Джоан Роулинг – Человек с клеймом (страница 87)

– А если у Рупа было две тысячи фунтов, он, должно быть, продал неф! Он, очевидно, получил аванс от "Серебра Рамси", пока они его продавали!

– Владелец "Серебра Рамси" утверждает, что у него всегда был в наличии только один неф, – сказал Страйк. – Он был масонским и был украден в ночь убийства Райта.

– Но Рамси вряд ли признался бы, что у него есть неф моего отца, не так ли? – сказала Десима. – Его украли!

– Что ж, доказать отрицательный ответ крайне сложно, – сказал Страйк, стараясь сохранять вежливый тон. – Мы не можем быть на сто процентов уверены, что Кеннет Рамси никогда не покупал неф вашего отца, но я думаю, это очень маловероятно. Его магазин специализируется на масонских изделиях и…

– Но откуда у Рупа взялось две тысячи фунтов?

– Я не отрицаю, что он мог продать неф где-то…

– Но это же огромное совпадение, что в "Серебре Рамси" находят тело, которое в точности соответствует Рупу, у которого было серебро на продажу, разве нет? – спросила Десима, повысив голос. – И что за Рупом охотился наркоторговец, который угрожал его убить?

Конечно, она уже говорила об этом и лично, и по электронной почте. Страйк мог бы ответить, что тело не больше похоже на Руперта Флитвуда, чем любой другой мужчина, чьи фотографии были приколоты к пробковой доске в офисе. Он мог бы даже указать, что в стране, должно быть, тысячи людей, у которых есть серебро, которое они хотели бы обменять на наличные, но он также не видит оснований полагать, что кто-то из них умер в серебряном хранилище. Пока он пытался сформулировать дипломатичгный ответ, Десима сказал:

– И я хотела сказать кое-что еще. Я не верю, что Руперт был на дне рождения Саши Легарда. Саша либо лжет, либо ошибся.

– Не думаю, что он мог ошибиться, – сказал Страйк. – Было много свидетелей. Ложь была бы очень глупой.

– Но Руп никогда бы туда не пошел!

– Почему вы так говорите?

– Потому что за неделю до этой вечеринки Саша был у Дино с друзьями, и они все говорили о вечеринке. Когда Саша поднял глаза и понял, что это Руп подает ему коктейли, он выглядел очень смущенным, потому что он не сказал Рупу об этом, не дал ему приглашения, ничего такого. Но Руп сказал мне, что лучше пролежать всю ночь в канаве, чем пойти в "Кларидж" с Сашей и его друзьями. А вечеринка была 21-го, то есть как раз в разгар выходных. Руп и Зак съезжали с квартиры. Так зачем же Рупу понадобилось идти на вечеринку, где его не ждали, когда он был занят сборами и организацией всего? И вы сказали, что он пошел туда поговорить с Валом… Вал – последний человек, которого он хотел бы видеть, после истории с нефом и после того, как Вал так ругал нас за то, что мы вместе!

– Я сам подумал, что Руперт поступил странно, – сказал Страйк. – Судя по всему, он говорил с вашей сестрой Козимой, а также с вашим братом…

– Козима – моя сводная сестра, – сказала Десима. На ее бледных щеках уже выступили красные пятна, – и Руп ее ненавидел, так что это тоже бессмысленно!

– Почему он ненавидел…?

– Потому что она избалованная и высокомерная. Мой отец обожает ее и дает ей все, что она хочет…

Официант вернулся, чтобы принять заказ. Страйк и Робин выбрали пасту наугад.

Когда официант исчез, Страйк сказал:

– У меня к вам есть несколько новых вопросов, Десима, если вы не против.

Теперь, словно заподозрив ловушку, Десима сказала:

– Спрашивайте.

– Упоминал ли Руперт когда-нибудь человека по имени Кэлвин Осгуд или Оз?

– Нет. А что?

– Есть вероятность, что Оз был причастен к убийству.

– Возможно, он был одним из друзей Дреджа! – сразу же сказала Десима.

– Возможно, – сказал Страйк, которому хотелось по возможности не допустить слез. – А как насчет девушки по имени София Медина?

– Нет, – снова сказала Десима, но теперь она выглядела обеспокоенной. – А что?

– Она тоже могла быть в этом замешана, – сказал Страйк.

– Нет, я никогда не слышала, чтобы он упоминал кого-то по имени София.

– Ладно, продолжим: у вас случайно нет номера телефона Тиш Бентон? Ее родители в Хэмпшире, похоже, уехали, и я не могу найти ее текущий адрес.

– Зачем вам говорить с Тиш? Она ничего не знает.

– Лоример рассказала мне, что она стала кем-то вроде доверенного лица Руперта до того, как они съехали с квартиры.

– Я не думаю, что это правда, – сразу же сказала Десима.

– Ну, именно это и сказал Лоример.

– Нет, у меня нет номера Тиш… Они с Заком действовали Рупу на нервы, постоянно ссорясь, пока жили в одном доме. Не думаю, что она когда-либо была близка с Рупом, – добавила Десима с ноткой страха, от которой сердце Робин сжалось от жалости.

– Вы знаете, кем работает Тиш? – спросил Страйк.

– Маркетинг – она работала в какой-то фирме, которая производит сумки. Не помню, в какой.

– Хорошо, – сказал Страйк, делая пометку. – Теперь о Лоримере: он предположил, что Руперт, возможно, вернулся в Швейцарию, чтобы стать инструктором по горным лыжам.

– Руп никогда бы не пошел инструктором по лыжам – ради всего святого, – сказала Десима, и ее голос вдруг дрогнул. – Никогда! Он изначально не хотел учиться кататься на лыжах, но его заставили, в его чертовой школе. Он это ненавидел. А кто бы любил, после того как родители погибли вот так? Зак вроде был его другом, можно подумать, он должен был понимать, что это последнее, чего Руп хотел!

– Я и сам думал, что это маловероятно, – сказал Страйк. – Следующий вопрос может показаться странным, но Захариас упомянул, что у Руперта была счастливая футболка.

– О, да, была, – сказала Десима, и на долю секунды их клиентка почти улыбнулась, но затем ее лицо вытянулось. – Они нашли ее в комнате Райта?

– Нет, – сказал Страйк, – но можете ли вы рассказать нам о ней?

– Зачем?

– Лоример говорит, что Руперт разорвал ее перед тем, как исчезнуть.

– Что? – слабо спросил Десима. – Нет, он… он бы никогда так не поступил.

– Почему нет?

– Потому что… он считал ее приносящей удачу, он любил ее.

– Что сделало ее приносящей удачу? – спросила Робин.

– Он всегда носил ее, когда с ним случались хорошие вещи: когда он услышал, что получил работу в Лондоне и может вернуться в Англию, и когда он сдал экзамен по вождению… и… и он был в ней… в ту ночь… когда я сказала ему… что я б-беременна…

О Боже, – подумала Робин. – Вот дерьмо.

Десима разрыдалась.

– Не мог же он ее разорвать! – завопила она, потеряв всякое самообладание. Робин подумала, что ее голос, наверное, разнесся по всему залу клуба. Робин инстинктивно потянулась через стол, чтобы утешить ее, но клиентка отшатнулся.

– Нет, нет, не надо, он не мог порвать эту футболку, не мог…

Взгляды Страйка и Робин встретились: в его глазах – легкое раздражение, у Робин – мучение.

– Он обожал эту футболку! – всхлипнула Десима, нащупывая салфетку. – Он ее обожал!

– Можете ли вы нам ее описать? – спросила Робин, не преследуя никакой конкретной цели, кроме как дать Десиме почувствовать, что ее воспринимают всерьез, слушают и что детективы все еще активно пытаются помочь.

– Она черная, – невнятно прорыдала Десима, лицо ее теперь было скрыто салфеткой, – и на ней написано "Белый Лев"…

– Белый Лев? – повторила Робин.

– Это была группа восьмидесятых, – всхлипнула Десима, – глэм-рок… Руп нашел футболку в комиссионном магазине, когда был подростком… у него был кусочек видео… где его отец пел ему песню этой группы, когда он был младенцем… "Little Fighter", так эта песня называется… и Руп ее пел… это была своего рода шутка… что-то вроде личной музыкальной темы… вот почему я назвала Льва так!

– Ладно, – сказала Робин и, не обращая внимания на мнение Страйка, добавила: – Ну, похоже, Захариас совершил ошибку. Не понимаю, зачем Руперту было рвать футболку, если она так много для него значила.

Дверь снова открылась, и официант вернулся с их едой. Тактично делая вид, что не замечает слез Десимы, он поставил перед ней тарелку, а та тем временем вытерла лицо и высморкалась.

Когда официант удалился, Страйк спросил:

– Вы, вероятно, знаете, что полиция рассматривала и других претендентов на место Райта, помимо Джейсона Ноулза?

Робин не понимала резкой смены темы, но Страйк действовал исключительно из корысти. У него было неприятное предчувствие, что сразу после этого разговора Робин скажет ему, что их моральный долг убедить Десиму, что ее парень никогда не был Уильямом Райтом, но он не собирался жертвовать предстоящей поездкой в Криф и Айронбридж; ему нужен был тот отель в Озерном крае. Поэтому было важно, чтобы Робин услышала из уст самой Десимы, что она хочет, чтобы они исключили всех возможных претендентов на место покойника в хранилище.