Джоан Роулинг – Гарри Поттер и Дары Смерти (страница 89)
– А мы сейчас разве не в «Хогварц»? – растерялся Рон.
– Туда, туда, – успокоил Невилл. – Сейчас увидите. Уже пришли.
Они свернули и оказались в конце тоннеля. Короткая лестница вела к потайной двери, как за портретом Арианы. Невилл толкнул дверь и пролез. Гарри, последовав за ним, услышал, как Невилл крикнул кому-то:
– Смотрите, кто здесь! Я же говорил!
Когда Гарри выбрался в комнату, его встретили воплями:
– ГАРРИ!
– Это Поттер, ПОТТЕР!
– Рон!
–
Гарри ничего не соображал: какие-то разноцветные драпировки, лампы, множество лиц… Через секунду их с Роном и Гермионой обнимали как минимум человек двадцать. Их хлопали по спине, им ерошили волосы, жали руки; можно было подумать, будто они только что выиграли квидишный финал.
– Ладно, ладно, успокойтесь! – велел Невилл. Толпа немного отступила, и Гарри смог рассмотреть комнату.
Он совсем ее не узнавал. Огромная, смахивает на роскошный древесный шалаш или на гигантский кубрик. С потолка и балкона, что тянулся вдоль глухих стен, отделанных панелями темного дерева и украшенных яркими знаменами, свисали разноцветные гамаки. Гарри пригляделся к знаменам: золотой гриффиндорский лев на алом фоне, черный барсук «Хуффльпуффа» на желтом, бронзовый орел «Вранзора» на синем. Не было лишь серебра и зелени «Слизерина». До отказа набитые книжные шкафы, у стен – несколько метел, в углу – большое деревянное радио.
– Где мы?
– В Кстати-комнате, где ж еще! – ответил Невилл. – Она превзошла сама себя. За мной гнались Карроу – ясно было, что у меня один-единственный шанс спрятаться. Я сумел войти – и вот! Правда, тогда она была гораздо меньше, с одним гамаком и знаменем «Гриффиндора». Но наших прибывало, и она росла.
– И Карроу сюда не попасть? – спросил Гарри, озираясь и пытаясь понять, где дверь.
– Нет, – сказал Шеймас Финниган, и лишь тогда Гарри его узнал: страшно израненное лицо Шеймаса сильно опухло. – Отличное убежище: пока хотя бы кто-то один здесь, нас не найдут, и дверь не открывается. Спасибо Невиллу. Он эту Комнату
– Да тут все просто, – скромно заметил Невилл. – Я пробыл здесь дня полтора, жутко проголодался и хотел какой-нибудь еды – и тут открылся тоннель в «Башку борова»! Я прошел по нему и встретил Аберфорса. Он снабжает нас провизией. Комната сама почему-то этого не умеет.
– Конечно, не умеет: еда – одно из пяти исключений из закона Гампа об основных принципах элементарных превращений, – поведал, изумив всех, Рон.
– Так мы и прячемся уже почти две недели, – продолжал Шеймас. – А комната отращивает новые гамаки, если надо, и даже устроила неплохую ванную, когда стали появляться девочки…
– …ну да, и подумали, что неплохо будет умыться, – добавила Лаванда Браун, которую Гарри до этого не замечал. Теперь, осмотревшись, он узнал многих. Близняшки Патил, Терри Бут, Эрни Макмиллан, Энтони Голдштейн, Майкл Корнер.
– Расскажите, чем вы занимались, – сказал Эрни. – Про вас столько слухов! Мы старались следить за новостями по «Поттер-дозору». – Он показал на радио. – Вы ведь не вламывались в «Гринготтс»?
– Вламывались! – отозвался Невилл. – И про дракона тоже правда!
Послышались редкие аплодисменты, кое-кто загикал. Рон отвесил поклон.
– Что вы там искали? – жадно спросил Шеймас.
Не успели они ответить вопросом на вопрос, шрам Гарри чудовищно обожгло. Он поспешно отвернулся от любопытных счастливых лиц. Кстати-комната исчезла, и он очутился перед разрушенным каменным домишкой. У ног его лежали груды выдранных гнилых половиц. Возле ямы валялась открытая, пустая золотая шкатулка, а голову разрывал яростный крик Вольдеморта.
Невероятным усилием Гарри покинул его разум и снова оказался в Кстати-комнате. Он стоял, пошатываясь и обливаясь пóтом. Рон поддерживал его.
– Ты как, Гарри? – спрашивал Невилл. – Присядешь? Вы, наверно, устали…
– Нет.
Гарри посмотрел на Рона и Гермиону, пытаясь без слов внушить им, что Вольдеморт обнаружил пропажу еще одного окаянта. Время истекало: если теперь Вольдеморт собирается в «Хогварц», они упустят шанс…
– Нам пора, – сказал он и по их лицам догадался, что оба поняли.
– Куда? – с готовностью спросил Шеймас. – Что будем делать?
– Делать? – переспросил Гарри. Он тратил все силы на то, чтобы не поддаться злобе Вольдеморта, и шрам по-прежнему горел. – Ну, мы – Рон, Гермиона и я – действительно должны кое-что сделать. А потом мы линяем отсюда.
Больше никто не смеялся и не гикал. Невилл смотрел озадаченно:
– Что значит «линяем»?
– Мы не насовсем вернулись. – Гарри потер шрам, пытаясь усмирить боль. – У нас тут кое-что важное…
– Что?
– Я… не могу сказать.
Со всех сторон послышался ропот. Брови Невилла сошлись на переносице.
– Почему? Это против Сам-Знаешь-Кого?
– Ну да…
– Значит, мы поможем.
Члены «Думбльдоровой армии» закивали: одни с энтузиазмом, другие торжественно. Кое-кто вскочил со стульев – мол, мы готовы действовать незамедлительно.
– Вы не понимаете. – В последние несколько часов Гарри как будто только и делал, что без конца это повторял. – Мы… не можем сказать. Мы должны сами… втроем.
– Почему? – не отступал Невилл.
– Потому что… – Собраться с мыслями было трудно. Отчаянно не терпелось пойти искать окаянт или по крайней мере с Роном и Гермионой наедине обсудить, с чего начинать. И шрам все еще ныл. – Думбльдор оставил нам троим задание, – произнес Гарри, тщательно подбирая слова, – и мы не имеем права делиться… В смысле он хотел, чтобы это сделали мы.
– А мы – его армия, – сказал Невилл. – «Думбльдорова армия». Мы были вместе, мы боролись вместе, пока вас троих где-то носило…
– Мы вообще-то не на солнышке загорали, дружище, – перебил Рон.
– Я и не говорю. Но все равно не понимаю, почему вы нам не доверяете. Все здесь бойцы, все здесь потому, что за ними по замку охотятся Карроу. Мы доказали свою преданность Думбльдору – и вам.
– Послушайте… – Гарри еще не знал, что скажет, но договаривать и не пришлось: позади него распахнулась дверь в тоннель.
– Мы получили сообщение, Невилл! Привет, троица, мы так и думали, что вы здесь!
Вошли Луна и Дин. Шеймас взревел от счастья и кинулся обнимать лучшего друга.
– Привет всем! – радостно воскликнула Луна. – О-о, как же хорошо вернуться!
– Луна… – удивился Гарри, – как ты здесь?.. Откуда ты?..
– Я ее вызвал, – объяснил Невилл, показывая фальшивый галлеон. – Я обещал им с Джинни, что сообщу, если вы появитесь. Мы все думали, что раз вы вернулись, значит, будет революция. Мы свергнем Злея и Карроу.
– И теперь будет революция! – бодро поддержала Луна. – Правда же, Гарри? Мы выгоняем их из «Хогварца»?
– Послушайте, – в панике снова заговорил Гарри, – мне жаль, но мы вернулись не для этого. Нам обязательно надо кое-что сделать, а потом…
– Вы бросите нас одних разгребать этот кошмар? – вознегодовал Майкл Корнер.
– Нет! – возразил Рон. – То, что мы делаем, – это на пользу всем, это остановит Сами-Знаете-Кого.
– Тогда дайте помочь! – рявкнул Невилл. – Мы тоже хотим!
Сзади снова послышался шум, и Гарри обернулся. Сердце у него оборвалось: из отверстия в стене выбиралась Джинни, а за ней Фред, Джордж и Ли Джордан. Джинни одарила Гарри сияющей улыбкой. Он напрочь забыл, а может, взаправду никогда и не сознавал, до чего Джинни красивая, и, однако, сейчас ни капли ей не обрадовался.
– Аберфорс уже бурчит, – объявил Фред, помахав в ответ на приветственные крики. – Он, видите ли, собрался соснуть, но тут не паб, а вокзал.
От удивления Гарри разинул рот. Теперь в комнату пролезла его бывшая подруга Чо Чан. Она улыбнулась ему.
– Я получила сообщение. – Она предъявила свой фальшивый галлеон и села рядом с Майклом Корнером.
– Ну-с, каков план, Гарри? – осведомился Джордж.
– Нет никакого плана. – От внезапного нашествия всей этой толпы он совершенно растерялся и уже ничего не понимал, а шрам болел нестерпимо.