Джоан Роулинг – Гарри Поттер и орден фениксаа (страница 69)

– Конечно! – подтвердил Сириус. – Думаешь, мы с твоим отцом стали бы сидеть смирно и слушаться какой-то старой каракатицы?

– Но… в том году ты все твердил, чтобы я был осторожен и не рисковал …

– В том году было ясно, что кто-то в «Хогварце» хочет тебя убить! – возразил Сириус. – А в этом году кое-кто вне «Хогварца» хочет убить нас всех, и мне кажется, сейчас самое время учиться себя защищать!

– А если нас исключат? – спросила Гермиона.

– Гермиона, это же твоя затея! – уставился на нее Гарри.

– Знаю. Мне просто интересно, что думает Сириус, – пожала плечами она.

– По мне, лучше вылететь из школы, но уметь за себя постоять, чем сидеть в школе как баран, не понимая, что происходит, – ответил Сириус.

– Верно, верно, – с энтузиазмом закивали Гарри и Рон.

– Короче, – сказал Сириус, – как вы будете встречаться? Вы уже решили где?

– Вот с этим как раз проблема, – ответил Гарри. – Понятия не имеем.

– А Шумной Шалман?

– Слушайте, а это мысль! – возбужденно воскликнул Рон, но Гермиона скептически хмыкнула, и все, в том числе голова Сириуса в камине, повернулись к ней.

– Понимаешь, Сириус, в Шалмане вы встречались вчетвером, – объяснила Гермиона, – при этом все умели превращаться в животных и могли, если что, укрыться одним плащом-невидимкой. А нас двадцать восемь, и ни одного анимага, нам понадобится не плащ, а шатер-невидимка…

– Это верно, – несколько смутился Сириус. – Ладно, что-нибудь обязательно найдется. Помнится, на четвертом этаже за большим зеркалом был довольно просторный секретный проход. Может, там хватило бы места потренироваться в порче.

– Фред с Джорджем говорят, что прохода больше нет, – покачал головой Гарри. – Завалило, что ли.

– А… – Сириус нахмурился. – Ну, я еще подумаю, а потом…

Он неожиданно умолк и тревожно нахмурился. Затем повернулся и посмотрел вбок, в кирпичную стенку камина.

– Сириус? – обеспокоенно позвал Гарри.

Но тот исчез. Гарри остолбенело поглядел в огонь и повернулся к Рону с Гермионой:

– Куда он?..

Гермиона судорожно охнула и, не отрывая глаз от камина, в страшном испуге вскочила.

Среди танцующих языков пламени появилась рука, тщетно пытавшаяся что-то схватить, – широкая кисть с пальцами-обрубками, унизанными уродливыми старинными кольцами.

Ребята бросились бежать. У двери в спальню Гарри обернулся. Рука Кхембридж в камине по-прежнему цапала пальцами воздух, словно прекрасно знала, где именно была голова Сириуса, и твердо вознамерилась его поймать.

Глава восемнадцатая

«Думбльдорова армия»

– Кхембридж читает твои письма, Гарри. Это единственное объяснение.

– По-твоему, это она напала на Хедвигу? – в ярости спросил Гарри.

– Я почти уверена, – угрюмо сказала Гермиона. – Следи за лягушкой, она сейчас сбежит.

Гарри направил палочку на лягушку-быка, которая с надеждой поскакала было к краю стола.

– Акцио! – И недовольная лягушка тотчас перенеслась к нему в руку.

Вести приватные беседы на уроке заклинаний очень удобно: все так шумят и мельтешат, что подслушать чей-то разговор практически невозможно. Вот и сегодня за кваканьем лягушек, карканьем воронов и громким стуком дождя в окна никто не обращал внимания на Гарри, Рона и Гермиону, тихо обсуждавших, как Кхембридж чуть не поймала Сириуса.

– Я это подозревала с тех самых пор, как Филч обвинил тебя, что ты заказываешь навозные бомбы. Совершенно идиотская ложь, – шептала Гермиона. – Если б он прочитал твое письмо, он бы сразу увидел, что никаких бомб ты не заказывал… Неубедительный какой-то предлог. Но потом я подумала: а вдруг кому-то просто нужен повод прочитать твое письмо? Тогда для Кхембридж все складывалось идеально – намекнула Филчу, подождала, пока он сделает за нее грязную работу, а потом забрала бы письмо. Украла бы или потребовала – вряд ли Филч был бы против, какое ему дело до нарушения прав школьников. Гарри, ты раздавишь лягушку.

Гарри опустил взгляд; и впрямь он так сдавил лягушку, что глаза у нее вылезли из орбит. Гарри поскорее положил несчастное животное на стол.

– Мы вчера чуть не попались, – сказала Гермиона. – Мне только интересно, догадывается ли Кхембридж, насколько близко она к нам подобралась. Силенцио.

Лягушка, на которой Гермиона практиковалась в наложении замолчары, затихла на полузвуке и обиженно воззрилась на Гермиону.

– Если бы она поймала Шлярика…

Гарри договорил за нее:

– …Он бы, скорее всего, сегодня утром уже сидел в Азкабане. – Гарри рассеянно махнул палочкой, лягушка-бык раздулась, как огромный зеленый воздушный шар, и тоненько засвистела.

– Силенцио! – Гермиона торопливо ткнула палочкой в сторону раздувшейся лягушки, и та быстро и беззвучно сдулась. – Значит, теперь ему ни в коем случае нельзя здесь появляться, только и всего. Правда, непонятно, как ему об этом сообщить. Сову ведь не пошлешь.

– Да он и сам не дурак, не станет рисковать, – сказал Рон. – Он же понимает, что чуть не попался. Силенцио.

Его большой и уродливый ворон насмешливо каркнул.

– Силенцио. СИЛЕНЦИО!

Ворон каркнул еще громче.

– Ты неправильно двигаешь палочкой, – заметила Гермиона, критически поглядев на Рона, – надо не взмах, а такой резкий выпад.

– Вороны – это тебе не лягушки, – процедил Рон.

– Хорошо, давай поменяемся. – Гермиона схватила ворона и посадила на его место жирную лягушку. – Силенцио! – Ворон по-прежнему открывал и закрывал клюв, но из него не раздавалось ни звука.

– Очень хорошо, мисс Грейнджер, – раздался за их спинами скрипучий голосок профессора Флитвика. Ребята вздрогнули. – А теперь хотелось бы посмотреть, что получается у вас, мистер Уизли.

– Что?.. О!.. А!.. Сейчас, – всполошился Рон. – Э-э… Силенцио!

Он сделал резкий выпад в сторону лягушки и, не рассчитав, попал ей палочкой в глаз. Лягушка оглушительно квакнула и спрыгнула со стола.

Неудивительно, что Гарри и Рон получили дополнительное домашнее задание – им было велено практиковаться в замолчарах.

На перемене ученикам разрешили остаться в помещении – на улице шел проливной дождь. Гарри, Рон и Гермиона нашли место в классе на первом этаже, где было полно народу и очень шумно, а под потолком у люстры плавал сонный Дрюзг и изредка лениво сбрасывал кому-нибудь на голову чернильную бомбочку. Не успели ребята сесть, как к ним между группками школьников пробралась Ангелина.

– Я получила разрешение! – победно объявила она. – На возобновление деятельности квидишной команды!

– Здорово! – хором воскликнули Рон и Гарри.

– Да, – просияла Ангелина. – Я была у Макгонаголл. А она, по-моему, ходила к Думбльдору. Так или иначе, Кхембридж сдалась. Ха! В общем, сегодня в семь собираемся на поле, хорошо? Надо наверстать упущенное. Вы в курсе, что до первой игры осталось всего три недели?

Ангелина отбыла, протискиваясь сквозь толпу, и исчезла, успев ловко увернуться от чернильной бомбочки, которая попала в какого-то первоклассника.

Рон поглядел в окно, от ливня мутное, и улыбка его поугасла.

– Надеюсь, дождь прекратится… Гермиона, ты что?

Она тоже смотрела в окно, но ее мысли явно витали где-то далеко. Взгляд был затуманен, лоб нахмурен.

– Я думаю… – пробормотала она, не отводя глаз от залитого дождем стекла.

– О Си… о Шлярике? – спросил Гарри.

– Нет… не совсем… – медленно ответила Гермиона. – Скорее… интересно… думаю, мы поступаем правильно… по-моему… Да?

Гарри переглянулся с Роном.

– Спасибо, теперь понятно, – сказал Рон. – А то, знаешь, очень раздражает, когда тебе ничего не могут толком объяснить.

Гермиона перевела на него взгляд, будто лишь теперь заметила, что он стоит рядом.

– Я думала, – она заговорила отчетливее, – правильно ли мы поступаем. Я имею в виду общество защиты от сил зла.

– Что?! – хором вскричали Рон и Гарри.