Джоан Роулинг – Человек с клеймом (страница 50)
– Что? – спросила Робин. – О, да, есть кое-что. Бабушка Тайлера Пауэлла перезвонила мне. Она была в больнице. Она будет рада поговорить со мной, если я приеду в Айронбридж.
– Отлично, – сказал Страйк. – Возможно, нам удастся навестить Дилис и жену Сэмпла за один заход.
– Хорошо, отлично, – сказала Робин.
– А остальное?
– Мидж и Таша расстались.
– А, – сказал Страйк. – Я так и подумал, что что-то не так. Когда я увидел ее вчера в офисе, она выглядела так, будто плакала.
– Верно, постарайся…
– Не быть засранцем?
– Я собиралась сказать: "Постарайся быть к ней немного снисходительнее", но и "не быть засранцем" тоже сработает.
– Справедливо. Что-нибудь еще?
– Ну, это, возможно, не поможет, – сказала Робин, – но вчера вечером я провела глубокий анализ "Фейсбука" и "Инстаграма", просматривая аккаунты настоящих Осгудов и Оза, и там есть девушка…
Мерфи повернулся и теперь направлялся к Робин.
– Страйк, мне пора идти, – поспешно сказала Робин. – Я расскажу тебе остальное позже, но все это становится…
– Да, – сказал Страйк. – Так оно и есть.
Глава 28
Я вкусил правду,
Как и прикоснулся ко лжи…
Роберт Браунинг
Мистер Сладж, "Медиум"
В понедельник, без пятнадцати два, Страйк отправился в Холборн, чтобы опросить Джима Тодда, уборщика из "Серебра Рамси". У него появился предлог позвонить Робин, и он так и сделал, поскольку максимизация общения с ней соответствовала как его сильным сторонам, так и тому, чтобы не позволить Райану Мерфи изменить его стратегию.
– Привет, – сказала Робин, ответив на втором гудке. – Я только что узнала, почему мы никак не можем дозвониться до друга Руперта, Альби, в "Дино". Он не работает там уже пять месяцев.
– Неужели они не могли просто сказать нам об этом, черт возьми? – сказал Страйк. Робин тоже шла по улице с оживленным движением, а он держал свободный указательный палец в противоположном ухе, чтобы слышать ее.
– Нет, потому что, по словам официантки, которую я только что подкараулила на улице, им запрещено раздавать информацию о персонале по телефону. Она говорит, что Альби ушел работать в "Харродс", так что я туда и направляюсь. А ты где?
– Почти на Лезер-лейн.
– Старое место Мутного Риччи, – заметила Робин, имея в виду старого гангстера, который был подозреваемым по предыдущему делу.
– Точно.
– Есть ли какая-то конкретная причина для звонка или ты просто проверяешь, не прикончили ли меня масоны?
– Да, я только что получил ответ от своего товарища из спецотдела, Хардэйкра. Сэмпл определенно служил в САС и был демобилизован в 2015 году после черепно-мозговой травмы, из-за которой он три месяца провел в искусственной коме. Подробности неизвестны даже военной полиции, что наводит меня на мысль, что он определенно служил в эскадроне E.
– Значит, Лоуренс должно быть из МИ-5?
– Думаю, нам придется принять это как рабочее предположение, – сказал Страйк. – Чтобы полностью сменить тему: что ты собиралась рассказать мне в субботу о странице Осгуда на "Фейсбук"?
– О, да, – сказала Робин, которая из-за своего нынешнего состояния недосыпа совершенно забыла, что не передала эту информацию, хотя и сохранила ее в файл. – Ну, одна и та же девушка – ее зовут Сапфир – появляется в комментариях и на настоящей странице Осгуда в "Фейсбуке", и на фейковой странице Оза в "Инстаграм". Я немного покопалась и, кажется, нашла ее. Ее зовут Сапфир Нигл, и вот в чем дело: она есть на сайте о пропавших без вести. Она перестала публиковать сообщения в социальных сетях в ноябре, и с тех пор ее никто не видел. Знаю, это может быть совпадением, но…
– Известный онлайн-контакт с человеком, который определенно не тот, за кого себя выдает, наводит на размышления, – сказал Страйк.
– Ну, именно, – сказала Робин. – Я не говорю, что она с Озом или что он ее убил, не дай Бог, но такая возможность есть. Я подумываю позвонить в благотворительную организацию и узнать, что они мне могут сказать. Что думаешь?
– Не повредит. Надо бы связаться с полицией, узнать, знают ли они, что с ней случилось. Кстати, "лендровер" прошел техосмотр?
– Нет, – вздохнула Робин. – Звонили десять минут назад. Говорят, на него нужно потратить больше денег, чем он будет стоить как металлолом, – сказала она, стараясь не выдать своей грусти. Она испытывала к старой машине сентиментальную привязанность, которую ей было бы трудно объяснить тому, кто не знал, насколько сильно она ассоциировала ее с побегом от первого мужа, которому машина никогда не нравилась, и с карьерой, которая так много для нее значила.
– Ты могла бы заложить часть стоимости нового автомобиля в счет бизнеса, – сказал Страйк. – Еще один "лендровер" был бы полезен. Хорошо иметь машину, которая подходит для сельской местности и не бросается там в глаза. Это дает нам выбор. Ну, расскажешь, как пройдет в "Харродсе". Мне пора, я на Лезер-лейн.
Закончив разговор, Страйк двинулся по узкой улочке, усеянной магазинами, ресторанами быстрого питания и рыночными палатками, думая о сломанном "лендровере" Робин, который теперь годился только для свалки. Хотя он и не был так привязан к машине, как Робин, она каким-то образом знаменовала собой конец эпохи, и ему пришло в голову, что, возможно, стоит пересмотреть рождественский подарок Робин, учитывая известие о кончине автомобиля.
Паб "Craft Beer Co", который Тодд выбрал для этого интервью, стоял на углу и был украшен подвесными корзинами и объемной моделью королевского штандарта над дверью. Войдя в помещение с деревянным полом, Страйк взглянул на арфу, льва, стоящего на задних лапах, и трех львов в профиль.
Страйк узнал Джима Тодда не по лицу (качество записи с камеры Рамси было ужасным), а по фигуре. Уборщик сидел на кожаной скамье, а перед ним на столе стояла полная пинта пива. Невысокий и очень пухлый, Тодд имел маленькие руки и ноги, крошечные голубые глаза, широкий рот с тонкими губами и пучки пушистых седоватых волос вокруг ушей, хотя в остальном он был лысым. На нем были старые брюки и потрепанная куртка, а его узкие глаза были устремлены на молодую женщину в очень короткой юбке, стоявшую у бара.
– Кэмерон, да? – спросил Тодд, когда Страйк присоединился к нему с половиной пинты IPA в руке.
– Корморан, но я отзываюся на оба имени, – сказал Страйк, садясь напротив. – Спасибо за встречу, я очень ценю это. Это ваш местный паб?
– Типа да. Я тут кантуюсь неподалеку. Там есть небольшая комната, удобно для работы. Мы с кучкой пакистанцев набились в квартиру над ливанским рестораном, ха-ха-ха.
– Да, лондонское жилье – это не шутки, – сказал Страйк, доставая блокнот. – Вы же убираетесь в нескольких разных компаниях, верно?
– Да.
– Все в одном районе?
– Холборн, Ковент-Гарден, да. Сарафанное радио. Работаю хорошо, – сказал Тодд, все еще улыбаясь, но с легким оттенком вызова.
– Ну, как я уже сказал по телефону, это просто для справки. Сколько часов в неделю вы работаете в "Серебре Рамси"?
– Понедельник и четверг по утрам, регулярно, и немного сверхурочно, полировка инвентаря и все такое.
– Как долго вы там?
– Уже два года.
– Вы откликнулись на объявление или…?
– Один парень, у которого я убираюсь, упомянул меня Кену Рамси, и Кен взял меня к себе.
– Вы много общались с Уильямом Райтом?
– Видел его немного, да. Но ты имеешь в виду Ноулза, а не Райта, верно? – спросил Тодд, ухмыляясь еще шире, словно поймал Страйка на слове.
– Полиция все еще не установила точную личность, – заявил Страйк.
– А я думал, установила?
– Нет, – сказал Страйк. – Но вы уверены, что это был Ноулз?
– О да, – сказал Тодд, все еще улыбаясь. – Нет, это точно был Ноулз. Мы все согласились: я, Кен и Памела.
– Но у Памелы проблемы со зрением.
– Что? Да, но она ж не слепая.
– Показала ли вам полиция какие-либо фотографии, помимо Джейсона Ноулза?
– Пару показывали, ага, – сказал Тодд.
– Можете ли вы вспомнить имена этих людей?
– Один из них был солдатом.
Страйк сделал заметку, прежде чем сказать: