Джоан Роулинг – Человек с клеймом (страница 31)

– Да, – сказала Мэнди, – наверно. Он думал, Даз собирался умыкнуть это, иначе почему бы он так странно себя вел?

–Он был чертовски странным, – сказал Даз. – Хотя, когда это вышло по новостям, я говорю Мэнд: "А, вот оно, эта чертова масонская фигня". Он спрашивал меня, что я думаю про масонов. Похоже, думал вступить, – сказал Даз, лениво разглядывая полуприкуренный косяк в пепельнице на холодильнике. – Чертовы масоны, – добавил он с хохотом.

– Но когда вы услышали, что его убили в масонской лавке…

– Да, я понял, почему он спросил. Чертовы масоны, – повторил Даз, больше не улыбаясь. – Это ведь не смешно, правда? – сказал он так, словно все остальные смеялись.

– Можете ли вы вспомнить что-нибудь еще, что он говорил? – спросила Робин. – Например, откуда он родом? Что-нибудь о его семье?

– Неа, – сказал Даз.

– Не думаю, – с сожалением сказала Мэнди. – Я не думаю… нет.

– Вы помните, были ли у него когда-нибудь гости? – спросила Робин.

– Да, девчонка и какой-то придурок в солнечных очках. Но его тогда здесь не было, да? – спросила Мэнди Даза.

– Меня там никогда не было, – сказал Даз.

– Ах да, – сказала Мэнди и ухмыльнулась. – Я забыла.

– У Райта были посетители, когда его не было дома? – спросила Робин.

– Да, – сказала Мэнди, – это было после того, как его убили. Нет, – поправила она себя, – девчонка была до этого. Парень был после. Я только потом поняла. Говорила же тебе, а? – спросила она Даза, и тот кивнул.

– Можете рассказать мне о них? – спросила Робин. – Начиная с девушки?

– Она пришла как раз накануне того вечера, когда его убили.

– Вы уверены в дате? Пятница, семнадцатое июня?

Мэнди выглядела встревоженной, когда ее попросили быть такой точной, но затем сказала:

– Да, именно тогда, потому что в те выходные, когда все это произошло, мы с ним – она указала на Даза – поссорились, и я велела ему уйти, а когда я услышала, как кто-то открывает входную дверь вечером, я подумала, что это вернулся Даз, поэтому я открыла нашу дверь и увидела ее.

– Она сама вошла?

– Да, у нее был ключ, – сказала Мэнди. – Она выглядела как иностранка. Может, пакистанка, но светлая. Черные волосы, очень длинные. И на ней был розовый топ с цветочками, – добавила она, и, похоже, она была рада, что вспомнила об этом. – И у нее был чемодан.

Рядом с Робин ручка Страйка двигалась все быстрее.

– И я говорю ей: "Ты въезжаешь?", потому что Райт сказал, что его девушка собирается переехать к нему, а она отвечает: "Просто приехала погостить", и ее голос звучал не по-английски, и она поднялась наверх, а примерно через час спустилась вниз, потому что я смотрела в окно…

– Высматривала меня, – самодовольно сказал Даз.

– Нет, не тебя, – огрызнулась Мэнди. – Я просто смотрела в окно! Она спустилась вниз, едва держала чемодан, бросила его в багажник машины и уехала.

– Что вы можете вспомнить об этой машине?

– Серебристого цвета, – сказала Мэнди. – Выглядела как новая.

– Можете ли вы вспомнить марку?

– Нет, – сказала Мэнди. – А потом, на следующий день, очень рано, часов в пять утра, я снова слышу стук двери…

– Не могла уснуть, – самодовольно сказал Даз. – Скучала по мне.

– Хрен тебе, "скучала", – надменно сказала Мэнди, – но я думала, что на этот раз это будет Даз, поэтому я встала, открыла нашу дверь и увидела парня с кудрявыми волосами, поднимающегося по лестнице, и у него был пустой чемодан, и он оглянулся на меня, когда я вышла, и на нем были солнечные очки, когда он был в помещении. Он выглядел настоящим придурком.

– Он был черным, белым…?

– Белым. Ну, я вернулась, снова залезла в кровать, и минут через десять раздался какой-то грохот на лестнице, и я подумала, что, черт возьми, происходит. Я снова поднялась, открыла дверь, и этот придурок в темных очках бросил чемодан на пол, и я сказала: "Давай еще пошуми!", а он, черт возьми, просто вытащил чемодан за дверь и захлопнул ее. Я снова посмотрела в окно, а он сел в машину и уехал.

– Когда вы говорите "машина", вы имеете в виду ту же, на которой девушка ездила ранее?

– Похоже на то. Да, я думаю, это она была за рулем, потому что он положил чемодан на заднее сиденье и сел на переднее пассажирское.

– А вы уверены, что и мужчина, и девушка были в комнате Райта?

– Да, я слышала, как они ходят по нашему потолку. Позже я спросила Хусейна: "Ты видел хоть кого-нибудь из этих людей?" Он сказал, что нет. А потом, в понедельник, в новостях сообщили, что Райта убили, и я сказала Дазу…

– Я вернулся в субботу вечером, – сообщил Даз Страйку и Робин. – Она уже достаточно настрадалась.

– Иди нахрен, – неопределенно сказала Мэнди. – Нет, так вот, говорю я Дазу, это было странно, эти двое входили и выходили из его комнаты.

– Я спрашиваю об этом только для информации, – сказала Робин, – а не для того, чтобы что-то кому-то передать. Вы рассказали об этом полиции?

Даз тихонько усмехнулся.

– Нет, – сказала Мэнди, обнажив коричневые зубы и ухмыльнувшись. – Просто сказала, что мы его не очень-то знаем.

Даз, конечно же, торговал травкой, а возможно, и другими наркотиками; Страйк и Робин сразу же отметили шутку про риталин, как раз когда заметили судебную повестку на комоде. Робин вполне могла представить, что доминирующими эмоциями Даза и Мэнди, обнаружившими полицию в доме, были паника и решительное нежелание впускать их в эту грязную комнату.

Робин задала еще несколько вопросов, но Мэнди не могла ничего сказать ни об одежде пары, ни о ее возрасте; женщина, по ее словам, выглядела молодой, а мужчина – старше, но в коридоре, напомнила она Робин, было довольно темно.

– Кто-нибудь из вас когда-нибудь заглядывал в комнату Райта? – спросила Робин.

Оба покачали головами.

– Прежде чем мы уйдем, – сказал Страйк, доставая из кармана пальто, – могу ли я показать вам несколько фотографий?

Он вытащил телефон и положил его на колени, пока доставал фотографии Ниалла Сэмпла, Тайлера Пауэлла и Руперта Флитвуда. Пока он этим занимался, экран его мобильного засветился, и Робин увидела сообщение от Ким с надписью "ТАК СЕКСУАЛЬНО" заглавными буквами. В следующую секунду Страйк накрыл телефон своей большой, волосатой рукой, и вернул его во внутренний карман, оставив Робин чувствовать себя так, будто ей в живот упали кусочки льда.

– Не могли бы вы сказать, мог ли кто-нибудь из этих мужчин быть Райтом? – спросил Страйк, вставая и протягивая фотографии Мэнди. Даз, уже спалив половину косяка, подошел к краю кровати и сел рядом с Мэнди, чтобы посмотреть.

– Что он носит? – только и сказала Мэнди, разглядывая Руперта Флитвуда в его бабочке официанта. – Красивый, – одобрительно сказала она, повернувшись к фотографии Ниалла Сэмпла. – Похож на Тора.

– Да он охренительный, – усмехнулся Даз, снова почесывая свой маленький дряблый живот.

– Уши, – хихикнула Мэнди, когда дошла до Тайлера Пауэлла. – Но, – сказала она, глядя на Пауэлла, – это мог быть он, знаете… с закрытыми ушами, с его волосами.

– Правда? – спросил Страйк.

– Нет, – сказал Даз.

– Мог быть, – сказала Мэнди.

– Насколько вы уверены? – спросил Страйк. – Из десяти?

Мэнди выглядела такой же встревоженной, как и тогда, когда ее попросили согласиться на точную дату.

– На пять, – сказала она. – Но он тоже был немного похож на него, – добавила Мэнди, держа в руках фотографию Руперта Флитвуда с таким видом, словно хотела охватить все стороны вопроса.

– Хорошо, – сказал Страйк, забирая фотографии обратно. – Что ж, вы очень помогли, спасибо, – сказал он. – Для справки: что вы подумали, когда увидели фотографию Ноулза?

– Мы никогда не думали, что это он, – сказала Мэнди.

– Ты же говорила, – возразил ей Даз. – Когда все вышло, ты сказала: "Черт, он серьезно, он был в бегах".

– Я никогда, – сердито сказала Мэнди.

– Можете ли вы вспомнить что-нибудь еще о Райте? – спросила Робин, но Мэнди и Даз уже выложились на полную. Впрочем, даже Даз, похоже, не спешил отпускать детективов: их визит оказался необычным, в какой-то степени волнующим, перерывом в их жизни.

Робин хотелось снова выйти на чистый воздух, но она чувствовала укол вины за то, что оставила семью там, где они были, особенно когда Мэнди начала говорить о жилье, когда стало ясно, что Страйк и Робин действительно уезжают.

– Мы целый год стоим в очереди на муниципальную квартиру, – сказала она, провожая их до входной двери.

– Это ужасно, – сказала Робин.