Джоди Малпас – Этот мужчина (страница 55)
— Очень, — ухмыляется он. Джесси понимает мою игру. — Что ты помнишь о прошлой ночи?
Что? Да, я напилась до абсурда, ужасно дерзко себя вела на танцполе, и, кажется, я могла бы признаться себе, что влюблена в него. Последнее откровение ему знать не нужно.
— Ты хорошо танцуешь, — говорю вместо этого.
— Что сказать? Я просто обожаю Джей Ти, — быстро отмахивается он. — Что еще ты помнишь?
— А что? — спрашиваю, нахмурившись.
Джесси вздыхает.
— С какого места у тебя провал в памяти?
Куда он клонит?
— Я не помню, как попала в квартиру, если ты это имеешь в виду. И правда осознаю, что глупо напилась и вела себя крайне безответственно.
— После бара ты ничего не помнишь?
— Нет, — признаю я. Такого со мной еще никогда не случалось.
— Как жаль. — Его томные глаза ищут что-то в моих, но я понятия не имею, что именно.
— Почему жаль?
— Так, просто. — Он нежно целует меня в губы, ладонями поглаживая лицо.
— Сколько тебе лет? — спрашиваю я, глядя ему в глаза. Джесси снова касается моих губ, уговаривая их открыться, и медленно обводит языком, а затем прикусывает нижнюю губу и нежно тянет.
— Двадцать шесть, — шепчет он, покрывая губы легкими, скользящими поцелуями.
— Ты пропустил двадцать пять, — бормочу, закрывая глаза в абсолютном удовлетворении.
— Нет, не пропустил, просто ты не помнишь, как спрашивала меня.
— О. После бара?
Джесси трется своим носом о мой.
— Да, после бара. — Он отстраняется и проводит большим пальцем по моей нижней губе. — Тебе уже лучше?
— Да, тебе нужно меня покормить.
Он смеется и целомудренно целует меня в губы.
— Есть какие-то требования?
— Да, — заносчиво отвечаю. — Верни мою одежду.
Он прищуривается, играя с моим бедром, сильно сжимая и заставляя с визгом подпрыгивать на столе.
— У кого власть, Ава?
— О чем ты говоришь? — Я смеюсь от его мучительных сжиманий.
— Я говорю о том, насколько легче нам будет, если ты согласишься с тем, кто обладает властью. Так у кого она?
О, я больше не могу этого выносить.
— У тебя!
Джесси немедленно меня отпускает.
— Хорошая девочка. — Он берет меня за волосы, тянет вперед и сильно, грубо целует. — Не забывай об этом.
Я растворяюсь в нем, с долгим протяжным стоном поглощая так называемую власть. Очень скоро он оставляет меня на столе и через несколько минут возвращается с моим нижним бельем, платьем, туфлями и сумочкой. Принимая их, я хмуро на него смотрю.
— Не смотри на меня так, леди. Ты больше не наденешь это платье, уверяю тебя. Накинь на него рубашку.
Он неодобрительно смотрит на платье, после чего выходит из кухни, чтобы ответить на звонок.
Я мысленно ухмыляюсь. Кто обладает властью? Я, вот кто!
— Готова?
Я оборачиваюсь и вижу Джесси в арке, ведущей на кухню. Он протягивает мне руку.
— Две секунды. — Запихиваю вещи обратно в сумочку, подхожу к нему и беру за руку.
— Что-то потеряла? — спрашивает он, выводя меня из пентхауса.
— Нет, наверное, забыла их дома. — Он вопросительно смотрит на меня. — Свои таблетки.
Он приподнимает брови.
— Хорошо, что Кэти здесь нет. В этом платье ты бы довела ее до сердечного приступа.
— Кэти?
— Моя экономка. — Он неодобрительно смотрит на платье и принимается застегивать пуговицы на рубашке. — Так лучше, — заключает с легкой довольной улыбкой.
Мы выходим из лифта, и меня тащат через фойе «Луссо». Когда мы проходим мимо Клайва, у того перехватывает дыхание.
— Доброе утро, мистер Уорд, — весело здоровается он. — Ава, сегодня утром ты выглядишь лучше.
Джесси кивает Клайву, но не замедляет длинных шагов. Я густо краснею и мило улыбаюсь, поспевая за Джесси. Как неловко. Я серьезно сомневаюсь, что выгляжу лучше, чем вчера вечером. У меня влажные волосы, на лице ни капли косметики, и на мне вчерашняя одежда, а поверх нее рубашка Джесси.
Меня запихивают в «астон-мартин» и везут домой на обычной скорости, от которой волосы встают дыбом, а голос Иана Брауна ласкает слух.
У дома Кейт я выхожу из машины и встречаю Джесси на тротуаре. Он следит за мной, пока я не оказываюсь перед ним, и смотрит на меня сверху вниз своими великолепными зелеными глазами. Не хочу, чтобы он уходил. Хочу, чтобы забрал меня обратно в свою небесную башню и спрятал там навсегда, в своей постели — вместе с собой. Я — раба этого мужчины. Полностью и бесповоротно захвачена им.
Делаю шаг вперед, упираясь ему в грудь, и наклоняю голову. Он стоит, небрежно засунув руки в карманы джинсов, его сверкающие глаза следят за мной, когда я приподнимаюсь на цыпочки и касаюсь губами его губ. Это все, что ему нужно, чтобы вытащить руки из карманов и прижать меня к груди, погрузившись языком в мой рот, и я неистово принимаю все, что он хочет. Все в полном порядке. Джесси может забрать это себе. Обвиваю руками его шею и впитываю все это, пока он языком выписывает круги у меня во рту, поглощая меня без остатка.
Неприятности... так много чертовых неприятностей.
Взяв все, что хочет, он с протяжным выдохом отстраняется, оставляя меня задыхаться и желать гораздо большего. Поворачиваюсь на нетвердых ногах и иду по дорожке к входной двери Кейт. Я должна улыбаться, я вполне довольна собой и сексом, что у меня был, но боль в животе — вопящий сигнал, который не могу игнорировать.
Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как он отъезжает, но вижу, что он стоит совсем рядом и смотрит на меня. Я хмурю брови. Что он делает? Если он подошел для еще одного прощального поцелуя, то я в игре.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я.
— Собираюсь зайти и подождать тебя.
— Я куда-то еду?
— Ко мне на работу, — отвечает он, будто я должна это знать.
Джесси собирается работать? Конечно, отели не закрываются по выходным, но что я буду делать, пока он работает? А не все ли равно, если я с ним?
— Ты только что поцеловал меня на прощание.
В уголках его губ играет улыбка.
— Нет, Ава. Я только что просто поцеловал тебя. — Он убирает с моего лица влажную прядь волос. — Собирайся.
Ох, ладно. Он то и дело приказывает мне, и я, почти не задумываясь, подчиняюсь. Я действительно его рабыня.
Захожу вместе с Джесси в гостиную и обнаруживаю, что Кейт и Сэм растянулись на диване, сплетясь полуобнаженными руками и ногами, и едят кукурузные хлопья. Ни один из них не делает никаких спешных попыток прикрыться.