчение, узнав, что склад закрывается на выходные. Джо уже успел перевезти почти тысячу коробок и потратить тринадцать тысяч фунтов из своих сбережений.

Это было плохо проработанное мероприятие. Теперь он точно это знал. Это было безрассудно, непрактично и нелепо. Ему следовало отказаться от этой идеи еще в самом начале. Полли Хокинг, наверное, назвала бы его упрямым. Если бы только у него была доска и возможность пораскинуть мозгами, если бы он нарисовал план или хотя бы сделал какие-то подсчеты, то, возможно, он никогда бы за это не взялся. Это не показалось сложным испытанием, когда он впервые подумал об этом. И даже тогда, когда он пытался объяснить все Полли. Он подумал: «Все необходимое можно было купить в супермаркете, привезти в пакетах, а потом разложить в комнате на Фиш-стрит». У него даже не было времени поразмыслить о масштабе этой затеи. Тем не менее, через неделю план приобрел четкие очертания. После того, как он заключил сделку с Элвином Хокингом, ему не оставалось ничего другого, кроме как продолжать. Теперь викарий владел его «мерседесом». После первой поездки и разгрузки этой партии товара, вторая поездка показалась более легкой. А после второй поездки, когда часть товара уже была аккуратно размещена, оставалась лишь третья.

Это было безрассудство юности. Легкомысленное поведение молодого человека, которому нечего терять. Тринадцать тысяч фунтов. Некоторые трейдеры «Лэйн и Кауфман» за неделю зарабатывают такие суммы. Джо сомневался, что кто-нибудь из них когда-то видел истинную цену недельной работы, которая выражалась бы в банках с заварным кремом и мешках риса. И вряд ли кто-то представлял себе, как он всю неделю поднимает и перемещает свою зарплату в виде тысячи неудобных коробок. Помимо недальновидности, физических усилий и финансовых затрат, к удивлению Джо, нашлись и положительные стороны. Могло показаться странным, но спустя неделю он стал чувствовать себя более стройным. Здоровым. Сильным. Восемь лет он провел напротив компьютерных мониторов, бледнея под неоновыми полосками света и плазменными экранами. Никогда раньше он так усердно не занимался в спортивном зале и никогда не был частью сообщества. А здесь, в этой деревне, он был тем человеком, который спас кита. Он разработал план по спасению деревни от Армагеддона. Здесь, среди этих добрых людей, он раскрыл в себе новую личность, чего никогда не случилось бы за его рабочим столом в Сити. Он хорошо спал. Его сны, если они ему снились, теперь были свободны от видений прошлого. Последние пять дней он совсем не думал о трейдерских столах, Джейн Ковердэйл или экранах с красными вспышками.

Стол у окна в «Буревестнике» стал казаться его личной собственностью.

– Кофе? – предложил Джейкоб Андерссен.

– Да, пожалуйста.

Были такие вещи, которые он должен был сделать раньше. Одно электронное письмо он отправил своему отцу, а другое – сестре Бригите. Он написал:

«У меня все хорошо. Испытываю кризис личности, но нашел спокойное место, чтобы привести себя в порядок. Начинайте запасаться едой и перевезите ее на остров. Отнеситесь к этому предупреждению серьезно. Я не схожу с ума, обещаю, но я действительно советую вам запастись консервированной едой примерно на десять недель. Фактически, это по двести или триста банок на человека. Четыреста, если вы хотите быть спокойны. Пожалуйста, начните делать это прямо сегодня. Я не паникер. По крайней мере, сам так не считаю. У нас, наверное, осталось мало времени».

После клика по кнопке «отправить», он откинулся назад и посмотрел на вид из окна. Могло ли существовать что-то более милое? Между стен гавани скользила рыбацкая лодка, и он мог разглядеть обветренное лицо рыбака за штурвалом. Сколько раз ему приходилось выходить в море? Он услышал, как стихли громкие грохочущие звуки двигателя. Там были мальчишки Робинс – Дэниел и Сэмюэл – они в полной готовности стояли на причале с канатами в руках. Кто из них Дэниел, а кто Сэмюэл? Джо покачал головой.

Пришло время отправить еще одно электронное письмо. Он отправил записку Манешу и скопировал ее для парней из команды разработчиков. Он написал им: «Простите. Я знаю, что подвел вас. Я не выдержал давление. Я сдался. Вы, надеюсь, преуспеете в чем-то другом. Запаситесь едой. За меня не волнуйтесь. Я не вернусь».

Кто-то вошел в «Буревестник» и сел возле него.

– Привет.

Крупная округлая женщина в хлопковом платье с широкой улыбкой на румяном лице.

– Я не отвлекаю?

– Вовсе нет. – Он инстинктивно протянул ей руку, как это делают парни из Сити. – Я Джо, – сказал он. – Вроде бы я вас знаю? Вы Марта Фишберн.

– Верно, это я. – Она, казалась, была рада, что он знает ее имя. Двумя руками она обхватила протянутую руку и нежно пожала.

– Так. Это нужно убрать. – Джо переложил ноутбук под стол и подвинул стул, чтобы освободить место. – Можно угостить вас кофе?

– Был бы рад.

– Джейкоб, пожалуйста, еще один кофе.

– Уже несу.

– Что я могу сделать для вас, миссис Фишберн? – Насколько формальным теперь казался этот «городской» вопрос. Не стоило так говорить. – В том смысле, что мне приятно познакомиться с вами.

Так-то лучше. Улыбка Марты стала еще шире.

– Я тоже хотела с вами познакомиться.

– Разве не чудесный день? – А вот это уже казалось хорошим началом для беседы.

– Любой день чудесный, как сказала бы моя мать, если ты знаешь, где раздобыть обед на завтра.

– Ваша мать была очень мудрой женщиной.

– Да, она была такой.

Они улыбнулись друг другу.

– Вы школьная учительница, – произнес он.

– Преподаю тут уже на протяжении тридцати двух лет, – ответила она. – Но я боюсь, что вряд ли смогу продолжать. Слишком мало детей. – На ее лице отразилась досада. – У нас чуть ли не самая маленькая школа во всем округе. Сейчас я единственная учительница. Я, да еще Модести Клок, она мне помогает, и еще девять детишек от четырех до одиннадцати лет. Я теперь каждый день жду, что в почтовый ящик бросят письмо, в котором будет сказано, чтобы все дети перевелись в Треденджел. Шесть миль в каждую сторону. Но вряд ли они это сделают, пока я еще жива. Пока. – Улыбка исчезла с ее лица. – В деревне не так много людей, которые не прошли бы через мою школу.