Джоан Роулинг – Человек с клеймом (страница 182)

– Просто вспомнила, как ты чуть не ударил Мэтью.

– А, – сказал Мартин, и на этот раз по-настоящему улыбнулся. – Он реально полный придурок.

– Такой он и есть, – согласилась Робин. – Но не такой большой придурок, как тот, о ком ты переживаешь. Слушай… я думаю, тебе стоит позвонить Кармен и извиниться.

– Я, блядь, не…

– Я действительно не думаю, что она сделала что-то плохое, Мартин.

Робин слишком хорошо знала брата, чтобы давить на него; он был неисправимым бунтарем и либо поступал правильно, когда ему вздумается, либо не делал ничего вообще. Она встала с дивана.

– Я приготовлю нам что-нибудь поесть.

Она только что открыла холодильник, чтобы осмотреть его скудное содержимое, когда ее внезапно осенила мысль, и она вернулась в гостиную.

– Март, ты только что сказал, что парень, создавший "Экскалибур", поместил логотип на свои гантели?

– Да, он ставит его на все подряд, – сказал Мартин.

– На гантели можно наносить индивидуальные рисунки?

– Если ты из тех придурков, которым нравятся подобное. А что?

– Просто так, – сказала Робин и вернулась на кухню.

Глава 113

И так случилось, что однажды, терпеливо отковыривая большой кусок скалы от его древнего ложа, он почувствовал, как тот задрожал под его рукой, и, навалившись на него всем своим весом, он сделал так, что камень исчез в пустоте.

Джон Оксенхэм

Дева Серебряного Моря

На следующее утро Робин оставила Мартина спящим на диване-кровати в гостиной и отправилась в офис. Ей хотелось что-то сказать Страйку лично, поэтому она заставила себя поехать в город, постоянно поглядывая в зеркало заднего вида и чувствуя себя трясущейся и беззащитной во время короткой прогулки до Денмарк-стрит.

Придя вскоре после девяти, она обнаружила Пат уже за своим столом, а Уордла – разговаривающим со Страйком во внутреннем офисе.

– Разве у нас не было трех рыбок? – спросила Робин у Пат, вешая пальто, потому что большая черная рыба и маленькая золотая, похоже, потеряли товарища.

– Траволта умер, – проворчала Пат. – Он говорит, что нашел его плавающим, когда пришел сегодня утром.

– Траволта?

– Да, у нас были Корморан, Робин и Траволта. Твоя – единственная, кто не доставил никаких хлопот. Логично, – мрачно добавила Пат.

Страйк вышел из внутреннего офиса, небритый и выглядящий измученным.

– Доброе утро, – сказал он Робин. – Ты вчера пропустила настоящее дерьмовое шоу. Я как раз рассказывал Уордлу…

Она последовала за ним во внутренний кабинет, где Уордл стоял, скрестив руки на груди и прислонившись к стене.

– Мы перехватили Плага, двух его приятелей и его сына, когда они направлялись к входной двери дома номер 15 по Карнивал-стрит, – рассказал Страйк. – Они решили, что мы связаны с убийцей собак, и вытащили ножи. Короче говоря, Шах получил ножевое ранение в ногу.

Робин ахнула; речь, которую она собиралась произнести перед Страйком, вылетела у нее из головы.

– С ним все в порядке?

– Так себе. Его выписали из больницы сегодня утром, но рана глубокая. Барклай схватил Плага, а я свалил его самого крупного приятеля, но третий удрал. Нам удалось уговорить сына Плага остаться на месте, беднягу. Ты не врала, что ему отгрызли половину лица.

– Нет, – сказала Робин. – Думаю, он останется покалеченным на всю жизнь – и не только физически. Где он сейчас?

– С двоюродным дедушкой и бабушкой, – сказал Страйк. – Если повезет, Плаг получит большой срок, и у мальчика появится шанс на нормальную жизнь. В любом случае, нам пришлось дать показания в полиции, и нам чертовски повезло, что у нас было достаточно фотодоказательств, подтверждающих, что мы следили за Плагом месяцами, иначе, думаю, нас бы посадили за нападение, что, как мы знаем, очень понравилось бы полиции. И мы потеряли одного человека, возможно, навсегда.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Робин.

– Я думаю, есть вероятность, что мы потеряем Шаха из-за Наваби.

– Что? – в ужасе воскликнула Робин. – Дэв не хотел уходить!

– Я бы на это не рассчитывал. Мы с ним вчера вечером поссорились, пока ждали, когда Плаг сделает свой ход. Он наизусть разобрал все аргументы Ким. Нам не стоило браться за дело о серебряном хранилище, мы эксплуатировали Десиму, "сговаривались спрятать ее ребенка", катались по стране и так далее. Думаю, старые приятели в полиции говорили ему, что он работает на совершенно неподходящего человека. Он также считает, что я сексуально домогался Ким.

– Что…?

– Она, должно быть, ему об этом сказала, – устало сказал Страйк. – Кажется, они с Наваби очень хотят меня поиметь. Они уже пытались кого-нибудь из вас переманить?

– Нет, – сказала Робин. – Полагаю, я должна чувствовать себя оскорбленной.

– Я поговорю с Шахом об этой чертовой Кокран, – сказал Уордл, нахмурившись. – Я ему все расскажу. Я же тебе говорил, она создавала проблемы на каждом месте работы. Обязательно, черт возьми.

– Это было бы полезно, спасибо, – сказал Страйк, протирая глаза, которые жгло от усталости, – и заодно можешь передать Шаху, что дело о серебряном хранилище продолжается, и я заплачу за него из своего кармана.

– Что? – спросила Робин, и эта новость несказанно подняла ее настроение.

– Мне лучше идти, – сказал Уордл. – Через полчаса я займусь этой изменяющей госслужащей.

Когда Уордл закрыл за собой разделительную дверь, Страйк посмотрел на Робин и сказал:

– Почему ты такая счастливая?

– Ты это серьезно? Дело о серебряном хранилище продолжается?

– Да, я так думаю.

– Я тоже внесу финансовую помощь. Ты не сможешь взять на себя все расходы; при таком раскладе у тебя ничего не останется от наследства.

– Мне это ни для чего не нужно, – равнодушно сказал Страйк.

– А тебе никогда не хотелось купить дом?

– Зачем? Ничто не сравнится с удобствами квартиры, – сказал Страйк.

Он мог бы сказать, что если Робин захочет переехать к нему, он будет более чем счастлив начать поиски дома, но, естественно, промолчал.

– Почему ты так рада, что мы продолжаем это дело? – спросил он.

– Потому что… не кричи, ладно? – сказала Робин.

– Что случилось? – зловеще спросил Страйк.

– Ничего, но, вероятно, только потому, что там был Мартин.

Робин описала события предыдущего вечера и подвела итог:

– Я не хочу провести остаток жизни, оглядываясь. Я хочу закончить это дело как следует.

– Ты звонила в полицию насчет того, что Кинг нарушил условия залога? – спросил Страйк, стараясь максимально контролировать себя и делать так, как она просила.

– Да, – сказала Робин, – и я напомнила им, что у меня еще есть две другие вещи на него, но…

– Им это не было интересно.

– Не думаю, что это отсутствие интереса, – сказала Робин. – Угроза терроризма серьезная; я понимаю, что листок А4 с гориллой на нем – не самый главный приоритет. В любом случае, – быстро продолжила она, видя, как Страйк изо всех сил старается не начать диктовать правила безопасности и защиты, – я хочу поговорить с Хусейном Мохамедом.

– Мы уже проходили это. Я не хочу, чтобы ты выходила на улицу, – сказал Страйк, все еще пытаясь сдержать гнев. – А я думал, что прошлый вечер доказывает…

– Хорошо, хорошо, – сказала Робин. – Кто-нибудь другой может допросить Мохамеда. Мне все равно, я просто хочу, чтобы это было сделано.

– Зачем?