Джоан Роулинг – Гарри Поттер и кубок огня (страница 23)

– Хвала небесам! Хвала небесам!

Миссис Уизли, очевидно, давно дожидавшаяся во дворе, побежала навстречу – как была, в домашних шлепанцах, лицо бледно и очень напряженно, рука судорожно мнет утренний «Оракул».

– Артур!.. Я так волновалась… так волновалась…

Она бросилась на шею мужу, и газета выпала из ослабевшей руки. Гарри разобрал заголовок «ТЕРРОР НА ФИНАЛЕ КУБКА» и увидел черно-белую фотографию Смертного Знака, что призрачно посверкивал над верхушками деревьев.

– Вы живы, – пролепетала миссис Уизли, отстраняясь от мужа и обводя всех красными глазами, – живы… мальчики мои… – и, ко всеобщему удивлению, она обхватила руками близнецов и притянула к себе так рьяно, что те стукнулись головами.

– Ой! Мам – задушишь!..

– Я же на вас накричала! – Миссис Уизли принялась всхлипывать. – Я ни о чем другом думать не могла! Что, если бы Сами-Знаете-Кто вас убил, а я вам напоследок только и сказала, что вы получили С.О.В.У. меньше, чем надо? Ой, Фред… Джордж…

– Ну успокойся, Молли, с нами все в полном порядке, – ласково сказал мистер Уизли, отрывая жену от близнецов и мягко разворачивая к дому. – Билл, – добавил он вполголоса, – подбери-ка газету, я хочу посмотреть, что там…

Когда все набились в крошечную кухню и Гермиона заварила миссис Уизли чашку очень крепкого чая, куда по настоянию мистера Уизли добавили «Отменного Огневиски Огдена», Билл протянул отцу газету. Мистер Уизли пробежал глазами первую полосу. Перси читал через его плечо.

– Я так и знал, – сумрачно произнес мистер Уизли. – «Некомпетентность министерства… виновные не найдены… пренебрежение мерами безопасности… черные маги распоясались… позор нации…» Кто написал? А… ну конечно… Рита Вритер.

– У этой женщины зуб на министерство магии! – возмутился Перси. – На прошлой неделе у нее же было, что мы теряем время на бессмысленную возню с котлами, а надо бы истреблять вампиров! Как будто в параграфе 12 «Руководства по обращению с человекоподобными существами неколдовской природы» не указано специально…

– Сделай одолжение, Персик, – зевнул Билл, – заткнись.

– Тут и про меня есть. – Глаза мистера Уизли за стеклами очков широко распахнулись, когда он дочитал до конца.

– Где? – булькнула миссис Уизли, поперхнувшись чаем с виски. – Если б я увидела, я бы знала, что вы живы!

– Имя не упомянуто, – мотнул головой мистер Уизли, – вот послушайте: «Если перепуганные колдуны и ведьмы, затаив дыхание ожидавшие новостей на опушке леса, рассчитывали получить поддержку и утешение от представителей министерства магии, их, увы, ждало разочарование. Спустя некоторое время после появления Смертного Знака из леса вышел работник министерства, сообщил, что никто не пострадал, но в остальном комментировать отказался. Достаточно ли этого заявления, чтобы положить конец слухам о том, будто спустя час из леса вынесли несколько бездыханных тел, нам лишь предстоит выяснить». Ну знаете, – с досадой сказал мистер Уизли, отдавая газету Перси. – Ведь и в самом деле никто не пострадал, что же мне было говорить? «Слухам о том, будто из леса вынесли несколько бездыханных тел…» Теперь уж точно пойдут слухи, после такой заметки. – Он тяжело вздохнул: – Молли, мне придется пойти на работу, все это нужно улаживать.

– Я пойду с тобой, отец, – геройски вызвался Перси. – Мистеру Сгорбсу сегодня потребуются все. Кроме того, я смогу лично вручить ему отчет.

И он бегом кинулся из кухни.

Миссис Уизли совсем расстроилась:

– Артур, у тебя же отпуск! Твой отдел тут вообще ни при чем, министерство как-нибудь разберется без тебя…

– Мне нужно идти, Молли, – твердо сказал мистер Уизли, – из-за меня стало только хуже. Пойду надену мантию и отправлюсь.

– Миссис Уизли, – не сдержавшись, спросил Гарри, – а Хедвига не приносила мне письмо?

– Хедвига, деточка? – рассеянно переспросила миссис Уизли. – Нет… нет, вообще писем не было.

Рон и Гермиона с интересом посмотрели на Гарри.

Бросив на них многозначительный взгляд, он спросил:

– Ничего, если я пойду брошу вещи у тебя, Рон?

– Да… я, наверно, тоже пойду, – сразу ответил тот. – Гермиона?

– Да, – быстро кивнула она.

Все трое бодро вышли из кухни и зашагали по лестнице.

– В чем дело, Гарри? – спросил Рон, едва за ними закрылась дверь мансарды.

– Я вам кое-что не сказал, – объявил Гарри. – В субботу я проснулся оттого, что у меня опять болел шрам.

Реакция друзей была практически такой, как Гарри себе и представлял. Гермиона вскрикнула и тут же начала выдвигать версии, перечислять книги и авторитетных лиц, начиная с Альбуса Думбльдора и заканчивая школьной фельдшерицей мадам Помфри.

А Рон был совершенно ошарашен.

– Но ведь… его же там не было, да? Сам-Знаешь-Кого?.. Ну то есть… когда в прошлый раз у тебя болел шрам, он же был в «Хогварце»…

– На Бирючинной улице его не было, в этом я уверен, – задумчиво протянул Гарри, – но я видел его во сне… его и Питера… ну, Червехвоста. Я всего сейчас не помню, но они планировали убить… кого-то.

Он хотел было сказать «меня», но не осмелился – Гермиона и так перепугалась до смерти.

– Это же просто сон, – с напускной бодростью утешил Рон, – обычный ночной кошмар.

– Да-а, но вдруг нет? – Гарри повернулся и посмотрел в окно на светлеющее небо. – Странно все же… сначала у меня болит шрам, и всего через три дня это шествие Упивающихся Смертью, а в небе символ Вольдеморта…

– Да – не – говори – ты – имени! – сквозь зубы произнес Рон.

– А помните, что предсказала профессор Трелони? – продолжал Гарри, не обращая внимания на Рона. – В конце года?

Профессор Трелони преподавала в «Хогварце» прорицание.

Испуг Гермионы мгновенно улетучился. Она фыркнула:

– Ой, Гарри, и ты будешь верить всему, что плетет эта старая дура?

– Тебя там не было, – возразил Гарри, – ты ее не слышала. В тот раз все было по-другому. Говорю же, она впала в транс – настоящий транс. И сказала, что Черный Лорд восстанет вновь… могущественнее и ужаснее прежнего… и случится это потому, что к нему вернется его верный слуга… а той ночью сбежал Червехвост.

Воцарилось молчание. Рон, сидя на кровати, рассеянно ковырял пальцем дырку в покрывале с «Пуляющими пушками».

– А почему ты спросил про Хедвигу? – спросила Гермиона. – Должно быть письмо?

– Я написал Сириусу про шрам, – пожал плечами Гарри. – Жду, что он ответит.

– Ты гений! – Лицо у Рона прояснилось. – Наверняка Сириус знает, что делать!

– Я надеялся, что он ответит быстрее, – пробормотал Гарри.

– Мы же не знаем, где он… может, в Африке, – резонно заметила Гермиона. – Туда Хедвиге не долететь за пару дней.

– Да, конечно, – согласился Гарри, но, когда очередной раз выглянул в окно и не увидел в небе ни малейшего намека на Хедвигу, на душе у него сделалось очень тяжело.

– Пойдем, поиграем в саду в квидиш, – предложил ему Рон. – Пошли! Трое на трое, и Билл, и Чарли, и Фред с Джорджем, все с удовольствием… Попробуешь Обманку Вральского…

– Рон, – произнесла Гермиона этаким особым голосом – мол, какой ты нечуткий, – Гарри вряд ли сейчас до квидиша… он устал, он нервничает… нам всем неплохо бы поспать…

– Мне как раз очень даже до квидиша, – вдруг осознал Гарри. – Подожди, я «Всполох» возьму.

Гермиона вышла, проворчав что-то очень похожее на «мальчишки».

Всю неделю мистер Уизли и Перси редко появлялись дома. Они уходили рано утром еще до того, как поднимались остальные, и возвращались гораздо позднее ужина.

– Вы не представляете, какой у нас там кошмар, – с усталой важностью поведал Перси ребятам в воскресенье вечером, накануне их возвращения в школу. – Я всю неделю тушил пожары. Нам постоянно шлют вопиллеры, а если их сразу не открыть, они взрываются. У меня по всему столу подпалины, и лучшее перо сгорело.

– А почему вам шлют вопиллеры? – спросила Джинни. Сидя на коврике у камина в гостиной, она заклеивала колдолентой «Тысячу волшебных трав и грибов».

– Жалуются на плохую охрану во время финального матча, – объяснил Перси, – и хотят компенсацию за испорченное имущество. Мундугнус Флетчер вообще прислал иск на возмещение стоимости палатки – двенадцать спален и в каждой джакузи, – но я его раскусил. Я прекрасно помню, что он ночевал под плащом на четырех палках.

Миссис Уизли глянула в угол на напольные часы. Гарри они очень нравились. Правда, узнать по ним время не представлялось возможным, но в остальном их показания были весьма информативны. На девяти золотых стрелках были выгравированы имена девяти Уизли. На циферблате не цифры, а описания мест, где могут находиться члены семьи. Версии разные: и «дома», и «на работе», и «в школе», но также и «пропал», «в больнице», «в тюрьме», а там, где у нормальных часов цифра 12, значилось: «в смертельной опасности».

Сейчас восемь стрелок стояли в положении «дома», но стрелка мистера Уизли, самая длинная, все еще указывала «на работе».

– Ваш папа не ходил на работу по выходным со времен Сами-Знаете-Кого, – вздохнула миссис Уизли. – Они его совершенно не щадят. И ужин испортится, если он не придет с минуты на минуту.

– Что ж, папа хочет загладить свою ошибку на матче, – сказал Перси. – Если честно, не очень-то осмотрительно было с его стороны делать публичные заявления, не согласовав их предварительно с главой департамента…

– Не смей винить отца в том, что наговорила эта ужасная женщина! – мигом вскипела миссис Уизли.