Джоди Эллен Малпас – Одна обещанная ночь (ЛП) (страница 62)

Сейчас да.

— Ты так говоришь, как будто это надолго, — говорю я поспешно, храбрясь услышать его ответ.

— Я уже говорил тебе, что хочу больше, чем оставшиеся у нас четыре часа, которые, думаю, уже истекли, — он обхватывает себя моей рукой и накрывает мою руку своей, а потом начинает медленно направлять меня вверх и вниз под водой. Все мое естество расслабляется, в ответ на его слова меня окутывает умиротворенность. Движения его груди заметно изменяются, вдохи выдохи резко учащаются. Он ощущается как бархат, но вид наших слаженных движений размывается водой вокруг нас. Вижу только набухшую головку его члена, так что я поднимаю глаза и позволяю им насладиться видом чуть приоткрытых невероятных губ.

— Я заинтересована, — сознаюсь, продвигаясь вперед на коленях. — Только я не на таблетках.

— Готова исправить это, чтобы мы оба могли утолить свой интерес?

Киваю согласно, позволяя ему контролировать движения моей руки по его эрекции. Ощущения совершенные — гладкий, твердый и внушительных размеров. И выглядит он таким же совершенным, вдыхая в меня уверенность; я напрягаю руку до тех пор, пока он не отпускает ее и не смотрит хмуро, как я сажусь на его колени.

— Что ты делаешь, Ливи? — спрашивает настороженно, только не останавливает мои перемещения, пока я не устраиваюсь у него на коленях, его возбуждение оказывается точно подо мной. На самом деле, он мне помогает.

— Хочу почувствовать тебя, — опускаю к нему свое лицо, ощущение его, пульсирующего подо мной, придает уверенности. Теряю рассудок, тело движется само по себе.

Он едва заметно качает головой и прижимается к моим губам, целуя с обожанием. Я, может, дразню и мучаю его, но только он держит все под контролем.

— Нельзя, Ливи.

— Пожалуйста, — выдыхаю, найдя его волосы. — Позволь мне.

— Боже, ты меня убиваешь.

Принимаю его слабые, напряженные слова за поражение и тянусь вниз между наших тел, не разрывая наш поцелуй.

— Это ты меня, — ласково прикусываю его язык. — Ты разрушил меня, — рукой нахожу то, что искала, и приподнимаюсь, располагая над ним свое лоно.

— Я тебя не разрушал, Ливи, — чувствую, как его рука обвивает мое запястье, останавливая мои беспечные намерения. — Я пробудил в тебе желание, которое только я могу удовлетворить, — он убирает мою руку и предостерегающе поджимает губы. — И кажется одному из нас необходимо сохранять здравомыслие, прежде чем окажемся в неловком положении.

Сдерживаю желание, но его предостерегающий взгляд быстро возвращает меня к действительности:

— Твоя ошибка, — бормочу, смущенная и чувствую себя беспричинно отвергнутой.

— Все время так говоришь, — говорит Миллер, закатывая синие глаза. Признак раздражения, редкое проявление эмоций. Пытаясь возместить обиду и отвлечь Миллера от пренебрежения мной, начинаю опускаться, стремясь снова его ощутить. Только я не сильно продвигаюсь.

Он останавливает меня, выглядя практически нервно, и тянет вверх, полностью прижимая меня к себе и прислоняясь к бортику ванной, располагает меня на своей груди.

— Мое.

Несмотря на замешательство от его заявления, я счастливо мурлычу и отвечаю на его железные объятия, цепляясь за него везде и наслаждаясь звуком его дыхания, в то время как вода ласкает нас двоих.

— У меня тоже есть просьба, — шепчу я, чувствуя храбрость и понимая, что это подходящее для вопроса время.

— Придержи свою мысль в голове, — он поворачивает голову и целует меня в мокрую щеку. — Позволь мне получить мое.

— Я могу спросить, пока ты получаешь свое, — я сдерживаю улыбку.

— Возможно, но я люблю смотреть на тебя, когда мы разговариваем.

— Думаю, крепкие объятия, может быть, теперь и мое тоже, — я прижимаюсь чуть сильнее, отчего наши тела скользят. От уюта и покоя, поглотивших меня в эти минуты, мне хочется накрепко к нему приклеиться.

— Надеюсь, ты имеешь в виду со мной.

— Исключительно, — вздыхаю я. — Можно мне уже озвучить свою просьбу?

Он нехотя отрывает меня от своей груди, и я выпрямляюсь у него на коленях.

— Скажи, чего ты хочешь.

— Информацию, — храбрость исчезает при виде его поджатых губ и стиснутых скул, но я нахожу в себе силы продолжить. — Твои привычки.

— Мои привычки? — он поднимает брови, в практически предупреждающем жесте.

Осторожно продолжаю:

— Ты очень… — останавливаюсь, грамотно подбирая слова. — Точный.

— Ты имеешь в виду аккуратный?

Это больше, чем аккуратность. Это навязчивость, но у меня складывается такое чувство, что он чувствителен в этом вопросе.

— Да, аккуратный, — смягчаюсь я. — Ты очень аккуратный.

— Я беспокоюсь о том, что мое, — он тянется и прикусывает мой сосок, от чего я подпрыгиваю на нем. — А ты теперь моя, Оливия Тейлор.

— Да? — произношу шокировано, хотя внутри я счастлива. Хочу принадлежать ему каждую секунду каждого дня.

— Да, — просто говорит он, берет меня за талию и тянет к себе до тех пор, пока наши лбы не соприкасаются. — Ты тоже моя привычка.

— Я привычка?

— Вызывающая зависимость привычка, — он целует меня в нос. — Привычка, от которой я не собираюсь избавляться никогда.

Без колебаний даю ему знать свои мысли о нем и его новой привычке:

— Ладно.

— Кто сказал, что у тебя есть выбор?

— Ты сказал, что никогда не заставишь меня делать то, чего я не хочу, — напоминаю ему.

— Я сказал, что никогда не заставлю тебя делать то, что я знаю, ты делать не хочешь, а я знаю, что ты, на самом деле, хочешь быть моей привычкой. Так что это бессмысленный спор, не согласна?

Бросаю на него полный злости взгляд, озадаченная таким ответом.

— Ты наглый.

— У тебя проблемы.

Я отодвигаюсь на его коленях:

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю. Он меня предупреждает?

— Давай поговорим про вчерашний вечер, — он предлагает, так, как будто мы собираемся обсудить, куда пойти обедать. Я тут же настораживаюсь, и то, что я прижимаюсь к его груди и прячу лицо в изгибе его шеи — явный тому признак.

— Мы уже говорили об этом.

— Не совсем. Я так ничего и не узнал о твоем безрассудном поведении, Ливи, и от этого мне немного некомфортно, — он отрывает меня от своей груди и удерживает на месте. — Когда я с тобой разговариваю, ты смотришь на меня.

Держу голову опущенной:

— Я не хочу с тобой разговаривать.

— Не прокатит, — он передвигается, устраиваясь удобнее. — Объяснись.

— Я напилась, все, — я не специально, но, стиснув зубы, смотрю на него раздраженным взглядом. — И прекрати разговаривать со мной, как будто я нашкодивший ребёнок.

— Тогда не веди себя так, — он совершенно серьезен. Я в шоке.

— Знаешь что? — я отталкиваюсь и вылезаю из ванной, а он не делает ничего, чтобы меня остановить. Он просто ложится обратно, расслабленный и совершенно не впечатленный моей маленькой истерикой. — Ты может и заставляешь меня чувствовать себя потрясающе, говоришь красивые слова, занимаясь со мной любовью, только когда ты ведешь себя вот так, весь…весь…весь…

— Весь какой, Ливи?

— Ты лицемерный придурок! — кричу в отчаянии.

Его это совсем не трогает.

— Скажи, почему ты исчезала. Где ты была?