Джоан Роулинг – Гарри Поттер и принц-полукровка (страница 90)
– Петрификус Тоталус! – заорал Гарри, изо всех сил цепляясь за гладкий и мокрый камень и одновременно тыча палочкой в инферния, который его держал.
Труп разжал хватку, опрокинулся назад и с громким всплеском рухнул в озеро. Гарри кое-как поднялся, но на камень уже лезли другие инфернии; костлявые пальцы впивались в скользкую кромку суши, стылые пустые глаза слепо смотрели на Гарри, с лохмотьев стекала вода, впалые физиономии плотоядно щерились.
– Петрификус Тоталус! – взревел Гарри, пятясь и размахивая палочкой; шесть или семь трупов упали, но за ними наступало множество других. – Импедимента! Инкарцерус!
Кое-кто из инферниев споткнулся, одного или двух опутали веревки, но идущие следом просто переступали через лежащие тела. Упорно размахивая палочкой, Гарри закричал:
– Сектумсемпра! СЕКТУМСЕМПРА!
Но из дыр на мокром тряпье и ран на ледяной коже не проливалось ни капли крови: мертвецы шли и шли как ни в чем не бывало и тянули изъеденные руки. Гарри попятился дальше – и почувствовал, что и сзади его хватают тощие костлявые пальцы, холодные, как сама смерть. Гарри оторвали от земли, подхватили и медленно, но неуклонно потащили к воде. Он понял, что ему уже не вырваться, он утонет и тоже станет мертвым хранителем частицы изуродованной души Вольдеморта…
И тогда тьму прорезал огонь – малиново-золотое кольцо окружило каменный остров, и инфернии, цепко державшие Гарри, дрогнули и зашатались; они не осмеливались пройти сквозь огонь к воде. Они выронили Гарри; он ударился о землю, попытался встать, но поскользнулся и упал, до крови ободрав руки о камень, затем все-таки вскочил и, держа волшебную палочку на изготовку, огляделся.
Думбльдор очнулся и встал. Он был бледен, как инферний, но грозно возвышался над всеми; в его глазах танцевал огонь. Он держал волшебную палочку как факел, и пламя, рвущееся из нее, огромным жарким лассо обвивало остров.
Инфернии слепо тыкались друг в друга, спасаясь от подступающего огня…
Думбльдор схватил со дна чаши медальон и спрятал его во внутренний карман, затем поманил Гарри. Растерявшиеся инфернии, казалось, даже не заметили, что упустили добычу. Думбльдор повел Гарри к лодке; огненное кольцо двигалось вместе с ними. Инфернии ошалело добрели до края озера и с облегчением скользнули в темную воду.
Гарри дрожал с головы до ног. Он боялся, что Думбльдору не хватит сил перебраться в лодку: тот пошатывался, вся его энергия уходила на поддержание огненного кольца. Гарри подхватил Думбльдора и помог ему сесть. Стоило им войти в лодку, как она отчалила от острова, все еще окруженная кольцом пламени; инфернии кишели внизу, но не осмеливались высунуться.
– Сэр, – обессиленно выдохнул Гарри, – сэр, я совсем забыл… про огонь… они наступали, я запаниковал…
– Неудивительно, – пробормотал Думбльдор, и Гарри испугался – настолько слаб был его голос.
Лодка легко ткнулась в берег. Гарри выпрыгнул и обернулся помочь Думбльдору. Едва выступив из лодки, тот в изнеможении уронил руку; огненное кольцо исчезло, но инфернии больше не показывались. Лодка ушла под воду; цепь, звеня и бряцая, тоже ускользнула на глубину. Думбльдор громко вздохнул и привалился к стене пещеры.
– Я так устал… – пожаловался он.
– Не беспокойтесь, сэр, – отозвался Гарри, очень испуганный смертельной бледностью Думбльдора. – Я отведу вас обратно… обопритесь на меня…
Он закинул здоровую руку Думбльдора себе на плечи и, почти таща его на себе, зашагал вокруг озера.
– В общем и целом… защита оказалась… весьма хитроумной, – пролепетал Думбльдор. – Один человек не справился бы… ты молодец, Гарри, большой молодец…
– Лучше ничего не говорите сейчас, – невнятный голос и нетвердая походка Думбльдора тревожили не на шутку, – поберегите силы, сэр… мы скоро выберемся отсюда…
– Арка будет закрыта… мой нож…
– Не надо, я порезался о камень, – твердо сказал Гарри, – вы только покажите, где…
– Здесь…
Гарри провел ободранной рукой по стене пещеры; арочный проем, получив кровавую плату, мигом открылся. Они пересекли внешнюю пещеру, и Гарри помог Думбльдору спуститься в ледяную воду, наполнявшую расщелину в скале.
– Все будет хорошо, сэр, – снова и снова твердил Гарри, которого молчание Думбльдора страшило намного больше, чем затрудненная речь. – Мы почти на месте… я вам помогу аппарировать обратно… не бойтесь…
– Я и не боюсь, Гарри, – ответил Думбльдор. Его голос слегка окреп, несмотря на ледяную воду. – Я ведь с тобой.
Глава двадцать седьмая
Башня, пораженная молнией
Наконец над головой снова показались звезды. Гарри втащил Думбльдора на вершину ближайшего валуна и помог встать на ноги. Гарри страшно промок, у него зуб на зуб не попадал от холода; он сгибался под тяжестью Думбльдора, однако собрал последние силы и сосредоточился на своем направлении: Хогсмед. Он зажмурился, стиснул руку своего спутника и шагнул вперед, в знакомую давящую пустоту.
Еще не открыв глаза, он понял, что путешествие прошло благополучно: запах соли и морской бриз исчезли. Они с Думбльдором стояли посреди неосвещенной Высокой улицы; с обоих ручьями стекала вода, оба дрожали с головы до пят. На один жуткий миг воображение Гарри нарисовало инферниев, наползающих со всех сторон, но он моргнул и увидел, что вокруг тихо и тьма стоит абсолютная, если не считать нескольких фонарей и светящихся окон над магазинами.
– Получилось, профессор! – обессиленно прошептал Гарри, только сейчас почувствовав ужасную резь в груди. – Получилось! Мы добыли окаянт!
Думбльдор пошатнулся и привалился к нему. Сначала Гарри подумал, что из-за его неумелого аппарирования у профессора закружилась голова, но потом заглянул ему в лицо и ужаснулся: оно было покрыто испариной и даже в тусклом свете фонарей поражало своей бледностью.
– Сэр, вы как?
– Бывало и получше, – еле-еле ответил Думбльдор, но уголки его губ дрогнули. – Это зелье… тонизирующим не назовешь…
И, к полному отчаянию Гарри, Думбльдор осел на землю.
– Сэр… не волнуйтесь, сэр, вам сейчас станет лучше, не бойтесь…
Он в панике огляделся, рассчитывая найти хоть какую-то помощь, но нигде никого не было, а Гарри понимал одно: необходимо любым способом срочно доставить Думбльдора в лазарет.
– Надо отвести вас в школу, сэр… к мадам Помфри…
– Нет, – возразил Думбльдор. – Нужен… профессор Злей… но я… прямо сейчас вряд ли дойду…
– Да… сэр, послушайте… я постучусь куда-нибудь, найду, где вам передохнуть… а сам сбегаю и приведу мадам…
– Злотеуса, – ясно сказал Думбльдор. – Нужен Злотеус…
– Хорошо, Злей, пускай… но мне все равно придется оставить вас ненадолго, чтобы…
Однако не успел Гарри пошевелиться, как послышались торопливые шаги. Его сердце ликующе подпрыгнуло: их заметили, поняли, что требуется помощь! Он оглянулся: к ним спешила мадам Росмерта в пушистых шлепанцах на высоких каблуках и шелковом халате с драконами.
– Я закрывала занавески в спальне – и вдруг вы! Хвала небесам, хвала небесам, я не знала, что и… Что это с Альбусом?
Она остановилась и, часто дыша, широко распахнутыми глазами уставилась на Думбльдора.
– Он ранен, – объяснил Гарри. – Мадам Росмерта, можно ему побыть в «Трех метлах», пока я сбегаю в школу за помощью?
– Тебе нельзя туда одному! Ты что, не понимаешь?.. Вы не видели?..
– Если поможете его поднять, – не слушая, продолжал Гарри, – мы отведем его внутрь…
– В чем дело? – спросил Думбльдор. – Росмерта, что случилось?
– Сме… Смертный Знак, Альбус.
И она показала в небо над «Хогварцем». От ее слов Гарри охватил животный страх… он обернулся, посмотрел…
Над школой висел светящийся зеленый череп с языком-меей, знак Упивающихся Смертью… знак, который они оставляют… когда убивают кого-то…
– Давно появился? – спросил Думбльдор. Его рука больно впилась Гарри в плечо – профессор с трудом поднимался с земли.
– Буквально пару минут назад; когда я выпускала кошку, еще не было, а когда пошла наверх…
– Нам надо немедленно в замок, – сказал Думбльдор. Его пошатывало, но голос звучал властно. – Росмерта, потребуется транспорт… метлы…
– У меня есть парочка за баром, – испуганно пролепетала та. – Сбегать принести?
– Нет, Гарри сам справится.
Гарри с готовностью поднял волшебную палочку:
– Акцио метлы Росмерты.
Секунду спустя из паба, грохнув дверью, вырвались две метлы, наперегонки помчались к Гарри и, чуть заметно вибрируя, замерли подле него.
– Росмерта, сообщи, пожалуйста, в министерство, – распорядился Думбльдор, оседлывая ближнюю метлу. – В «Хогварце», возможно, еще не поняли… Гарри, надень плащ-невидимку.
Гарри достал из кармана плащ, накинул на себя и только потом сел на метлу. Мадам Росмерта на своих высоких каблуках уже бежала к пабу, а Гарри с Думбльдором оттолкнулись от земли, взмыли и устремились к замку. Гарри то и дело косился на своего спутника, чтобы, если тот начнет падать, вовремя его подхватить, однако вид Смертного Знака, похоже, придал Думбльдору сил: прильнув к метле, он летел сквозь ночь, не сводя глаз с зеленого черепа, и длинные серебристые волосы и борода его развевались. Гарри тоже смотрел на жуткую метку, и страх бурлил в нем отравой, не давая дышать и заставляя забыть обо всем…
Сколько времени они отсутствовали? Выдохлось ли зелье удачи у Рона, Гермионы и Джинни? Неужели Смертный Знак запустили из-за них? Или это Невилл, Луна, кто-нибудь из Д. А.? А если так… ведь патрулировать коридоры, выйти из безопасных спален приказал им он, Гарри… Неужели он вновь окажется виноват в смерти друга?