Джон Адамс – Хаос на пороге (сборник) (страница 62)
Только очень уж пристально ко всему этому не присматривайтесь, а то шею растянете.
Сведения свои я получил из двух источников. Прежде чем сюда идти, я хорошо подготовился. Первый источник – Ли Канг, доктор теологии из университета Дьюка. Его и по ТВ показывают. Пару лет назад написал книгу про то, что ученым и теологам незачем все время бить друг друга под дых. Дескать, в развитом уме сочетаются оба подхода. В разных шоу, куда его приглашали дать интервью, здорово зажигал.
Другой источник – моя хорошая знакомая Роз Блюм, занимается наукой. «Рози-ракетчица». У нее работа и вправду связана с космосом. На визитке написано: «Специальность – наблюдательная астрофизика». Сразу и не выговоришь. Самая симпатичная представительница углеродной формы жизни, с какой я напивался. Бывали вечера, о которых только и могу вспомнить, что мы бухали в забегаловке неподалеку от Лаборатории реактивного движения НАСА.
Специальность Рози – наблюдение за Солнечной системой с применением методов радиоастрономии, инфракрасной астрономии, оптической астрономии, УФ-астрономии, рентгеновской астрономии, гамма-астрономии и всякой прочей астрономии, какая только бывает. Рози работает в тесном контакте с ведущими астрофизиками-теоретиками. И, уж поверьте: приближайся к Земле нечто достаточно большое, чтобы ее разрушить, Рози знала бы. Знала бы непременно.
Я имел с Рози несколько продолжительных бесед, еще когда начал искать сестру Светлую. Рози всегда была дерганая. Какие-то нервные смешки, обычно неуместные. Она, кстати, из тех немногих настоящих ученых, которые не потеряли веры. Каждую неделю ходит в синагогу и часто ездит в Израиль.
А в последний раз мы разговаривали несколько дней назад. Я хотел запастись знаниями о Нибиру – подготовить аргументы против того, чем там они зомбировали девчонку в этой секте.
Рози была в Торонто, в гостинице – приехала на международную конференцию по космическим объектам, сближающимся с Землей. Обсуждалась там и Нибиру, потому что НАСА и другие организации хотели четко и недвусмысленно опровергнуть дурацкие домыслы о конце света, число которых все росло. Теперь, когда закончилась шумиха вокруг календаря майя, любители апокалипсиса взяли на вооружение гипотетическую невидимую блуждающую звезду.
Представьте только подобные диспуты. Толпа ученых, вооруженных научными данными, пытается опровергнуть нечто, никем не доказанное – и не очень-то получается. Работа организаций, следящих за потенциально опасными космическими объектами, – Каталинского небесного обзора, подразделений НАСА, обсерватории Лоуэлла и других, – парализована непрерывными телефонными звонками и электронными письмами.
Какой-то обормот с канала Фокс Ньюз ухитрился задать на эту тему вопрос на пресс-конференции в Белом доме, чем еще подлил масла в огонь.
Рози, видимо, думала о том же. Когда мы говорили по телефону, она была еще нервозней, чем обычно.
– Ну и как там у вас? – спросил я.
– Непросто.
– Еще бы.
– Здание, где проходит конференция, окружили протестующие. Их сотни, отовсюду понаехали.
– Серьезно? И против чего протестуют?
– Они… считают, мы тут придумываем, как лучше скрыть от мира правду.
Я рассмеялся.
– Ну точно! Для того там собрали известных астрофизиков со всего мира, для того раззвонили про конференцию, для того у вас все на виду – чтобы утаить информацию.
– Джон, это серьезно. Толпы тут страшные. У нас полно охраны, и нам не разрешают выходить без сопровождения. А гостиницы – под охраной полиции.
– Вот черт. И на что они рассчитывают?
– Не знаю. Через несколько минут заседание. Будет выступать кто-то из Министерства безопасности.
– Безопасность? С чего вдруг? Эти культы в большинстве безобидны. К примеру, члены секты «Врата рая»[23] покончили с собой, так то было массовое самоубийство, а не терроризм. Никакого отношения к терроризму. Они никому и не думали навредить.
– Не знаю, Джон. На днях тебе позвоню. Когда вернусь в Калифорнию.
– Ладно.
– И… насчет той девочки, которую ты ищешь…
– Да?
– Ты с ней помягче. Ей ведь только восемнадцать. Она дожидалась совершеннолетия, чтобы присоединиться к церкви.
– Знаю, но…
– Может, она верит всерьез.
– Если и верит – это не причина для ненормального поведения.
Рози ответила не сразу.
– Любая религия со стороны кажется ненормальной. Если не веришь сам. Мы, евреи, верим и в нашествие саранчи, и в расступившиеся воды, и неопалимую купину, и в людей, обращенных в соляные столпы. А вы, христиане, верите в того, кто изгонял бесов и оживлял мертвых. Почему нам в такое можно верить, а этой девочке нельзя верить в Нибиру?
– Э, да ты сама говорила: по законам физики и гравитационной динамики невозможно, чтобы небесное тело такого размера не оказывало на нашу систему никакого воздействия. Ты об этом долго распространялась, лапочка. Ты ведь из тех ученых-перестраховщиков, которые пока все не обсчитают, не поверят. А я простой охотник за головами.
Обычно такие вещи Рози веселили, но сейчас она не засмеялась. Повторила, что скоро позвонит.
Больше я с ней пока не разговаривал. Когда кончилась конференция, пробовал дозвониться ей на работу, но автоответчик был переполнен. Видимо, разные чокнутые звонили насчет Нибиру. После сообщений о конференции в новостях Рози прославилась. Она весьма эмоционально высказывалась, что с научной точки зрения все это невозможно.
Жаль, я не дозвонился. Чтобы помочь сестре Светлой порвать с «Миром Странника», пригодилась бы любая новая информация. Согласно моим сведениям, сестра Светлая – не просто заблудшая душа, она искренне верует. Такие вещи знать важно, ведь к человеку нужен правильный подход. С теми, кто совсем потерялся, разговаривать бесполезно. Они очень боятся обнаружить, что ошиблись. Боятся ужасно, и скорее над собой что-нибудь учинят, чем признают правду. Моему приятелю как-то пришлось звонить одним родителям и сообщать новость: их дочь, поняв, что ее вот-вот найдут и вернут домой, перерезала себе горло. Только представьте: пятнадцатилетняя девочка готова проткнуть себе шею ножницами, лишь бы не возвращаться туда, откуда убежала.
Неважно – настоящие у них беды или надуманные, такие дети часто заходят слишком далеко. Спасти можно не всех. И в «Мире Странника» должны это понимать. Они думают, у их приверженцев есть билет на Нибиру, а все прочие – недостойные и нераскаявшиеся – превратятся в звездную пыль.
Звездная пыль. Звучит симпатичней, чем «адский огонь», которым пугают некоторые чокнутые предсказатели. Да, звездная пыль – не так уж плохо.
Звездная пыль…
Звездная чушь.
Девчонку я увидел минут через пять после того, как оказался за стеной. Сидела на скамейке, одна. Без всякого присмотра. Сестра Светлая…
Едва ли выше пяти футов. Недоразумение с блеклыми волосами, еще более блеклой кожей и глазами цвета летних трав. Не так чтобы красивая, но и не страшненькая. Формы не впечатляют, зато лицо приятное и добрый взгляд. Умный.
Она сидела на каменной скамье среди пальм и здоровенных кактусов. Рядом тихонько булькал небольшой искусственный ручеек, и, кажется, даже летала бабочка. Прямо хоть фотографируй для календаря.
Вокруг рощи геометрическим узором располагались белые каменные плиты размером примерно метр на два. От того места, где сидела девушка, они расходились веером и закрывали несколько акров зеленого газона.
Девушка была в белом платье и голубом рабочем фартуке, из кармана которого торчали перчатки. На голове – белый шарф; такой у них носят все прихожанки. Мужчины ходят в голубых бейсболках с вышитыми на них кругами. Видимо символы «Мира Странника».
Я оделся правильно. Простые белые штаны, белая рубашка, голубая кепка. Под рубашкой засунут за ремень брюк травматический пистолет. Шприц с сильным, но безопасным транквилизатором. Карманная дубинка – это уж если все пойдет наперекосяк. Мобильник с усилителем сигнала для связи с Ли, Рози или, если понадобится, с подкреплением. В припаркованном за углом фургоне – трое ребят. Очень крепких ребят, уже выполнявших такую работу. Они не так хороши, как я, но… я и сам не так хорош.
При моем приближении девушка опустила бутылку, из которой пила воду, и смотрела на меня спокойно-благожелательно. Улыбалась.
– Вы пришли за мной, да?
Я замедлил шаг и остановился у входа в рощицу.
– О чем ты, сестра? – Я старался говорить негромко. Улыбнулся, демонстрируя уйму белых зубов. Очень крепких.
Девушка покачала головой.
– Вы не из наших.
– Я новенький.
– Нет.
– Откуда ты знаешь?
– Знаю.
– Да откуда же??
Глаза у нее были куда старше, чем у восемнадцатилетней. И изливали яркий свет. Мне захотелось улыбнуться по-настоящему.
– Можно, я присяду?
– Вы кто?
– Друг.
– Нет, я про имя.
– А. Джон По.
– По? Прямо как писатель.
– Да.