Джоан Роулинг – Человек с клеймом (страница 62)

– Ну, если у тебя девушка с такой внешностью, то очевидным ответом будет выступить в роли приманки.

Они оба сразу же вспомнили пикселизированную Кэнди, позирующую в красном нижнем белье на странице газеты.

– Райт рассказал соседям, что к нему переедет жить девушка, – сказала Робин. – Может быть, это была София Медина? Может быть, именно она уговорила его пойти работать в "Серебро Рамси"?

– Это теория, – сказал Страйк, обдумывая ситуацию. – Может быть, Райт думал, что они с Мединой будут играть в "Бонни и Клайда", не осознавая, что за ней стоят люди, которые собираются выколоть ему глаза и отрезать член?

– Может быть, здесь нет никакой связи, – сказала Робин, снова теряя уверенность.

– Конечно, Медина, возможно, не понимала, что работа будет связана с убийством и расчленением, – сказал Страйк. – Оз мог соврать ей, сказав, что это всего лишь кража со взломом, или, возможно, наплел ей байку о своих правах на серебро, что она помогает ему вернуть то, что по праву принадлежит ему. Он мог бы заявить, что Рамси каким-то образом ему навредил, и это была месть. Или… подожди.

Страйк поднялся на ноги и подошел к листу на доске улик, где он записал все, что им удалось узнать на данный момент об Озе.

– Настоящий Осгуд получил еще одно письмо, предназначенное Озу, – сказал Страйк, читая открытку. – Девушка написала ему на плохом английском, желая узнать о розыгрыше, который Оз устроил над ее кузиной…

– Плохой английский, – повторила Робин. – Ты думаешь, девушка была испанкой?

– Вполне возможно, – сказал Страйк. – Жаль, что этот сонный придурок удалил письма.

– Но что это за "розыгрыш" такой, что Оз вошел в магазин под покровом темноты и вышел оттуда весь в крови?

– Она могла не заметить пятен крови, если бы он шатался под тяжестью восточной центральной композиции, – сказал Страйк.

– Но как он объяснил, что вернулся из магазина с полным комплектом мужской одежды? Ведь Райт был раздет, помнишь?

– Да, верное замечание, – сказал Страйк, нахмурившись. – Хотя, пожалуй, стоит перезвонить Уордлу и указать на совпадение внешности и одежды Софии Медины с описанием женщины, которая посетила дом Райта рано утром.

Страйк все еще стоял спиной к Робин, просматривая все более заполняющуюся доску. Пока он это делал, Робин мучительно размышляла, что ей делать с сообщением Джонни Рокби. Ей бы очень хотелось промолчать, ведь если между ними не было общения, о котором она не подозревала, последние слова, которые ее партнер сказал отцу, были: "Иди на хрен". Однако было бы определенно неправильно не воспользоваться предложением юридической помощи.

Не подозревая о том, что происходит за его спиной, Страйк, разглядывавший новый лист бумаги, приколотый под фотографией Тайлера Пауэлла, сказал:

– Ты нашла Гриффа.

– Что? – спросила Робин.

– Здесь говорится: "Человек, которому Тайлер Пауэлл доверился вместо своей бабушки".

– О, да, – сказала Робин. – Дилис сказала: "Он сказал Гриффу, куда идет, а не мне". Кажется, это его адрес. Дилис сказала, что Грифф живет "выше по дороге", а некий Иэн Гриффитс живет прямо напротив родителей Тайлера. Возможно, стоит поговорить с ним, как и с Дилис.

– А Дилис сможет встретиться с нами в любое время в январе? – спросил Страйк, все еще читая записку Робин.

– Да, – ответила Робин.

– Я все больше давлю на Джейд Сэмпл, и, похоже, она колеблется. Я заверил ее, что не работаю на прессу, хотя не понимаю, почему ее это так беспокоит. Если она действительно хочет найти мужа, немного больше внимания может помочь. В любом случае, если мне удастся убедить ее, мы постараемся договориться об этих интервью примерно в одно и то же время и провести их вместе.

– Хорошо, – сказала Робин, все еще пытаясь решить, как лучше начать разговор о Рокби.

Страйк отвернулся от доски и собирался начать обсуждение наилучшего способа добраться из Лондона в Айронбридж, когда Робин сказала:

– Послушай, мне нужно тебе кое-что сказать, – (и на секунду Страйк вспомнил, что именно эти слова он собирался сказать или что-то очень похожее этим утром), – но, пожалуйста, пожалуйста, не выходи из себя. Пообещай мне, что не сделаешь ничего опрометчивого.

– Ладно, – сказал Страйк, недоумевая, что же, черт возьми, сейчас произойдет. Она ведь не станет предварять объявление о помолвке такими словами, правда?

– Твой отец только что звонил в офис. Он увидел эту статью и предлагает помощь – юридическую. Он говорит, что оплатит услуги адвокатов, чтобы предпринять действия.

Страйк молча смотрел на нее. По ту сторону двери Робин слышала смех Ким.

– Он позвонил, пока ты разговаривал с Робертсоном, – сказала Робин. – Я попросила Пат принять сообщение, и… ну, на этом все. Он сказал, что ему неловко, что его втянули в эту историю, поэтому он хотел помочь. Пат говорит, что он был очень любезен… Не сходи с ума. Пожалуйста.

– Я не собираюсь, – с трудом произнес Страйк.

По крайней мере, не с тобой здесь.

Робин проверила время на своем телефоне.

– Мне пора идти, – сказала она, поднимаясь на ноги.

– Ты едешь в Йоркшир сегодня днем?

– Сегодня вечером, – сказала Робин, – мне нужно собрать вещи и уладить некоторые дела.

На самом деле, у нее была назначена встреча с терапевтом. До Рождества попасть на прием было сложно, и она не хотела ее пропустить.

– У меня твой подарок, – сказала Робин, доставая из сумки что-то похожее на открытку. – Знаю, на вид он не представляет из себя ничего особенного, но ты поймешь, когда откроешь.

– Спасибо, – сказал Страйк, автоматически беря его. – Я оставил твой наверху. Подожди.

Робин последовала за ним в приемную, где Ким стояла, прислонившись к раковине, с кофе в руке. Когда Страйк направился к стеклянной двери, Ким сказала:

– Спасибо за подарочный сертификат, Корморан.

– Спасибо Робин, это была ее идея, – сказал Страйк. Он ушел в свою квартиру. Как только стеклянная дверь закрылась, Пат рычащим голосом, который она выдавала за шепот, сказала Робин:

– Ты ему сказала?

– Да, – сказала Робин.

– Что он собирается делать?

– Я не знаю, – сказала Робин.

Ясные глаза Ким переходили с одного на другого; Робин почти видела, как ее нос дрожал от любопытства.

Страйк вернулся через несколько минут, держа в руках небольшую плоскую квадратную коробку, завернутую в рождественскую бумагу, и открытку.

– Счастливого Рождества, – сказал он, протягивая его Робин.

– Эт…

Зазвонил телефон на столе Пат, и Робин почувствовала, как ее желудок сжался.

Боже, пожалуйста, только не снова Рокби.

– Детективное агентство Страйк и Эллакотт… кто?

Глаза Пат расширились.

– Я поставлю вас на удержание.

Она нажала кнопку и оглянулась на Страйка.

– Он говорит, что его зовут Саша Легард.

– Что? – воскликнула Ким, широко раскрыв глаза. – Актер?

– Мне пора идти, – сказала Робин, держа в руках подарок. – Счастливого Рождества всем.

Если бы Ким и Пат не было рядом, а Легард не ждал на линии, она могла бы сказать Страйку больше, возможно, повторила бы свою просьбу не срываться на отца, ради него самого, а не ради Рокби, но так или иначе она просто улыбнулась ему, повернулась и ушла.

– Ладно, – мрачно сказал Страйк Пат (к черту Рокби, к черту Рождество, к черту Калпеппера, к черту все на свете), – соедини меня с Легардом.

Он снова вернулся в свой кабинет. На его столе зазвонил телефон.

– Страйк.

– Корморан, – произнес Саша Легард своим прекрасно поставленным голосом. – Давно не общались.

– Да, – сказал Страйк.