Джоан Роулинг – Человек с клеймом (страница 21)
– Было ли на трупе что-то масонское?
Робин наблюдала, как слабеющая вера Рамси в полицию борется с его желанием помочь детективам, в которых он, по-видимому, видел последнюю надежду.
– Да, – наконец слабо проговорил Рамси. – Масонская лента. Не помню какая именно. Когда его перевернули, я не… сосредоточился на ленте. Глаза и уши были… Памела закричала…
Голос Рамси затих.
– Ладно, думаю, мы уже достаточно насмотрелись, – сказал Страйк. – Не возражаете, если я воспользуюсь вашим туалетом?
– Нет, конечно, нет, – сказал Рамси, закрывая дверь хранилища с явным облегчением. – Пойдемте? – обратился Рамси к Робин, которая улыбнулась, и они вдвоем снова поднялись по лестнице. Как только они скрылись из виду, Страйк, которому ванная комната была совершенно не нужна, подошел к панели рядом с входом в хранилище, чтобы осмотреть ее повнимательнее.
Наверху Рамси указал Робин на один из двух стульев напротив своего стола, на котором стоял компьютер.
– Трумэн сказал, что раздувать историю о ленте и клейме – значит играть на руку убийцам, – произнес он, усаживаясь напротив нее. – Это была очевидная дезинформация. Он знал, что люди могут вести себя глупо, когда речь заходит о масонах…
Неудивительно, что просьба описать тело, похоже, расстроила Рамси.
– Не знаю, рассказал ли вам ваш партнер, – добавил он, теребя запонки, – но для нас с женой это было очень тяжелое время – просто ужасное, если честно, – а потом мы потеряли все серебро Мердока, когда у нас не было страховки… у нас были ужасные пара лет, все было… просто адски, честно говоря. Это был ад.
– Мне очень жаль, – сказала Робин, вспомнив гидроцикл и погибшего сына. Рамси быстро заморгал. Робин, желая лишь немного отвлечь его, посмотрела на ближайший стеклянный шкафчик, полный маленьких серебряных безделушек, и сказала:
– У вас есть прекрасные вещи.
– О да, – сказал Рамси, оживившись, – и очень доступные!
К ужасу Робин, он снова вскочил на ноги, натянул белые перчатки и принялся отпирать шкаф.
– Хорошие карманные часики, – сказал он, протягивая их ей на своей покрытой хлопком ладони. – Стерлинговые, а не пластинчатые! Треугольные, конечно. Масонские символы вместо цифр, понимаете? Скорее, мужские часы, – сказал он, увидев, что Робин не проявила никаких признаков энтузиазма. – Для дам – вам понравится это…
Он взял небольшой серебряный кулон в виде шара и щелкнул защелкой, так что тот превратился в составной крест.
– Здорово, правда? – сказал он. – И снова, внутри спрятаны масонские символы.
– Очень красиво, – сказала Робин.
– Вам стоит намекнуть…
Взгляд Рамси метнулся к ее безымянному пальцу.
– …или просто побалуйте себя. На Рождество.
К облегчению Робин, Страйк снова появился с несколько перекошенным лицом. Лестница была крутой, а культя все еще ныла после Корнуолла.
– Могу предложить вам хорошую цену, – сказал Рэмзи, с тревожной улыбкой глядя на Робин.
– Может быть, в другой раз, – смущенно сказала она.
Рамси с явной неохотой запер шкаф, вернулся на свое место за столом и порылся в ящике стола в поисках глянцевого аукционного каталога.
– Я обвел все, что купил, – сказал он Страйку, когда тот сел рядом с Робин. – Так что вы знаете, что ищете.
– Отлично, – сказал Страйк, взяв каталог. На обложке было написано: "Коллекция А. Х. Мердока", а также изображены меч и большой серебряный корабль на колесах.
– Это неф? – спросил Страйк.
– Ах, вы разбираетесь в серебре! – с готовностью откликнулся Рамси. – Да, его заказал Мердок, из серебра собственной шахты – второй по величине в Перу, открытой в 1827 году. Макет выполнен по образцу "Каролины Мерчант", корабля, который перевез первого в истории масона в Америку. Мы все были рады, что его правнук решил устроить аукцион здесь, в Лондоне, а не в США…
Рамси тут же пустился в объяснения значения серебра Мердока, говоря с присущей ему интенсивностью человека, одержимого одной идеей.
– … Мердок, конечно, был генеральным инспектором юрисдикции Луизианы…" "… самая большая и ценная коллекция масонского серебра в мире", "… украшенные гирляндами бордюры…" "… великолепный оправный молот девятнадцатого века…" "… яркая гравировка…
– Мы ведь можем это оставить себе, правда? – перебил Страйк, прервав поток слов повышением голоса.
– О, да, да, у меня есть еще один экземпляр.
– Вы сами в ложе? – спросил Страйк.
– О да, – ответил Рэмзи. – А вы?
– Боюсь, что нет.
– Ах, я подумал, раз уж вы бывший военный… Один из наших лучших клиентов – полковник из легкой пехоты. Отец моей жены тоже был масоном. Она из семьи Буллен. "Буллен энд Ко"? Очень старая серебряная фирма. Они в Лондонских серебряных хранилищах, работают уже сто двадцать семь лет.
– Ничего себе, – сказала Робин, на которую обычно и возлагалась обязанность выражать впечатление от слов собеседников.
– Но когда пару лет назад ее отец вышел на пенсию, он передал бизнес своей невестке и ее мужу. Выбор, конечно же, за ним, – презрительно сказал Кеннет. – Мы надеялись… но, короче говоря, Памела, Джеффри, Рейчел и я заключили сделку и взяли масонские акции – у "Буллен энд Ко" был небольшой побочный бизнес по масонским артефактам, конечно, несопоставимый с нашими масштабами, – и мы открыли это место.
– Каким бизнесом здесь занимались до того, как вы взялись за дело?
– Ювелирный магазин, – сказал Рамси, – так что место уже было подготовлено для нас, на самом деле. Очень удобно.
– Но вы же сменили все коды, когда заняли это место? – спросил Страйк.
– О да, конечно, – сказал Рамси, прежде чем указать на каталог в руках Страйка и вернуться к своей любимой теме. – Я купил все самые важные работы Мердока. Сделал предложение до аукциона, и оно было принято. Честно говоря, это немного расстроило, ха-ха-ха. Было много коллекционеров, которые были очень заинтересованы и ждали своей очереди.
– Давайте поговорим об Уильяме Райте, – сказал Страйк.
– Конечно, если что-то нужно знать, спрашивайте, – сказал Рамси, но продолжил, прежде чем Страйк успел что-то сказать. – Как видите, наша охрана действительно на высшем уровне. Но ведь Ноулз был профессионалом?
– Вы проводили с ним собеседование по поводу этой работы? – спросил Страйк.
– Да, с Памелой, и он ей тогда нравился, что бы она ни говорила потом. Это она говорила, что нам нужен кто-то, потому что она не могла поднимать тяжести, особенно поднимать и спускать по лестнице – мы все не молодеем, а у нее проблемы с глазами.
– Какого рода проблемы? – спросил Страйк.
– Она сделала лазерную операцию на глазах, но она не помогла. С тех пор у нее было много проблем. Поэтому мы дали объявление.
– У вас было много претендентов? – спросил Страйк.
– Немного. У молодежи сейчас нереалистичные ожидания относительно зарплат, совершенно нереалистичные, – сказал Рамси, слегка ощетинившись, – но Райт показался идеальным кандидатом. Невысокий, но крепкий парень – наш охранник ушел в отставку пару месяцев назад, понимаете, поэтому я подумал, что Райт сможет справиться с обоими должностями, так сказать. Он владел джиу-джитсу.
– Ему дали коды сигнализации и хранилища, когда он пришел сюда? Ключи?
– О, нет, – сказал Рамси. – Нет, конечно, нет. Абсолютно нет.
– А вы сами его часто видели?
– Не совсем. Я иногда заглядывал сюда в обед, проверял, как дела. Нет, на самом деле, была только Памела… ах да, и Джим приходил убираться два раза в неделю по утрам. Он с нами с самого начала, уже пару лет.
– Это, должно быть, Джим Тодд? – спросил Страйк.
Рамси не стал спрашивать, откуда Страйк знает фамилию уборщика, но сказал:
– Все верно. Прекрасный человек. У него были трудные времена, поэтому мы помогли ему с работой. Он убирает в нескольких разных компаниях.
– То есть именно Памела чаще всего виделась с Уильямом Райтом?
– Да, и Джим тоже его видел. Больше, чем я. Как я уже говорил, я был очень занят, но было важно, чтобы магазин работал. Это наше детище, понимаете, и…
Голос Рамси дрогнул, и Робин, снова вспомнив о погибшем сыне, сказала:
– Должно быть, все это было невероятно тяжело для вас.
– Так и есть, – хрипло ответил Рамси. – Да. Так и есть.
Его взгляд, казалось бы рассеянно, снова скользнул к груди Робин. Она скрестила руки, и он поспешно отвел глаза.
– Значит, Уильям Райт попал на ваши камеры наблюдения в пятницу, семнадцатого июня? – сказал Страйк тоном куда менее сочувственным, чем у Робин. Он заметил этот пожирающий взгляд.