Джоди Пиколт – Ожившая сказка (страница 14)

Крис покачал головой.

— Не знаю, что тебе сказать, чувак. С её точки зрения, то, что сделал ты — не очень хорошо.

Я передал ему чашку для выпаривания, и Крис пристроил её над горелкой Бунзена.

— Как бы я хотел отмотать время назад.

— Что ж, пока у тебя не появилась машина времени, боюсь, сделать это будет невозможно. Надо совершить что-то грандиозное. Что заставит её забыть то, что она видела.

— Не понимаю.

— Тебе надо выложиться по полной. Цветы там. Вставание на колено. Признание в любви. Ты что, Дневник памяти не смотрел?

Я недоверчиво покосился на него.

— И как, работает?

— На все сто, — заверил меня Крис.

Чашка для выпаривания охладилась, оставив напоследок крошечные прозрачно-белые кристаллики, похожие на бриллианты. Удивительно, что подобная красота была рождена кислотой.

Возможно, Крис прав.

Возможно, у меня всё ещё был шанс.

Знать бы ещё, что можно сделать.

★★★

— Что с тобой? — спросила меня Джессамин, когда мы сидели за ужином.

— Ничего, — ответил я, подцепляя вилкой разбросанные по тарелке горошины.

— Ну ты не ешь. Вернее, ешь меньше обычного…

Я отложил вилку в сторону.

— Скажи, ты когда-нибудь ссорилась… с папой? — спросил я.

— Нет, — невозмутимо ответила Джессамин. — Мы были как Барби и Кен.

Прежде чем я успел спросить, кто это вообще такие, она продолжила:

— Ну конечно же мы ссорились, милый. В каждой семье бывают ссоры. Если ты состоишь в отношениях и при этом не ссоришься со второй половинкой, значит, ты делаешь что-то не так.

— Делайла видела, как я целовался с другой девушкой, — вырвалось у меня.

Джессамин поперхнулась водой.

— Что, прости? Одной девушки уже недостаточно?

— Это не то, что ты подумала. Мы ставили сценку из спектакля.

— Я бы приняла её сторону…

Я опустил голову на руки.

— Я бы попросил прощения, но она и видеть меня не хочет.

Взгляд Джессамин смягчился.

— Как-то раз я купила себе новые модные туфли на каблуке. Они стояли у меня в пакете возле шкафа. Вернувшись одним вечером домой, я обнаружила, что туфли исчезли. Я спросила твоего отца, не видел ли он их случайно. Он ответил: «Это, часом, не те, что ты выставила на благотворительность?» Он сдал пару новеньких Jimmy Choos в благотворительный магазин.

Она покачала головой, вспоминая.

— Я не разговаривала с ним неделю.

— А потом?

Она широко улыбнулась.

— Он купил мне другие туфли. Даже дороже прежних.

— Думаю, в моей истории туфлями дело не поправишь, — угрюмо заметил я.

— Дело вовсе не в туфлях, — ответила Джессамин. — А в том, что они собой представляют. Даже одно простое «прости» может свернуть горы.

— Да она и слушать меня не станет…

— Обожди. Она тебя обязательно выслушает.

— Но мне больно оттого, что я не знаю, как мне всё поправить.

— А ты представь себе, каково было ей, когда она увидела тебя с другой.

Я поднял глаза.

— Думаю, ты права.

— Ну конечно же права. Я же ведь твоя мама, как-никак, — она промокнула рот салфеткой. — Рада, что мы поговорили. Обычно за ужином ты ворчишь.

Уголок моих губ дёрнулся.

— Спасибо, мам.

— Пожалуйста, Джозеф.

— Джозеф? — переспросил я.

Так звали отца Эдгара. Я видел фотографии, его имя и даты были написаны с обратной стороны. Точь-в-точь король Морис.

Джессамин помассировала виски.

— Господи. Всё, старею уже, — она улыбнулась мне, — не пройдёт и дня, как вы снова не будете вылезать из объятий друг друга.

Я вздрогнул.

— Мам, да ты что?!

Она рассмеялась.

— Ну вот и мой Эдгар, которого я знаю и люблю.

Что ж, хоть кто-то меня любит.

★★★

Я всё продумал до мелочей.

С разрешения мисс Пингри я наведался в гардероб драмкружка, выбрал себе королевскую тунику, хоть и с чужого плеча, но всё же сносную, корону и сапоги и пристегнул на пояс пластиковый меч. Затем незаметно пробрался в теплицу биологического класса и срезал ножницами, одолженными в кабинете изобразительного искусства, дюжину тюльпанов, собрав их в букет. Наконец я гордо вошёл в столовую.

Я чувствовал на себе взгляды окружающих, но не обращал никакого внимания на их перешёптывания, видя перед собой только Делайлу. Дойдя до её столика, я упал на одно колено и протянул ей цветы.

— Миледи, — обратился я к ней, — ваши глаза похожи на две звезды, сияющие во мраке вселенной. Ваш голос слаще пения соловья. Именно благодаря вам и бьётся моё сердце. Именно вы заставляете меня жить.

Кажется, получалось у меня хорошо. Ученики в столовой оживились и стали меня подбадривать, щёки Делайлы слегка заалели. Крис был прав: Делайла точно вернётся ко мне. Ведь какая девушка устоит против рыцаря в сияющих доспехах?

— ЭД-ГАР! ЭД-ГАР! ЭД-ГАР! — моё ненастоящее имя громом раскатывалось по залу.