Джоди Малпас – Одна откровенная ночь (страница 37)

А затем я вижу дверь. В последний раз я бежала прочь от нее. Затейливая дверная ручка так и тянет к себе, зазывает войти внутрь, указывает путь. Настенные светильники выглядят все более тусклыми. Легкое жужжание шикарного клуба трансформируется в тихий гул позади меня. Мой бедный разум захвачен болезненными воспоминаниями.

Глаза словно приклеились к ручке. Ладонь Миллера возникает передо мной и опускает ее вниз, открывая дверь. Он достаточно сильно толкает меня вперед. Не думала, что увижу эту комнату снова. Но прежде чем осознаю происходящее, слышу звук закрывающейся двери. Миллер поворачивает меня и притягивает к себе. Судорожно выдыхаю от неожиданности. От шока я даже шатаюсь. Поцелуй Миллера голодный и торопливый, но я с радостью принимаю его. Благодаря нему мне не приходится рассматривать комнату, напоминающую о плохом.

Мы сталкиваемся ртами, словно поглощая друг драга. Он переключается на мою шею, щеки, плечо, а потом возвращается к губам.

— Хочу взять тебя здесь, — рычит он, отступая и призывая меня двигаться назад.

Я пячусь, пока не упираюсь ногами в твердую древесину.

— Хочу трахнуть тебя в этой комнате, заставить кричать от восторга и кончить на мой член.

Миллер поднимает меня и усаживает на стоящий позади стол. Задирая платье до талии, он продолжает атаковать мой рот. Я понимаю, что он делает. Но мне вообще наплевать. Только таким способом я могу набраться сил.

— Сделай это. — Я задыхаюсь, протягиваю руку и дергаю его за волосы. Миллер рычит, расстегивая ремень и спуская брюки. Затем он возвращает руки ко мне и разводит мои ноги в стороны. Наш поцелуй прерывается, я смотрю на его пах. Его член нетерпеливо дергается, призывая меня дотронуться.

— Двигайся вперед, — хрипло приказывает он. Одной рукой хватает меня за задницу и притягивает к себе, второй медленно проводит по своему возрастающему возбуждению. — Ну же, иди ко мне, детка.

Подвигаюсь немного, опираясь ладонями на стол. Мой взгляд направлен только на него, на его идеальное лицо. Не хочу видеть окружающую обстановку, напоминать себе о том, где нахожусь. Влажная головка его члена скользит по моим половым губам, отчего я шиплю и напрягаюсь. Мне нужны силы, чтобы держать глаза открытыми, но они заканчиваются. Он выводит круги кончиком своей эрекции, дразня меня. Миллер не входит внутрь, используя знакомую дразнящую тактику, будто забыв о срочности.

— Миллер! — возмущаюсь, сжимая челюсть.

— Хочешь, чтобы я вошел в тебя, Оливия? — Он переводит взгляд от своего паха к моему раскрасневшемуся лицу. — Хочешь?

— Да. — Обвиваю ногами его талию, притягивая к себе. — Да! — задыхаясь от проникновения, выкрикиваю я.

— О, блядь! Ливи! — Он покидает мое тело, пристально наблюдая за движением.

Сжав челюсти, он смотрит на меня и не двигается. Его голубые глаза заметно потемнели. Миллер крепко держит мои бедра… подготавливая. Я жду, удерживая его взгляд до тех пор, пока все еще скрытый костюмом торс не приближается ко мне и наши носы почти не соприкасаются. Миллер продолжает удерживать равновесие, внутри меня только головка. Я не шевелюсь. Остаюсь спокойной и терпеливой, изучая его лицо и тяжело дыша. Ужасно хочется двигаться, но я позволяю Миллеру вести, зная, что он нуждается именно в этом.

Сейчас.

Здесь.

Я.

Мы смотрим друг другу в глаза. Не отрываясь. Даже когда он медленно приближается, сокращает расстояние между нами и целует нежно, я не отвожу взгляд. Оставляю глаза широко раскрытыми, как и он. Поцелуй краткий, но полон любви. Это прекрасно.

— Я люблю тебя, — шепчет он, выпрямляясь, но по-прежнему не прерывая зрительный контакт.

Улыбаюсь, балансируя на одной руке. С помощью второй двигаюсь вперед. Касаюсь его щетинистой щеки кончиками пальцев, пока он продолжает исследовать меня.

— Верни руку на стол, — приказывает Миллер спокойно и строго. Я тут же подчиняюсь. Прекрасно понимаю, чего он от меня хочет. Вижу это в его глазах, спрятанное за спокойствием. Отчаянный голод.

Он тяжело вздыхает, и грудь вздымается под тканью костюма. Я тоже вдыхаю воздух, удерживаю его внутри себя. Готовлюсь сама и подготавливаю Миллера.

Красивые, полные губы вытягиваются в линию. Он медленно качает головой в изумлении.

— Я люблю тебя. Очень сильно люблю.

А затем он толкается в меня.

Кричу, легкие будто лопаются, выпуская каждую клеточку воздуха, которую я сдерживала.

— Миллер!

Он замирает, прижимается ближе, полностью заполняя меня. Один этот мощный толчок заставляет нас задыхаться. А впереди еще больше. Миллер дает мне несколько секунд на подготовку, и я благоразумно ними пользуюсь.

Это происходит быстрее, чем ожидала. В течение нескольких мучительных секунд он медленно выходит из меня. Он беспощаден. Наши тела сливаются вместе, создавая прекрасные звуки и ощущения. Крики ошеломляющего удовольствия раздаются в большом офисе. Ощущаю себя так, будто могу отправиться в рай от удовольствия, что он мне доставляет. Мое сознание расширилось. Внимание сконцентрировано на принятии его животных движений. Уверена, останутся синяки. Но мне плевать.

Хочу жестче. Быстрее. Жажду большего. Больше Миллера. Сжимаю в кулаках ткань его пиджака и держусь. А затем отталкиваюсь и впиваюсь ртом в его рот. Ему необходимо знать, что я в порядке. Миллер хочет трахать меня жестче, но слишком заботится обо мне. Он хочет того, что делает нас такими, какие мы есть. Прикосновения. Поцелуи. Любовь.

— Сильнее, — кричу я ему в рот, чтобы он знал — я в порядке.

Мне нравится все, что мы делаем.

Его сила, то, как беспощадно он берет меня в этом месте, и, наконец, то, как он владеет мной.

— О, господи, Ливи. — Миллер касается губами моей шеи, кусает и посасывает. Я откидываю голову назад, кладя руки на его плечи. А движения Миллера не теряют темп… даже на немного. Он двигает бедрами еще быстрее. Даже в два раза. Возможно, в три. — Блядь!

— О боже, — вскрикиваю я, ощущая, как кровь приливает к низу живота. — О боже, о боже, о боже! Миллер! — Я едва слышу, едва соображаю, и наконец сдаюсь и зажмуриваюсь, чтобы еще и не видеть. Теперь мне остается только чувствовать. Много чувствовать. — Я кончаю!

— О, да! Кончи для меня, малышка. — Он целует меня, обрушивается на мой рот, толкается языком, когда я поначалу не отвечаю, слишком сконцентрированная на подступающем оргазме. Он вот-вот разорвет мой мир на маленькие кусочки.

Начинаю паниковать, когда застреваю в точке невозврата, но при этом, похоже, не могу достичь разрядки. Напрягаюсь. Затвердеваю в его руках. Продолжаю двигаться только из-за того, что Миллер контролирует процесс. Он врывается в меня снова и снова, направляет мое тело, пока одновременно с этим наши рты атакуют друг друга. Но то, чего я так жду, не происходит. Не могу достичь пика и от этого раздражаюсь.

— Черт, жестче! — кричу в отчаянии. — Заставь меня кончить!

Поднимаю руку и смело дергаю за его волосы, заставляя кричать, когда он двигается вперед.

Но Миллер останавливается. Резко. Мой гнев только усиливается в миллион раз, когда он усмехается. Он наблюдает, как я отрывисто дышу, чувствуя, как мои мышцы сжимаются. Миллер тоже готов взорваться. Я вижу, что он скрывает за своим самодовольным выражением лица. Но не понимаю, в его взгляде мелькает удовлетворение от того, что он сводит меня с ума или от того, что имеет меня на столе Уильяма.

Пот блестит на его лбу, и я отвлекаюсь на это ненадолго… пока Миллер не привлекает мое внимание, заговорив:

— Скажи, что я твой, — тихо приказывает он.

Мое и так частое сердцебиение только ускоряется.

— Ты мой, — говорю ему на сто процентов честно. — Точно.

Он удерживает меня на грани оргазма. Его пах прижатый ко мне между ног — единственное, что не дает мне упасть.

— Ты. Принадлежишь. Мне, — заявляю, наслаждаясь блеском удовлетворения, который заменяет самодовольство. — Мне, — произношу повторно. — Никто не сможет узнать твой вкус, почувствовать тебя, — кладу ладони на его щеки и целую, слегка прикусывая губу, а затем зализываю ранку, — или любить тебя.

Длинный стон вырывается из уст моего когда-то джентльмена. Счастливый стон.

— Правильно, — бормочет он, — ложись назад, малышка.

Я подчиняюсь, отпускаю его лицо и укладываюсь на спину, при этом продолжая смотреть на Миллера. Он улыбается великолепной, головокружительной улыбкой. Затем берет в руку член и медленно толкается в меня, тут же подводя к краю.

— Ооох, — выдыхаю я и закрываю глаза.

Рукой хватаюсь за свои светлые волосы и придерживаю голову.

— Я согласен, — стонет Миллер, вздрагивая и выходя из меня.

Его возбужденная плоть покоится у меня на животе. До него только дошло, что все это время он был без презерватива.

Миллер кончает мне на живот, его член пульсирует, и мы оба за этим наблюдаем.

Мне не нужно произносить вслух то, что обоим и так известно. Ему некогда было думать о защите. Ведь Миллер так внезапно и быстро затащил меня в офис Уильяма. Он желал пометить свою собственность в кабинете заклятого врага.

Извращение? Да. Заботит ли это меня? Нет.

Миллер медленно опускается и прижимает меня к столу, а потом утыкается носом мне в шею.

— Прости.

Легкая улыбка на моих губах должно быть такая же извращенная, как и необдуманные действия Миллера.

— Это…

Дверь ударяется о стену, прерывая. Миллер медленно отрывается от меня и поднимает голову, чтобы посмотреть в глаза. Расчетливая улыбка медленно растягивается на его лице и мне приходится кусать губу, чтобы не повторить ее.