Джоди Эллен Малпас – Одна обещанная ночь (ЛП) (страница 60)

Теперь мое лицо меняется, и оно немного шокированное.

— Ты причина моего поведения прошлой ночью, — резко отвечаю я.

— Может и так, но мне не нравится мысль, что ты вот так себя обнажаешь.

— Обнажаю в общем или обнажаю себя перед другими мужчинами?

— И то, и другое. Ты не чувствовала потребности обнажаться до встречи со мной, так что не думаю, что тебе будет трудно выполнить мою просьбу, — он берет в рот еще одну порцию фруктов, только на этот раз я не хочу смотреть, как он жует. Нет, я все еще в шоке и смотрю в эти равнодушные глаза.

Он явно думает, что вполне резонно требовать подобное. Я даже не знаю, как это расценивать. Он только что боготворил меня в свое постели, говорил трогательные слова, а теперь он такой деловитый.

— И эта чушь со свиданиями, — продолжает он. — Этого, в любом случае, больше не случится.

Приходится сдерживаться от смеха.

— Почему ты просишь меня об этом? — прощупываю почву. Он так говорит, что хочет видеть нас верными друг другу?

Он пожимает плечами:

— Ни один мужчина не заставит тебя чувствовать себя так, как я, так что это в твоих лучших интересах.

Я в шоке от его самонадеянности. Он прав, но я не стану тешить его эго.

— Миллер, — ставлю на стол локти и лбом прижимаюсь к ладоням. — Может, просто скажешь, что именно ты имел в виду? — я смотрю на него и вижу тень беспокойства на его идеальном лице.

— Не хочу, чтобы кто — то еще ощущал твой вкус, — говорит он бесцеремонно. — Это может показаться нерезонным, но это то, чего я хочу, и я был бы рад, если б ты согласилась.

— А что насчет тебя? — шепотом задаю вопрос. — Я знаю о той женщине.

— Переживет.

Переживет? То есть, он посвятил ее.

— И она согласна на это?

— Да.

— Почему бы это имело значение, если она просто деловой партнер?

— Как я уже сказал прошлой ночью, не имеет, но это важно для тебя, поэтому я рассказал ей о тебе, и давай на этом закончим.

Скалюсь на него со своего места:

— Я ничего о тебе не знаю.

— Ты знаешь о моем клубе.

— Только потому, что случайно там оказалась. Сомневаюсь, что узнала бы о нем, если бы ждала, пока ты мне расскажешь. И уверена, ты бы ни за что не привел меня туда сам.

— Ошибаешься.

Хмурюсь на это его слово, самоуверенный скандалист.

— Ты была в списке гостей, Ливи. Если бы я не хотел, чтобы ты туда попала, я бы приказал убрать твое имя из списка.

Закрываю рот и отматываю пленку назад к тому моменту, что могу вспомнить, до того, как шампанское и текила взяли вверх.

— Ты наблюдал за мной весь вечер, так ведь?

— Да.

— Я была с Грегори.

— Была.

— Ты думал, что я с ним на свидании?

— Да.

— И тебе это не понравилось?

— Нет.

Так же, как ему не понравилось видеть меня с Люком.

— Ты ревновал, — говорю, а в голове вертится вопрос, в какой момент он понял, что Грегори гей. Может, на танцполе. Или в туалете. Он работал в «Айс»¹¹, но мой друг не кричит открыто о своей сексуальной ориентации. Он рослый парень, и ему вслед смотрят столько же девушек, сколько и парней-геев.

— Жутко, — подтверждает он.

Я была права и я рада, только он скажет еще хоть что-нибудь, кроме этого слова?

— Что мне с этого? — спрашиваю, чертовски хорошо понимая, что он скажет.

— Удовольствие.

Облокачиваюсь на стол. Наслаждение, доставленное Миллером, главный приз…почти. Но что я действительно хочу, так это его постоянная нежность, такая как когда у него есть его или когда мы в его постели.

— Ты хочешь, чтобы я была исключительно твоей?

— Да.

Меня это абсолютно устраивает, но учитывая обстоятельства этого разговора, и то, откуда он пошел, я не уверена, что Миллер только мой.

— А что насчет тебя?

— Меня?

— Ты перестанешь отвечать односложно? — взрываюсь я.

Наклоняется через стол:

— Я прошу прощения?

— Можешь просить все, что хочешь, — в ответ шипение, ярость закипает внутри. — Но от меня ты не получишь никакого прощения.

— Осмелюсь не согласиться.

— Вот опять ты туда же! — я толкаю с места свою миску так, что она ударяется о стеклянную миску с фруктами, толкая ту со своего места. — Проси! — смотрю, как его взгляд фокусируется на разбросанных на его идеальном столе предметах, он резко вздрагивает, лицо искажается в приступе ярости. От этого я только настораживаюсь.

Спокойнее, чем, я знаю, он чувствует себя на самом деле, Миллер несколько минут молча расставляет все по своим местам, потом он встает, и мой взгляд следует за ним до тех пор, пока он не скрывается из виду. Он стоит за мной, я напрягаюсь, чувствуя, как на плечи ложатся его руки, сквозь ткань футболки посылая по коже разряд тока.

— Это ты будешь просить, сладкая девочка, — его губы оказываются у моего уха, прикусывая мочку. — Ты выполнишь мою просьбу, потому что мы оба понимаем, что в твоей голове постоянно звучит вопрос, как ты будешь жить без моего внимания, — большие пальцы начинают вырисовывать приятные, уверенные круги на моих плечах.

— Даже не воображай, что это мои самые важные потребности, — выдыхаю, желая расслабиться от его прикосновения, но отказываюсь дарить своему телу еще большее наслаждение, которого оно так жаждет. В самом начале Миллер говорил, что не сможет быть со мной, а фактически, не может держаться от меня подальше.

Его руки исчезают на секунду и меня поднимают со стула.

— Я не воображаю, Ливи, — он начинает медленно наступать, так что я отступаю до тех пор, пока не оказываюсь осторожно прижатой к стене. — Именно эти потребности мои, поэтому я делаю это предложение и именно поэтому ты его примешь.

Мой мозг проделывает удивительную работу, не давая моему желанию прорваться наружу. Оно там, но есть еще и желание получить ответы.

— Ты говоришь так, как будто это деловая сделка.

— Я много работаю. Она меня истощает эмоционально и физически. Хочу иметь возможность боготворить тебя и баловать, когда заканчиваю.

— Думаю, ты, кажется, говоришь об отношениях, — шепчу я.

— Называй, как хочешь. Хочу, чтобы ты была в моем распоряжении.