Джоди Андерсон – Воровка памяти (страница 82)
Это был Прародитель. Князь Крови. Военачальник самого Казивара и главный надзиратель Преисподней.
Безглазый, он смотрел мне в самое нутро. Его взгляд обладал физической силой, он обжигал меня, снимал с меня кожу и плоть. Что я могла сделать против этого существа? Любой из нас? Само наше присутствие здесь представлялось нелепым высокомерием. Все равно что мыши пытались одолеть тигра.
Рамайя указал на меня. Обессиленная, я заплакала.
– Я знаю тебя.
Он отшвырнул тело Стража под стены дворца, где все еще сражались силы Олени и легионы Сардаха. Это противостояние становилось явно односторонним.
– Я испробовал тебя, – движения ртов не совпадали с произносимыми словами. То в них скрежетали зубы, то губы оставались неподвижными, и его голос зарождался из воздуха вокруг моих ушей. – Такая сладость, – средний рот облизнул губы. Верхний шептал. Нижний исходил кровью.
Я оцепенела от ужаса и не могла двинуться с места.
– Поток времени движется причудливым образом, не так ли? Судьба вынуждает всех нас плясать под ее дудку, – он мерзко фыркнул. – Вы думаете, всех вас оберегает эта паскудная девка, Олени, но все мы в конечном счете отвечаем перед Судьбой. Даже я. – Он указал на меня, на меч в моей уцелевшей, трясущейся руке. – Этот клинок. Ты недостойна держать его, девчонка. Ты пятнаешь его прикосновением своей смертной руки.
– Я… я… – забормотала я, заикаясь.
– БРОСЬ ЕГО.
Я вскрикнула и повалилась на спину. Меня охватил такой ужас, что я не могла дышать. Мгновение я молчала, а затем, растеряв всякое чувство гордости, принялась лепетать, умоляя его сохранить мне жизнь.
– Хелена, мужайся, – сказала негромко Августа.
Она подхватила меня под мышки и помогла подняться, после чего встала рядом со мной, плечом к плечу. Я почувствовала, как она вложила мне в левую руку что-то холодное и твердое. Клинок Вангрида.
– А, игрушка Гессиса, – усмехнулся Рамайя. – Какое любопытное создание. Назови свое имя, женщина, и я заставлю твой труп запеть сладким голосом.
– Ничего я тебе не скажу, – ответила Августа, скрывая ужас под маской свирепости.
– Неманская потаскуха! – взорвался Рамайя. – Значит, вот какие у тебя покровители! – Он указал на изуродованное тело Стража. – Где коренится твоя душа? В Золотом городе? Раскрой свои секреты, и я сохраню тебе жизнь.
– По моей команде ты должна рассечь нить, – шепнула мне Августа.
– Как? – спросила я в отчаянии.
– Скоро. Ты поймешь.
Все рты на безглазом лице вдруг взревели в унисон:
– Не тебе, полутрупу, пренебрегать мной! Гнусная дрянь из навоза и кости! Твой дух – гниль! Надо было отдать тебя Гессису. Когда я разграблю владения Олени, то подвергну твою душу самым долгим пыткам! Расскажи о ее замыслах, или я вытяну их из тебя как жилы…
Все случилось очень быстро.
Августа исчезла. На миг меня охватила глубокая горечь при мысли, что она оставила меня совсем одну. Но затем с того места, где она стояла, вспорхнул огромный грач. Птица величиной почти с меня, точно выпущенное копье, устремилось Рамайя в лицо, врезалось в средний рот и вспороло клювом нёбо.
Рамайя взревел и отшатнулся, клацнул зубами, но во рту остались лишь перья. Тогда он попытался схватить Августу руками – и отпустил нить, связывающую душу Клавера.
– Режь! – прокричала Августа.
В тот же миг я осознала, что к монастырю стекаются сотни – нет, тысячи – существ. Восприимчивые к страданиям своего хозяина и привлеченные тем, что творилось в доме Капитула, легионы Сардаха оставляли дворец и устремлялись к нам.
Собрав остатки мужества, я стиснула в руке Копье Вангрида и бросилась к призрачному двойнику Клавера.
Неистовый рев разнесся в пространстве. Я замерла и подняла голову. Рамайя схватил Августу в птичьем обличье.
– Нет! – закричала я.
– Давай же! – крикнула Августа.
Я полоснула клинком по нити. Августа прокричала заклятие Нирсанар Нави. Это были ее последние слова. Рамайя раздавил птицу в кулаке.
Я закрыла глаза.
И унеслась прочь.
Я очнулась на алтаре.
Леди Фрост стояла рядом и держала меня за руку – за правую руку – и гладила, как заботливая бабушка. Плоть имела землистый цвет, внутри пульсировала боль, и все же рука была на месте. Вокруг запястья были намотаны священные бусы и ленты. Один из шаманов тоже держал мою руку, надавливая большим пальцем на центр ладони, и бормотал какие-то заклинания.
Я медленно села.
– Полегче, – мягко, с участием и заботой, сказала леди Фрост. – Не спеши.
Я вдруг поняла, что держу что-то в левой руке. Изнуренная и сбитая с толку, я тупо уставилась на нее.
Это было Копье Вангрида. Когда Реси отправила меня назад, я неосознанно, сама того не желая, забрала его с собой. Сжатое в моей руке, оно прорезало путь сквозь ткань пространства и оказалось со мной в мире смертных.
Увидев его, леди Фрост широко раскрыла глаза. Она взглянула на меня.
– Что произошло?
– Я рассекла нить, – сказала я хриплым, измученным голосом. – Связь между Клавером и Рамайя, я разорвала ее, как вы велели.
– Ты сделала, Хелена, это, – с облегчением прошептала леди Фрост. Затем поцеловала меня в щеку и заключила в объятия. – У тебя получилось, – шептала она мне на ухо. – Благослови тебя Нема. Спасибо. У тебя получилось. Все позади.
– Выпей это. – Один из шаманов протянул мне какой-то отвар.
Я взяла чашу дрожащими руками и глотнула горячее острое варево. Усталость мгновенно развеялась, как после целой кружки кафе в Киарай.
– Что теперь будет? Когда связь разорвана?
– Теперь мы можем убить Клавера. Очень скоро, – сказала леди Фрост.
– А что с Реси? – спросила я.
В отличие от прежних погружений в священные измерения, которые в момент возвращения забывались как старый сон, это оставалось ясным и осязаемым. Как будто Рамайя все еще был здесь, не далее чем в десятке ярдов от меня, за разрушенной монастырской стеной. Я с трудом подавляла желание куда-нибудь спрятаться.
Леди Фрост печально покачала головой.
– Не знаю, каким образом вы расстались, но… мы больше не чувствуем ее. По крайней мере, не в Эдаксиме.
Меня вдруг захлестнуло чувство глубокой скорби.
– Он убил ее, – сказала я тихим голосом. И поняла, что воспоминание об этом будет преследовать меня до конца жизни.
– Ты уверена?
– Я не видела, как она умерла, но сбежать она не могла.
Леди Фрост погладила меня по спине.
– Еще будет время оплакать ее.
Я кивнула, хоть и не верила в это. Только тогда в сознание вновь пробились звуки сражения. До чего жалким, сколь ничтожным это все виделось теперь!
Я свесила ноги с алтаря.
– Мы в меньшинстве даже без Клавера.
Я не испытывала радости. Что бы ни говорила леди Фрост, как бы ни хвалила и ни подбадривала, мне хотелось лечь и свернуться в клубок. У меня не осталось ни сил, ни желания продолжать борьбу.
Леди Фрост жестом велела шаманам и сопровождающим нас воинам уходить.
– Значит, нам стоит что-нибудь предпринять, верно?
XXXII
Меч в руке правого